Страница 14 из 21
– Кто передал? – Лика перевела взгляд с лица официантки на поднос, на котором дымилась чашка кофе и лежал ее любимый шоколад.
– Какой-то мужчина, – поджала губы официантка, – он не представлялся. Так что, вам заносить или вы не желаете?
– Заносите, – посторонилась Лика.
Во-первых, кофе она действительно желала, потому что всегда с него начинала утро, во-вторых, была уверена, что это Кирсанов подлизывается. Больше просто некому.
– Я вам что-то должна? – спросила Лика.
– Спасибо, мне уже оплатили, – ответила официантка, сделав такое лицо, словно хотела плюнуть в этот самый кофе.
– И вам спасибо, – скромно сказала Лика и закрыла за ней дверь.
Что сначала – кофе или душ? Выбрала душ. Она залезла под упругие струи воды, наслаждаясь каждым мгновением. И принялась намыливаться миндальным гелем, пытаясь смыть с себя необузданные танцы в диско-баре, ночь в чужой постели, остатки похмелья, разгром в номере и нелепый разговор с мужем. Все это, казалось, прилипло к ней как вторая кожа. И когда ее собственная кожа стала красной, как панцирь сваренного рака, она выключила воду и тут же услышала, что кто-то опять ломится в дверь. Наказание какое-то!
Оказалось, что это Кирсанов, в полном горнолыжном обмундировании: шелестящих штанах, бледно-серой куртке из флиса (все фирмы «Коламбия»). Под мышкой он держал красно-синий пуховик, на плече висел рюкзак. Он вытаращился на Лику, замотанную в банное полотенце, словно впервые видел перед собой женщину, вышедшую из ванной. Впрочем, она и не собиралась его пускать, хотела из-за двери поговорить, а он попер танком, пришлось отступить. Теперь он таращился и молчал, а она стягивала полотенце потуже и не знала, как его поинтеллигентнее выставить. Нет, ну почему тут не предусмотрены махровые халаты, как в других отеля, в которых они с Максом отдыхали?!
– Ты почему не одета? – наконец произнес он.
– Я купалась, а вы ввалились, – смущенно оправдывалась Лика. – Вы же стучали, вот я и открыла! Вы же так громко стучали, что…
– Мы, вроде бы на «ты», – напомнил он, пристально разглядывая собеседницу. – И я спрашиваю, почему ты не оделась, имея в виду лыжное обмундирование. Ты когда кататься-то собираешься, ведь уже девять?
– Я не собираюсь кататься, – с тоской сказала она.
Он никогда от нее не отстанет, дошло до нее, а будет топтаться в дверях, пялиться на голые плечи и гундеть что-то об обмундировании.
– Почему? – не желал отступать Кирсанов. – Почему ты не хочешь? Ты же приехала сюда кататься или в гостиничном номере штаны просиживать?
А в голове промелькнуло: «Какие штаны, когда она голая?!»
– Я не собираюсь кататься, потому что мне не понравилось! –порадовала его Лика развернутым ответом, судоржно стягивая на груди полотенце.
– Глупости, сегодня понравится, одевайся! – приказал он.
Хотя самому больше всего хотелось, чтобы она разделась, скинув с себя это полотенце и тогда бы он сграбастал ее в объятия и…
– Вот еще! – сказала Лика. – Чего ты мной командуешь? Я же сказала, что на гору не полезу!
– Хочу и командую, – буркнул он себе под нос.
Пристроил свой пуховик на кресло и поправил волосы, наклонившись к зеркалу.
– Я тебя вижу второй раз в жизни, а ты диктуешь, что мне делать! – возмутилась она, наблюдая за его манипуляциями.
– Я смотрю, для тебя постель – не повод для знакомства! – подкусил он и тут же обернулся, подняв руки. – Сдаюсь, не надо драться!
Лика подавила желание, сказать ему гадость в ответ и презрительно прищурилась.
– Лика, ну хватит злиться, – сказал он примирительно, делая шаг ей на встречу, – ты так из-за вещей расстроилась? Но это ерунда, можно, новые купить. Давай, собирайся, поехали кататься. День сегодня замечательный.
– Денис, я, правда, тронута твоей заботой, – строго сказала Лика, отступив от него на два шага. – Но кататься с тобой не поеду. Кстати, спасибо за кофе и за шоколад. Но все это не дает тебе право вести себя со мной слишком раскованно.
– Погоди, какой кофе? Тебе кто-то кофе прислал? – нахмурился Кирсанов.
