Страница 26 из 61
Замершего с похоронным лицом адмирала и нескольких старших офицеров буквально силком потащили к одной из шлюпок, в которой собрался весь высший командный состав. Единственная их задача была спасти всех, кого ещё можно спасти.
Чуть ли не со слезами на глазах адмирал, скрипя зубами, смотрел с какой скоростью тонет целый флот. Люди в тяжелых железных доспехах, с которыми каждый солдат не имел права расставаться даже во сне, прыгали прямо в воду, тут же камнем уходя на дно безо всяких
шансов выплыть. Гордость империи, их доспехи с эмблемой золотого солнца на них стали погибелью большинства ничего не подозревающих солдат. Ну ничего, ничего. Часть из них выживут… выберутся… плыли они не очень далеко от берега. К вечеру оставшиеся в живых достигнут берега и вот тогда…
Откуда-то спереди вновь послышались крики. Адмирал повернулся, заметив, как с правой стороны, где плыла такая же шлюпка, как и та, на которой был он, послышались панические крики. Был хруст, удар, и судёнышко развалилось пополам, а выжившие моментально пошли на дно.
Ещё один хруст, и ещё одна лодка камнем идёт на дно. И ещё, и ещё, а потом в его лодке просто исчез участок дна. Он хорошо проследил, как очень солидный кусок днища его лодки просто взял и пропал. Успев глупо хлопнуть глазами пару раз на такое непотребство, он и сам
полетел в воду, камнем идя на дно, и это было последнее, что увидел в своей жизни адмирал флота.
***
Я сидела чернее тучи. Мои руки тряслись, а слёзы текли без остановки. Рядом сидела моя мать, которая обнимала меня и гладила по голове, напротив в кабинете стояла бабушка. Её руки тоже заметно тряслись.
— Ну что ты маленькая, что ты, не надо, не плачь. Всё хорошо.
— Мамочка, там тысячи людей… а они так кричали… и тонули… и кричали… мамочка, когда ты задыхаешься… знаешь, это ужасная смерть. А я… своими руками-и-и-и.
Да, я понимала, что я обязана была это сделать. У меня не было выбора. Никакого выбора. Я знала, что это — захватчики. Что если я их не убила бы, они бы приплыли сюда и начали убивать всех вокруг. Зачем? Зачем эта бессмысленная война? Ради чего? Ради кого? Ради горстки зажравшихся уродов? Я убью их! Убью всех этих сволочей, которые бросают людей на войну… уже скоро. Меня всю снова затрясло, но на этот раз от ярости. Я захотела убить императора и его свору уже сейчас. Вот кто виновен. Вот кто должен умереть.
Скоро. Мы не зря придумали план… я не стану ничего ломать в угоду своей мстительности.
Когда я начала перемещать днище первого корабля, и вода хлынула внутрь, меня будто заморозило. Все реакции, все волнения будто отрезало. Я была будто в эмоциональном трансе. Так работает боевой модуль. Эмоции будут притушены ради эффективности.
Вода недостаточно быстро прибывает. Вместо одной дыры на корабль, лучше делать сразу шесть, но с моей скоростью на восемьдесят кораблей… Я почувствовала вежливое внимание от своего аугментора.
Он как бы нежно попросил меня разрешения помочь, и я согласилась. Как и раньше, я полностью ощущала, будто делаю всё сама, своими… э-м-мм… руками. Это я навожусь на самый оптимальный участок в трюме, это я мгновенно телепортирую деревянный пол куда-то на орбиту. Это я высчитываю следующее отверстие, а потом я начала сама заранее высчитывать все отверстия и оптимальным образом убирать их меньше, чем за секунду. Я будто отстранилась, но в то же время делала всё сама.
Скорость, с которой аугментор выполнял все задачи, поражала, он же перевёл мой разум в ускоренный режим транса. Меньше десяти минут, и гордый флот империи и чуть меньше десяти тысяч отборных головорезов самого подготовленного имперского десанта уходят под воду с концами. Теперь их никто никогда не найдёт. Не теряя времени, я тут же переключаюсь на шлюпки. Ни один не должен уйти. Весть о разгроме не должна дойти до империи. Флот просто пропал. Исчез. Из одного порта вышел, во второй не дошёл. Я видела глаза этих людей. Я видела ненависть, бессилие и панику в их глазах. Желание сделать хоть что-то, но не способных справиться с моим злым гением.
