Страница 85 из 143
С одной стороны, Леррас совершенно не испытывал восторг от необходимости возиться с раненой, с другой — ему было страшно потерять ее, дать умереть у него на руках, а сам он вполне мог контролировать действия и какое-никакое, а все же лечение. В демоне плескался странный, необъяснимый, иррациональный страх, что Ария погибнет. И не потому, что это будет отчасти по его вине, — не помог вовремя, не спас, не прикрыл от тварей в лесу, — а по какой-то совершенно иной причине, обдумывать которую Высший не решался. Так или иначе, демон взялся за попытки привести Арию в порядок.
Перерыв обе сумки и изумившись, как много вещей Ария таскает с собой, Леррас все же нашел и достал аптечки. Затем снял с девушки рубашку — невольно усмехнувшись, вспомнив ночь накануне у озера, — и, кое-как промыв рану водой из фляги, принялся обрабатывать ее. Тяжело сказать, сколько времени у демона на это ушло, но за время полета с раной почти ничего не случилось. Она не затягивалась так быстро, как должна была заживать у демонов, и Леррасу не осталось ничего, кроме как перевязать ее, переодеть Арию в сорочку, чтобы потом не было проблем во время перевязок, и укрыть одеялом в надежде, что его старания хоть немного помогут.
Рациональная часть мозга во весь голос кричала, что Ария — не демон. Она полукровка, и в ней доминирует лисья часть, но никак не демоническая. Поэтому рана не затянется за одну ночь от зелий целителей демонов, поэтому есть огромный риск, что от таких ран девушка просто не выживет. Вот только другая, эмоциональная часть Лерраса была в панике и откровенном ужасе. Он не понимал, как такое вообще случилось, как он допустил, что эта девчонка, что некоторое время назад выхаживала его, теперь сама находится на грани. А почему он сам не защитил ее?..
Леррас не знал. Как не знал и то, по какой причине переживает об этом и об Арии. Но сейчас на это было плевать. Демон вдруг осознал, что его трясет от переживания за эту полукровку, хотя он, кажется, ни за кого никогда не боялся, кроме себя и сестры.
Тьма, а ведь изначально Леррас согласился на эту поездку исключительно для того, чтобы забрать сестру из родного Домена в свой, чтобы сделать ее первым архидемоном и просто демоном, которому он, Леррас, как Высший, мог бы довериться! А теперь эта поездка обернулась странными, случайными приключениями и общением с очаровательной полукровкой Арией, к которой демон по глупости успел привязаться, ведомый инстинктами. И, пожалуй, сейчас у Лерраса было самое подходящее время, чтобы бросить раненую, плюнуть на все: разбудить ее, оставить аптечки и уйти, заняться своими, куда более важными, казалось бы, делами.
Вот только демон вдруг понял, что для него сейчас самое важное дело — добиться того, чтобы Ария была жива и в порядке. Возможно, это по-прежнему был только инстинкт, — в чем Леррас очень сильно сомневался, — однако сопротивляться этому не получалось. Да и, откровенно говоря, совершенно не хотелось.
Следующие несколько дней Леррас почти не отходил от Арии и совершенно не спал. Само собой, было бы правильно хотя бы нормально изучить бывшую демоническую Цитадель, найти, возможно, еду или хотя бы воду. Но за девушку было слишком страшно: ее лихорадило, она никак не приходила в себя, а рана никак не заживала. Это беспокоило до безумия, однако демон старался держать себя в руках, не переходить к крайним методам, продолжать обрабатывать рану раз за разом и надеяться, что все будет хорошо, что он сможет помочь Арии. Вот только все, кажется, играло против Лерраса и его желаний и надежд.
Арии с каждым днем становилось только хуже. Леррас не хотел этого признавать, но он видел это и отрицать никак не мог. Очевидно, лисья сущность девушки уже не справлялась, не могла регенерировать и лечиться. Да и лечению со стороны уже не поддавалась. Она просто умирала.
Однако Леррас знал, в Арии есть и другая сущность, демоническая. И он был более чем уверен, что сущность эта жива и готова вот-вот вырваться наружу, пускай даже это и не будет совершенно безопасно для окружающих. Впрочем, у демона было острое желание ускорить пробуждение этой половины Арии, но он также не был уверен, насколько это безопасно для него самого. И, наверное, Леррас бы еще долго тянул с этим, размышляя и примериваясь, продолжая обрабатывать рану Арии, если бы в какой-то момент…
Если бы в какой-то момент Ария не умерла, а демоническая искра в ней не стала медленно потухать.
Тело полукровки было еще горячим, но лисьей сущности уже не существовало. Другого подходящего момента для обращения в полноценного демона было просто не найти, поэтому именно в этот момент, в вечер четвертого дня, Леррас решился и, резанув когтем по собственной ладони, склонился над Арией. Демон несколько мучительно долгих секунд наблюдал, как его кровь капает на бледные губы девушки, затекает в рот и дальше, а затем вместе с кровью влил в тело Арии демоническую силу, разжигая в теле ее собственную демоническую искру.
Просыпалась она слишком долго, так что Леррас, замеревший над Арией в тяжелом ожидании, успел подумать, что это конец. Всегда контролируемые переживания стали потихоньку просачиваться наружу: демон почувствовал, как мелко задрожали руки, хвост стал виться кольцами, выдавая нетерпение и нервозность Высшего с головой, а в горле его встал тугой ком, не давая дышать нормально и заставляя лишь надеяться — пускай с обращением все получится.
Несколько слишком долгих минут ничего не происходило, и надежда Лерраса уже было начала угасать, придавливая демона ощущением вины и невыносимой тоски, как вдруг искра в Арии зажглась. Ее тело вдруг обдало жаром, так что демону пришлось отступить, а затем воздух вокруг нее стал наливаться силой, формируя Кокон.
Разумеется, мгновенно Ария в себя не пришла. В общем-то, никто бы не пришел, и не только из-за раны: любой обращаемый засыпает, а его самого окутывает Коконом из демонической силы, которая полностью зависит от потенциала обращаемого и силы обращающего. Леррас был силен, да и демоническая сущность Арии потенциально ненамного слабее, а сама девушка, пусть и имела отчасти демонические корни, все же скорее обращалась в демона, чем пробуждалась им. Поэтому и Кокон вокруг тела образовался сильный.
Леррас, удостоверившись, что процесс обращения полностью запустился, а демоническая сущность, ее сила, в Арии разгорелась сильнее, расслабленно выдохнул. Конечно, происходящее совершенно не означало, что все закончилось, однако, вероятно, в ближайшее время с девушкой все будет хорошо. Как минимум до ее пробуждения и растворения Кокона силы — невидимого барьера, что окружает любого обращаемого в период обращения, подпитывая силой, поддерживая жизнь и защищая, словно бы приглашая в демонический мир. Кокон Арии мало кто или что сможет разрушить: подпитывается он силой Лерраса, Высшего. И демона это более или менее успокаивало.
Во всяком случае, теперь можно было не сидеть круглыми сутками над девушкой, непрерывно проверять ее состояние и так сильно беспокоиться. Но теперь Лерраса одолела другая проблема — ожидание. Демон не знал, сколько проспит Ария, не знал, сколько понадобится ее демонической сущности, чтобы завладеть всем телом и наполнить его соответствующей магической силой. В теории, конечно, можно было бы рассчитать, но думать об этом еще более усердно и, значит, накручивать себя не хотелось. Так что оставалось только ждать, отвлекая себя хоть чем-то.
За следующие несколько дней, пока Ария спала, Леррас тщательно изучил всю крепость. Занялся он этим от обычного «нечего делать», но с безумной дотошностью — лишь бы не бегать в комнату девушки каждые десять минут. А это было тяжело — ждать. Тем не менее демон держал себя в руках и довольствовался малым, которым оказалась медленно, но верно зарождающаяся эмпатическая связь. Она пока что не транслировала эмоции демонов друг другу, потому что Ария еще толком не чувствовала ничего, но Леррас ощущал эту связь, и ее наличие успокаивало его еще больше. И почему-то мысль о том, что скоро он ощутит в Арии ее жизнь, приводила в дикий восторг.