Лика напряглась. У нее из-за вчерашнего с ним общения хлопот, хоть отбавляй, а он предлагает еще и «прекрасный день» вместе провести! «Нет уж, дудки, надо от него как-то избавиться!» – решила она.
– Лика, что это за история с кофе? – повторил он, видя, что она не реагирует на его слова.
– А разве это не ты заказал мне в номер кофе? – растерялась она, – Его принесли из кафе отеля, и еще шоколадку, мою любимую…
– Нет, это не я, – глядя на выставленные на столике дары, сказал Кирсанов. – А ты пила этот кофе?
– Хотела после душа выпить.
– Понятно. Только вот ничего я тебе не присылал, извини, не догадался, – сказал он и уставился ей в лицо.
– Не присылал? – переспросила Лика и села на кровать.
– Нет, не присылал. Я понятия не имею, какая у тебя любимая шоколадка, – проворчал Денис. – Мы, и вправду, не слишком близко успели познакомиться.
Фраза была двусмысленной, но обоим было сейчас не до сексуальных игрищ.
– Погоди, но кто тогда? – спросила озабоченно Лика.
– Хороший вопрос, – кивнул Кирсанов, – а кто тебе все это доставил?
– Официантка, в униформе, – ей стало настолько не по себе, что даже воздуха не хватало, – она сказала, какой-то мужчина оплатил заказ и велел принести все это мне в номер.
– Ладно, пошли искать эту официантку, может, узнаем, что интересного.
– А ты думаешь, в кофе что-то есть? В смысле, он отравлен? – почему-то шепотом спросила Лика. – Так может, его на экспертизу?
– Я бы его пить не стал, а вот с экспертизой, боюсь, будут проблемы. Для начала, где ты ее делать собралась или опять хочешь обратиться к охране отеля? – поморщился Кирсанов. – Логика та же, ну прислали тебе кофе, ну и что? Или у тебя есть враги, за тобой кто-то охотится, твоей жизни угрожают?
Лика молча помотала головой, о врагах, желающих ей смерти, ей ничего не было известно.
– Тогда какая экспертиза? – развел руками Кирсанов. – Если всем нервным дамочкам, которым кто-то кофе в номер послал, идти на встречу, то во всем мире экспертов не хватит!
– У меня есть свидетель, что в мой номер дважды кто-то тайно пробирался. Разве это не повод для переживаний? – твердо сказала Лика. – Или ты этого не подтвердишь?
– Нет, не подтвержу, – бухаясь на ее кровать, заявил он.
– Как это? – ахнула она. – Почему?
– Все очень просто, – устраиваясь поудобнее, пояснил Кирсанов. – Следователь сразу же спросит меня, с чего я решил, что в номере был посторонний, и мне нечего ему будет ответить. Быть может, это твой поклонник, и ты его сама в номер пустила? А, напал он на меня из ревности, по этой же причине потом и вещички твои испортил. И, кстати, по голове ты треснула меня, а не его! Что даже мне кажется подозрительным.
– Ты – подлец! – вынесла вердикт Лика и указала ему на дверь. – Прошу вас, Денис Николаевич, немедленно покинуть мой номер! Мне тут нужно еще подушки вспороть и ковролин поджечь! А мой знакомый маньяк и сейчас в шкафу сидит, ждет, пока вы отсюда уйдете!
– Ты чего, обиделась, Лика?!– засмеялся он, вскакивая с кровати. – Я всего лишь обрисовал картину, как она выглядит со стороны. Не злись! Но в свидетели я точно не гожусь, потому что мои показания ничтожны. Хоть я и подрался с кем-то в твоем номере, но я его даже опознать не смогу, если помнишь, тогда было темно. Но, если хочешь, то вызывай полицию, я им все честно расскажу.
– Спасибо и до свидания! – была неумолима Лика.
Этот наглец только что самым паскудным образом обвинил ее во лжи, перевернул все с ног на голову и еще сидит и ухмыляется. А она считала, что он на ее стороне.
– Я все поняла! – сказала она. – Не буду я ни к кому обращаться за помощью. И тебя звать в свидетели не стану. А теперь иди отсюда, кататься там или куда хочешь иди!
– Я сейчас уйду, а он вернется! – шантажировал ее Кирсанов.
Ему ужасно нравилась ее дразнить, она так искренне накалялась и краснела. И потом, она явно забыла, что кроме полотенца на ней ничего нет, а оно так и норовило распахнуться, открывая для обозрения чертовски стройные ножки. И кожа у нее такая бархатистая на вид… Блин, он полный кретин! Зачем он напился? Она вчера была уже в его постели, нужно было только лишь слегка поднажать и…