“Нет, Цири, ты здесь ни при чём, если бы не ты, они вырезали бы сотни, тысячи, пока наша стража смогла их перебить. И их бы всё равно перебили. Они рассчитывали на внезапность, но какая может быть внезапность, если город уже две недели на высшей готовности, тем более мы и так знали о том, что они приближаются, и где они появятся и когда. Цири, ты не должна себя корить. Ты просто сделала то, что и так бы случилось. Это была их судьба, их рок. Их бы всё равно всех перебили. Расстреляли бы из луков, закололи копьями и мечами, но не пустили бы в город. Результат был бы тем же, Цири, только с большими потерями. Ты только ускорила и оптимизировала этот исход, избежав потерь с нашей стороны. Нет, Цири, ты не хладнокровно утопила в ледяной воде почти десять тысяч человек. Ни в коем случае. Ты не убийца. Ты просто ускорила и оптимизировала… ускорила… и оптимизировала. Я просто ненавижу себя! У меня была обычная жизнь, а теперь, я мелкая мразь, упивающаяся своим могуществом и убивающая тысячи человек своими руками.”
— Мамочка, я пойду спать, посиди со мной, пожалуйста, — взглянула я больными глазами на мать.
— Конечно, ласточка моя. Всё, что ты скажешь.
Заснула я, держа руку матери в своих руках. Она легла рядом со мной, как в детстве, и обняла меня.
***
Проснулась я просто замечательно отдохнувшей. Никаких терзаний больше не было, ничего меня не мучило, вся депрессия испарилась.
“Ментальная стабильность владельца 100%.”
Да уж… будто мне требуется напоминание на тему того, кто это мне помог с починкой психики? Мой встроенный ангел-хранитель. Память была на месте, но никаких психологических рефлексий. Медицинский модуль дал мне порефлексировать несколько минут, а потом заметил, что сами эти рефлексии негативно сказываются и на психике, и на балансе энергий, дестабилизируя мой разум и личность, и что я сама и сознательно, и подсознательно хотела бы от них избавиться. Это и послужило командой. Ну а что? В кои-то веки сознание и подсознание едины в своём мнении. Ну вот он и избавился от деструктивных цикличных мыслеформ. В принципе, если убрать чувства, мы всё делаем правильно.
Эх… надо было ещё в самом начале, когда на бабушку давили аристократы, просто взять и уйти. Хотя… это ведь тоже не выход. Случилось бы то же самое. Нильфгаард бы напал на Цинтру. Мы бы, конечно, могли тешить себя тем, что это теперь не наша забота, находясь где-нибудь, где нас не достать, но я считаю, что это неправильно. Мы могли спасти наше население, и мы сделали. Я могла, я приняла решение, и я взяла за него ответственность. А на сегодня у меня запланирована ещё одна кампания. Но она довольно короткая, и я с аугментором уже запрограммировала порядок работы. Просто сделала так, чтобы я не встречалась с теми, кого я буду сегодня ликвидировать, лицом к лицу. Вот, моя психика уже даже слово правильное подобрала… нейтрально-вежливое “ликвидировать” — это гораздо лучше, чем “убить”.
Десяток огромных… с меня ростом авиационных бомб стояли, вытянувшись в рядок в подземелье. Нашла я эти устаревшие экземпляры в одной из Африканских республик Земли. Видимо, правительство этой банановой республики получило такую жирную награду от Америки как некие преференции. Всё равно они им не нужны и даже совсем лишние. А вот мне — пригодятся.
Инструкция для полных дегенератов, а точнее для простых американских солдат, лежала здесь же на столе. Сегодняшняя операция будет включать в себя именно этих малышек и теперь ответ на тот самый вопрос: может ли один человек остановить войну с империей, подходит ещё ближе к своему логичному ответу.