Страница 92 из 252
Зарисовка - 27
Артура перехватили уже у самого выхода из его же покоев. Взволнованный и перепуганный Гавейн в компании Кея и одного тюремного стражника. Все трое страшно размахивали руками и перебивали друг друга.
-Что происходит? — обозлился Артур, строго взирая на всю троицу, — я иду к Моргане, она вот-вот должна подарить мне наследника.
-Не подарит, — задыхаясь, промямлим Кей. — То есть, подарит, но ты можешь его и не увидеть.
-Что? — Артур схватил Кея за грудки, — как ты посмел? Что ты говоришь?
-Уриен убит, — сообщил Гавейн и Артур от изумления выпустил Кея. Кей шлёпнулся на пол и тоненько захныкал.
Артур тупо смотрел на Гавейна и тот, смущаясь своими же словами, сообщил:
-Уриен убит. При попытке к бегству. Его тело нашли на полу.
-Что? Как? — Артур не мог осознать произошедшее. Буквально меньше пары часов назад он клялся Моргане, что освободит Уриена. — Кто его убил?
-Теперь уж то неважно, — мудро заметил Кей, переставая хныкать, но не поднимаясь. — Убит при попытке к бегству стражниками. Кто теперь точно скажет, кем? Ты не о том думаешь, братец!
Гавейн протянул руку Кею, помогая ему подняться, а Артур медленно ввалился в свои покои и сполз по стене вниз, прикрывая голову руками. Первая мысль короля была о том, что Моргана его убьёт. Сразу. Без раздумий. Вторая мысль оказалась ещё страшнее. Она поразила Артура своей жестокостью и большей вероятностью. Моргана просто исчезнет из его жизни, и он никогда не сможет прикоснуться к ней, увидеть, как растёт Мордред, она ему не простит!
-Она тебе не поверит, — сочувственно сообщил Кей, добивая мысли Артура. — Она решит, что ты подослал к нему убийц.
-Мы проведём следствие! — заверил Гавейн, просачиваясь вслед за королём и оставляя стражника стоять в коридоре. Подумав, рыцарь закрыл дверь. — Мы проведём следствие, мы докажем, что ты не виноват, Артур!
-А какая разница? — поднял голову Кей, — мы докажем, мы докажем… Моргану это не переубедит. Даже если она сама будет вести следствие, она решит, что мы всё тщательно запутали.
-Как он мог совершить попытку к бегству? — Артур с несчастным видом взглянул на Гавейна, потом перевёл взгляд на Кея, — как?
-У него был сообщник, — пожал плечами Гавейн. — Только такой вариант я вижу.
-Кто? — мрачно осведомился король. — Кто? Назови мне его имя, Гавейн!
-Я не Гавейн, но назову, — решительно сообщил Кей, — Мелеагант! Он давний друг графа. Наверняка решил, что ты его казнишь, разработал план…может, подкупил кого, может, магией своей, может ещё что — Мелеагант просчитался. Но Моргана возненавидит тебя, Артур. Не его. потому что именно ты посадил Уриена в клетку, именно ты собирался его казнить!
-Я хотел освободить его! — выкрикнул Артур, прикрывая голову руками и снова сползая у стены, — господи, за что?
-Тем не менее, это твоя вина, — резюмировал Кей, отошёл в сторону, раздумывая, и едва не наступил на письмо Мерлина. — Это что?
Артур даже не взглянул, пытаясь понять, как ему оправдаться перед Морганой. Гавейн попытался приободрить его:
-Мы можем сказать ей, что это проделки Мелеаганта.
-Не поверит, — глухо простонал Артур. — Доказательства? Только если сам Мелеагант признается.
-А это не его проделки, — вдруг подал голос Кей, ликующе отрываясь от письма, — Артур, я нашёл тебе решение!
-Какое? — подорвался король, взглянул на письмо Мерлина, на Кея, снова на письмо…- Думаешь, Мерлин знает, кто готовил побег Уриену?
-Понятия не имею, — честно признал Кей. — Нет, дело не в этом! Дело в том, что мы можем свалить всё на него!
-Как это «свалить»? — Гавейн судорожно сжал рукоять меча, — Кей, думай, что говоришь!
-Кей, объясни! — потребовал Артур.
-Всё просто! — Кей запрыгал на ножке, захлопал в ладоши, смеясь, — всё просто, очень-очень! Если Моргана рожает, ей не до Уриена. Мы можем потом сказать ей, что побег готовил Мерлин! Судя по его письму, он тут умирать собрался! Кстати, а почему он мне ничего не написал?
