Страница 7 из 53
— Одна машина — Виковщина, проверите деревню, — продолжал шеф. — Там проезжающие из Ладоги заметили дым, хотя по документам деревня пустует. Плотников и ещё двое, Палываныч, сам решай, кто. Смежник по пути, у Колледжа. Без пулемётов… Две машины — на усиление боевой группы, за Симоново, возможно появление банды. Антипов старший, два пулемёта, народ выбирай сам, встреча с боевой группой на КПП-один. Саш, можешь брать хоть всех оставшихся, колдуны есть с боевой группой. Всё на сегодня. Выезд через полчаса. Машины в боксах.
Надо же, ещё одна банда… На том направлении давно не шалили. И вряд ли это те, с черепами, что я видел в Морозково — слишком мало времени прошло. Теми тоже неплохо бы заняться, вот только развёртыванию на южном направлении сильно мешают военчасть и «дикая деревня». Впрочем, они же и прикрывают с той стороны, так что палка выходит о двух концах.
— Волков и Королёв, давайте со мной, — распорядился Пашка, вставая. — Славик за руль, Серый с карабином. Я пошёл за машиной.
Виковщина, значит…
Небольшая деревенька на дороге, которая ведёт от северной окраины Вокзального в Ладогу. Давненько заброшена, потому что стоит одиноко в лесу, да ещё и кладбище неподалёку. Дорога не особо наезженная и плоховатая, но движение иногда бывает. Пока дожди не зарядили. Хорошо если там проезжают раз в месяц — всё же из Ладоги предпочитают ездить в Вокзальный или через Кисельню, или вдоль реки, или вообще по реке, приставая к патрулируемой пристани чуть ниже моста. Теоретически, дорогу можно использовать для объезда Болота, но слишком уж огромный крюк, да ещё через лес. В общем, Виковщина — уединённое местечко. Кому она могла понадобиться?
Иваныч в оружейке выдал мне карабин, две «серебряных» обоймы, привычно подсунул журнал и чернильную ручку, и я, расписавшись вышел на площадку перед боксами, где уже матерился Пашка. Матерился по вполне прозаичной причине — на этот раз нам достался УАЗ, а не столь любимый Плотниковым «шестьдесят девятый».
— Забей, Палываныч, — Славик Королёв, уже сидящий за рулём, запустил и теперь прогревал двигатель. — Хорошая машинка.
Я подошёл, потрогал края аккуратной дырки в лобовом стекле. Ну да, машинка хорошая. С историей. Та самая, на которой мы несколько дней назад попали в засаду — вон, даже стекло ещё не поменяли. Скорее всего, все машины поприличнее Большаков распределил на дальние выезды, а Виковщина хоть и в лесу, но вроде как под боком, потому и джип достался «по остаточному принципу».
— Забью я этому Трофимычу что-нибудь в одно место, — пробурчал Пашка, залезая на переднее сиденье, и мне ничего не оставалось, как сесть сзади, за водителем. Королёв тоже рассматривал дырку, потом обернулся на меня — кажется, всё понял, кровищу на куртке Андрюхи Семёнова все видели.
— Счастливый ты, Волк, тудыть тебя, — вздохнул наконец Славик, газуя и слушая работу движка.
— Зато со мной не соскучишься, — процедил я сквозь зубы. Какая-то мысль так и крутилась в голове со вчерашнего вечера. Но какая?
Надо же, Пашка-то с автоматом — у него на коленях лежит АКСУ. Обычно он его с собой не берёт, автомат так и висит в его ящичке в раздевалке — но чаще всего и ездим при пулемёте, не как сейчас, голышом практически. В «ксюхе» две вещи хороши — небольшой, и патронов к нему в продаже навалом, причём не сильно дорогих. Правда, дальше «пистолетной дистанции» стрелять из него бессмысленно, а вот для леса и помещений — вполне.
Колдун, парнишка лет двадцати пяти, ждал у деревянного дома напротив главного входа в Колледж. Я его узнал — Колтырин, он вместе с нами вламывался тогда в Юркину квартиру. Тоже, вроде, Юрой зовут — ирония-с… Поздоровавшись и отрекомендовавшись, он сел рядом со мной, положив на колени невзведённый арбалет. Болты — вон они, в похожем на кобуру футляре на поясе. Скорее всего тоже колдовские, обычные смысла нет брать, когда в машине и так два ствола огнестрела, не считая пистолетов.
На самом деле, я больше был бы рад Соколову. Не потому, что уже пару передряг с ним вместе прошли — нет, чисто практически, из-за того, что он видит необычные свойства аур. А этот скорее всего такой же, как и остальные. Хотя выглядит и старше Соколова, да и поувереннее держится. Но Соколов, зуб даю, сейчас до зарезу нужен Бурденке рядышком, для охмурения Маши.
— Здрасте, Сергей Михалыч, — поздоровался парень. Значит, мало того, что узнал, но и имя запомнил — может, от покойного Власова слышал его.
— Привет, Юра, — кивнул я, и парень заулыбался. Значит, я и имя угадал, и ему явно приятно, что его запомнили.
УАЗик трясся по ухабистой Советской мимо жёлтого забора стадиона, потом началась частная застройка — почти единственное место в Вокзальном, где она находится внутри городской стены. Дома в основном старые, но добротные, многие заселены — дом, в котором живут, стоит долго, в отличие от заброшек. Есть и новоделы — район считается приличным, несмотря на близость к стене. Сад, опять же, разбить можно.
Вот и северный КПП — они типовые, разве что здесь обычно техника не дежурит. Строго говоря, впереди, примерно в паре километров, есть форпост — деревня Кикино, огороженная добротной стеной и имеющая с Вокзальным телефонную связь. И у них, кстати, есть пара ЗиЛков и три или четыре «Нивы», пара пулемётов, и колдуны там периодически меняются. Конечно, от совсем серьёзного нападения деревенька не отобьётся, но что нынче считать серьёзным? От оборотней они уже не раз отбивались, причём один раз уже при мне. Думаю, они и банде могут сделать больно — вооружены-то все поголовно. