Страница 15 из 21
– Ты чего на меня так вылупился? – вспылила Лика, сообразив, что ее наступление уперлось в оборонную позицию противника. – Проваливай отсюда! Я тебя самого знать не знаю, может ты тоже опасный элемент!
– А что же ты не выяснила, насколько я опасен, прежде чем со мною в койку заваливаться?
– Ты, ты, ты просто низкий тип! – топнула она ногой. – Хватит говорить мне всякие гадости!
– Да ладно тебе гневаться, давай я расскажу, чем занимаюсь, что люблю, а чего не люблю, – забавлялся Кирсанов от души. – Коль тебя это интересует, я – стоматолог, у меня есть собственная клиника, а Стас и Ленчик, мои друзья и соратники, тоже работают в этой клинике. Татьяна – моя сестра, впрочем, ты это уже знаешь, она у нас администратор. У меня есть квартира, машина, собака –сеттер, отличный пес, и нет ни жены, ни детей. Я люблю спорт, коньяк и красивых женщин.
– Пошел вон! – повысила голос Лика. – Мне плевать на тебя и твоих женщин, плевать на твои привычки и наклонности. Я тебя к себе не звала, так что убирайся!
Она сама себе удивилась – так орать на людей было не в ее правилах. Но этот наглец перешагнул все дозволенные пределы. Она попала в затруднительную ситуацию, а он, вместо того, чтобы помочь, издевается над ней!
– Ты что, глухой? Убирайся из моего номера! – рявкнула она, злясь уже по-настоящему.
И, к ее глубокому удивлению, Денис встал, подхватил свой рюкзак и вышел, громко хлопнув дверью. Надо же, оказывается, от того, кто тебя бесит, избавиться довольно легко! В сердцах она швырнула шоколадку в мусорную корзину и погрозила кулаком чашке с кофе.
Кирсанов в бешенстве шагал по коридору. Он с детства ненавидел, когда на него повышали голос. Он просто сатанел, слыша визгливые нотки в женских голосах. Кто вы, дамочка, что так орете в моем присутствии? Ах, вы на меня орете? А по какому праву, собственно говоря? Ах, вы иначе не умеете, так пойдите, потренируйтесь, и как только научитесь держать себя в руках, так милости просим обратно разговоры разговаривать!
Все свое детство он слышал подобные вопли в адрес своего отца. Мать ходила в начальниках средней руки в строительной компании и в семье не считала нужным сдерживать свой крутой нрав. Отец, скромный научный сотрудник, имел возможность вести подобный образ жизни только благодаря заработкам своей жены, но она его за это сильно не уважала и позволяла себе орать на мужа при детях, причем, вплетая в речь крепкие выражения.
Маленький Кирсанов трясся за стенкой своей комнаты при каждых таких пикировках и мысленно умолял отца заткнуть матери рот, а может даже отвесить пощечину, чтобы она раз и навсегда уяснила, что он тоже человек, пусть и плохо оплачиваемой профессии. Но отец так и не смог выполнить мысленного призыва отпрыска, он тихо смылся из семейного ложа, сбежал, исчез, испарился. И мать переключилась на них с Танькой, а им сбежать вслед за отцов удалось далеко не сразу.
Еще в юности Кирсанов решил для себя, что в межличностных отношениях лучше сразу расставить точки над «И», чем потом позорно бежать, куда глаза глядят, подобно нашкодившему шелудивому коту. И дал себе зарок не связываться с истеричками, ему и матери на всю оставшуюся жизнь хватило.
Последняя же пассия, обосновавшаяся в его квартире, отличалась хитростью и предприимчивостью. Видимо, у нее на него, и на его квартиру, были большие планы. Она буквально втерлась к нему в доверие, обволокла его своим коконом из лести, угодничества и лизоблюдства. Но долго играть несвойственную роль не смогла и, едва почувствовав, что закрепилась на завоеванной территории, как полезла из нее истинная сущность.
И взяла дама за правило, чуть что, орать благим матом. В первые разы Кирсанов пытался ей объяснить, что он не потерпит скандалов с криками и воплями, но она не уяснила, насколько он серьезен в своих предупреждениях, не вняла здравому смыслу и поплатилась за это. И, хотя Кирсанову не хотелось от нее избавляться: он к ней уже привык, а менять шило на мыло было лень. Но уж больно голосиста попалась девица, и его нервная система взбунтовалась. Или она, или я – сказала ему собственная психика. И Кирсанов с боями очистил свое жилье от крикливой пришелицы. Sis felix, дорогуша! Да, да, будь счастлива, почему нет, но уже без него!
И вот, пожалуйста, эта туда же – «пошел вон»! Да пожалуйста, он пойдет. Только вот дальше-то что? Не в ее положении в позу становиться, неужели не ясно? Ну до чего же бабы глупый народ. И упрямые до жути – видят, что сами себе вредят, и остановиться не могут. Сказано, из ребра сделанные, откуда же мозгам взяться?!
Лика принялась с остервенением сушить волосы, нещадно раздирая их щеткой. Она решила, что пойдет сейчас reception и, если есть свободные места, переедет в другой номер. А Максу объяснит, что в этом дуло из окна.
Макс! Раньше она докладывала ему обо всем, даже о перегоревшей лампочке, а сегодня умолчала о том, что тут с ней приключилось. Это невероятно. Но ведь не она виновата в укрывательстве информации, он сам не пожелал ее слушать. Впервые в жизни с ней происходят какие-то непонятные, пугающие вещи, а Макс отмахнулся от нее, и даже не дал ей возможности рассказать обо всем этом. Он скомкал разговор, словно … Что? Ему никто не мог помешать, он был не на работе, а дома. Тогда почему у нее возникло чувство, что ему вдруг стало неловко с ней разговаривать.
– Ах, дорогуша, глядя на себя в зеркало, процедила Лика, – Не надо валить с больной головы на здоровую. Ты сама промолчала! Утаила от мужа информацию о маньяке, потому что рыльце-то в пушку!
И Лика скорчила самой себе рожицу. Чего уж тут притворяться, да, она была испугана, но самое главное, что без мужской поддержки она не осталась. Она сражалась с таинственным злоумышленником не в гордом одиночестве, а плечом к плечу с симпатичным мужиком, сексуальным мужиком, который ей даже во сне приснился! И именно с ним трепетная женушка провела ночь в чужой постели и в другом номере. Вот почему она и не смогла взять себя в руки и нормально поговорить с мужем. А вовсе не потому, что он как-то не так разговаривал!
Она отбросила фен, притянула к себе телефон и набрала номер Макса.
Ей нечего стыдиться. Она всего лишь перебрала вчера алкоголя, но, по сути, ничего плохого не случилось! Просто добрые люди не оставили ее в клубе, подобрали, обогрели. Что тут такого? Так, акт человеколюбия! И она сейчас все расскажет мужу… о маньяке. И Макс, как всегда, найдет правильный выход.
Лика набрала номер любимого один раз, потом второй. Но муж на ее призыв откликнуться не пожелал. Наверное, решила она, он забыл телефон в машине. После пятой попытки она оставила свою затею. Вот так всегда, стоит только ей, как следует настроиться, он оказывается недоступен, а потом заворкует что-то на ушко, и она тут же идет на попятный и ничего против сказать не может.
Лика опять взялась за фен.
С другой стороны, размышляла она, это и к лучшему, что муж сразу не ответил. Ей надо четко продумать, как изложить эту историю. Денис в ней фигурировать не должен вообще, иначе она собьется, смутится и сама себя выдаст. И навсегда между ней и Максом встанет эта ночь: было – не было? Как бы она сама себя почувствовала, если бы узнала, что Макс спал в одной кровати с незнакомой женщиной? Нет, это лишнее. Она просто скажет, что когда явилась после завтрака, то и нашла номер в столь плачевном состоянии. Точно, точно! Горничные же еще сюда не заглядывали, поэтому она вполне может втиснуть разгул маньяка в утренние часы, умолчав о ночном отсутствии!
Лика снова выключила фен, тряхнула почти высушенными волосами и набрала номер свекрови, возможно, Макс у нее. Маменька трубку взяла после первого гудка.
– А, это ты, – раздраженно сказала она, вместо приветствия. – А я жду твоего мужа. Он обещал забрать вашего отпрыска с утра, и его все нет и нет.
– Нет до сих пор? Он мне сказал часа два тому назад, что выезжает, – растерялась Лика.