Кей обиженно надул губы, словно готовясь заплакать. Гавейн затряс головой, пытаясь собрать мысли в кучу. Артур поморщился, не понимая:
-Но это ведь не он!
-Да какая разница! — воскликнул Кей, торжествуя. — Артур, всё просто! Мы напишем поддельное письмо от Мерлина тебе. Покажем его Моргане. Если Мерлин умрёт, а он, судя по всему, знает, о чём говорит, он не успеет рассказать ей правду.
-А если успеет? — Гавейн мало что соображал и цеплялся за знакомые слова.
-А мы сделаем, чтобы не успел! — раздражённо отозвался Кей, — рыцарь, не мешай!
Артур молчал, глядя себе под ноги и пытаясь решиться на что-то. Кей чувствовал исходящую от него дрожь и потому насел с удвоенной силой:
-Артур, я предлагаю тебе вариант по сохранению Морганы подле тебя. Ты же не хочешь потерять её и своего сына? А она никогда не поверит в другом раскладе, что ты не виноват в смерти Уриена.
Гавейн хмуро взглянул на Кея, перевёл взгляд на превратившегося в каменное изваяние Артура, но ничего не сказал.
Кей ощутил прилив вдохновения:
-Признаться, братец, я и сам не верю, что ты не виноват! Уриен был твоим единственным реальным соперником за Моргану. А тут…так удачно!
-Молчи! — рявкнул Гавейн, когда Артур, вцепившись пальцами в волосы, приглушённо застонал.
-А что, — издевался Кей, кривляясь, — сам искалечил Кармелида, обвинил Уриена, а потом его извёл! Ещё и хорошим в глазах Морганы бы остался!
-Замолкни! — Гавейн замахнулся на Кея, но тот заверещал по-птичьи и нырнул под стол.
Артур принялся раскачиваться в безумном исступлении.
-У тебя выход простой — либо рассказать Моргане правду, уповая на то, что она поверит тебе и твоей невиновности, либо подставить Мерлина, который столько раз подставлял тебя, и вообще использовал, как марионетку. К тому же, ему всё равно уже, — подал голос из-под стола Кей и Гавейн бросился к столу, чтобы вытащить его оттуда, но не успел. Кей юрко вылетел из-под стола, оббежал половину комнаты и спрятался за креслом, продолжая вещать свои страшные речи, — нет, как король, ты должен блюсти правду, и я восхищаюсь тем, что ты ради чести без пяти минут мёртвого друида готов пожертвовать той, кого любишь и сыном…
-Клянусь, Кей, я убью тебя! — взревел Гавейн, бросился к креслу, перевернул его и схватил Кея, в тот момент, когда раздался тихий голос Артура:
-Кей прав. Моргана важнее. Она не поверит мне…отпусти его.
Гавейн покорно выпустил из своих медвежьих объятий щуплого сумасбродного рыцаря и тот упал на четвереньки, тяжело дыша, с трудом переводя дыхание, но улыбаясь.
Для Гавейна не было правильного и неправильного. Был король, всегда правый и истинный в своём решении, были слуги. То, что подвигало короля к тому или иному поступку — было неважной, малой деталью для Гавейна, он был потрясающим исполнителем и никогда — управленцем. Моргана, впрочем, полагала в Гавейне изначальный потенциал для министра, но вскоре поняла, что он никогда не возьмёт на себя бразды правления любой областью, считая, что политика в любом её проявлении — это удел либо наследников престола, либо очень умных и хитрых. Сам Гавейн не причислял себя к умным, и выбирал стезёй слепое подчинение. Приказы Артура, его образ жизни — всё было по душе Гавейну, кроме одной Морганы, может быть.
Моргана, на взгляд рыцаря, как женщина, не имела права лезть в дела государственные. Но Артур поддерживал с жаром её начинания, и приходилось признать, что Камелот постепенно обрастал новыми панцирями защиты. Во всяком случае, в первые же месяцы от её появления при дворе, в амбарах Камелота появилось зерно на запас, при учёте того, что обычно приходилось практически покупать зерно за морем, везти его, терять все ценности королевства. Теперь, в случае голода или неурожая можно было как-то протянуть. Гавейн оценил это и то, что фея не жалела средств и ресурсов на восстановление Камелота, на появление нового вооружения, на наёмников. Первые торговые корабли были переоборудованы в военные, а затем постепенно строился и флот, правда, в последнее время при управлении Мерлина, так как Моргана сообщила, что у неё не хватает выдержки на наблюдение за строительством и занялась мельницами на юге.