Страница 146 из 252
-Ланселот, вы с Голиардом, Никколасом, Эжоном и остальными берёте на себя армию! — подвёл итог Мелеагант. — Так, через, сколько Артур планирует предпринять своё забавное нашествие?
Ланселот и Голиард переглянулись и синхронно перевели взгляд на Моргану. Она продолжала сверлить взглядом карту.
-Спрошу по-другому, — сжалился принц. — Через сколько он сможет собрать армию и приготовить её к битве?
-Дня три, наверное, — Ланселот пожал плечами.
-Мало! — жёстко обрубил Мелеагант. — Мне нужна неделя.
-Да где ж её взять-то?! — Моргана наблюдала за Мелеагантом, пытаясь угадать его мысли. — Ну не выходит…
-Будем тянуть время! — решил Голиард. — Перевооружение замедлим, поставки сорвём…
-Головы полетят, — напомнил Ланселот. — Многих могут казнить.
-Нас всех казнят только за одно присутствие….
Моргана не закончила свою яростную мысль. Из залы, отделяющей покои Гвиневры от основной части замка и галерей, донёсся голос леди Вивьен:
-Ваше величество…какая честь!
-Какая напасть! — прошипел Мелеагант, сворачивая взмахом руки все карты и скидывая их со стола к стене, Голиард набросил сверху плед.
Леди Вивьен поняла, что происходит что-то очень нехорошее, когда ворвался Ланселот в покои королевы. Когда туда прибежала Моргана — стало ясно, что ситуация вышла за пределы нехорошей и стремится к апокалипсису. Она не знала, что происходит, о чём говорят и говорят ли вообще сейчас у королевы, но решила твёрдо сделать всё, чтобы это осталось тайной от Артура — женщина была опытной придворной и понимала, что прячется честная троица: Гвиневра, Ланселот и Моргана, от него.
О том, что троица расширила свою численность, леди Вивьен не подозревала. Лёгкая паника пробежала по комнате, Гвиневра широко распахнула глаза, бросилась раздёргивать полог кровати:
-Сюда!
-Живо, — одними губами приказала Моргана, заталкивая Ланселота под кровать и закрывая пологом.
-Леди Вивьен, моя жена у себя?! — громыхнул Артур. Лея выругалась и сунулась за шкаф, где была маленькая кладовая — её собственная комната, в которой она, впрочем, не спала, живя в комнате с Гвиневрой. Комната была узкой, но туда удалось впихнуть молниеносным пинком и тычком Мелеаганта и Лилиан, стоявших ближе всех.
-Ваша жена? — крикнула леди Вивьен, — да, но вы послушайте, что делается в нашем замке!
-Мне некогда! — оборвал Артур. — Не лезьте ко мне с глупостями!
-Сюда, — прошептал Голиард, увлекая Моргану за развешенные платья королевы. Это было удивительно удобным и неудобным тайником одновременно. С одной стороны — платья висели в таком обилии и такой пышности, что спрятаться за ними ничего не стоило, но с другой — от этих тканей, щекотавших кожу и ароматных масел, пропитавших одеяния хотелось чихать и крутиться…
-Но ваше величество…- попыталась было вступиться леди Вивьен, и не смогла. Дверь с грохотом открылась.
-Пошла прочь! — бросил Артур. Моргане захотелось узнать, кому он это — леди Вивьен или Лее и она попыталась пошевелиться, чтобы увидеть, но Голиард плотнее прижал её к стене и приложил палец к её губам. Моргана замерла, глядя ему в глаза и пытаясь понять, как реагировать.
-Ваше величество? — с фальшивой радостью приветствовала Артура Гвиневра.
-Да…- хмыкнул Артур. — Ты угадала!
-Чем обязана такой честью? — лучилась фальшью Гвиневра. Пытаясь совладать с собой.
Ланселот видел из-под кровати только кусочек её ног, она выдавала себя, переминаясь. Мелеагант приник в кладовой к двери, пытаясь не пропустить и слова. Лилиан мелко дрожала, прижавшись к нему. Лея, выброшенная резким слово Артура, вместе с леди Вивьен в залу, тоже, не сговариваясь, приникли к двери, но не слышали и слова.
-Разве муж не может прийти к своей жене? — удивился Артур, и Моргана почувствовала недобрый холодок — она знала это удивление, за которым обязательно следовало что-то гадкое…
-Вашей сестры тут нет! — ледяным тоном объявила Гвиневра, скрещивая руки на груди. — Другого повода к вашему появлению я не вижу.
-Всё, что говорят обо мне и Моргане — ложь, — Артур коснулся плеча Гвиневры и пропустил прядь волос через пальцы. — Ты же моя жена, верно?
Гвиневра не ответила, боялась, что обида — обида как женщины и королевы, сорвётся с её губ в непростительные слова. Моргана едва не захохотала за платьями, Голиард сумел перехватить её порыв, грубо заткнув ей рот рукой, не позволяя выдать их. Мелеагант тихо фыркнул за своей дверью, Лилиан закатали глаза, Ланселот прикусил губу, пытаясь совладать с чувством ревности…
-А что тогда правда? — елейно пропела Гвиневра. — Что же, Артур?
-Что ты моя жена, что твой отец болен и то, что я хочу отправить его назад в герцогство и предлагаю тебе на время поехать с ним…
-Свершилось, — почти не разжимая губ, прошептала Лилиан, обмирая у дверей.
-Подлец и трус, — резюмировал Мелеагант. — Почему у меня такой ничтожный враг?
-Моргана, ваши глаза напоминают мне одного человека, — на ухо прошептал Голиард. — Он однажды сказал мне, что видит меня насквозь…хорошим был, друидом значился.
Моргана от удивления сменой темы и пробуждением слов укусила руку Голиарда, пытаясь не думать о Мерлине — не он ли?!
-Мне могло бы быть и больно! — укорил тем же жарким шёпотом Голиард, но руку не убрал. — Стойте смирно, фея.
-Вот как? — Гвиневра ласково отозвалась на слова Артура. — А дальше?
-А дальше ты вернешься, и мы будем жить счастливо, всё наладится, — заверил Артур, обнимая Гвиневру и не замечая её дрожи отвращения. — Ты родишь мне ребёнка.
-Ему нельзя размножаться! — в притворном ужасе прошептал Мелеагант, и Лилиан прыснула в кулачок.
-А Мордред? — также елейно продолжила Гвиневра. — Что с ним? а с Морганой?
-Мордред получит какую-нибудь землю, будет править там, — беспечно отмахнулся Артур. — Послушай, нам надо вернуть счастье и любовь в наш брак, а для этого нужно разлучиться ненадолго. Успеть соскучиться, понимаешь?
Конечно, Гвиневра понимала, что её просто «сплавляют» с глаз. Да ещё и как приманку. Но также она понимала ещё две вещи. Первая — если спорить, Артур останется и продолжит убеждать, а выносить его она не могла! Вторая — судьба Артура, поневоле её судьба. Что бы ни говорил Мелеагант, Ланселот и Моргана — она жена Артура. С его смертью и ей полагается умереть. Ведь она — королева. Королева Камелота не может сбежать с рыцарем. Королеве полагается быть поруганной вместе с королём.
Но Артур этого не готов понимать.
-Ты прав, — медленно и тихо, а вместе с тем и решительно ответила она.
Артур поцеловал ей руку и уже собрался к выходу, как вдруг всё-таки Гвиневра не выдержала. Голос бессонных холодных и горьких ночей выдал её, заполнил. Слёзы прорвались, слова сорвались:
-Чем она лучше меня?!
-Что? — Артур, удивлённый внезапной переменой, обернулся. — Кто?
-Чем я хуже неё? — зловещим голосом спросила Гвиневра. — Я некрасива? Я глупа? Я холодна в любви? Что? Что? Почему, Артур?!
-Проняло, — пробормотал Мелеагант, отодвигаясь от двери. — Жаль мне её, честно.
-И мне, — кивнула Лилиан. — Молодая она ещё…и уже такой переплёт!
Ланселот сунул в рот костяшки пальцев, чтобы не было слышно скрежета его зубов, чтобы боль физическая отрезвила.
Моргана дёрнулась было, но Голиард прижал её к стене с такой силой, что сопротивляться она не могла.
-Тихо, — попросил он тревожно, вслушиваясь во всхлипывания королевы.
Артур смотрел на то, как Гвиневра размазывает слёзы по лицу, на то, как дрожат её плечи и как голос повторяет бесконечно «что», требуя ответа на вопрос, почему Артур не любит её. Почему обходится с нею так?!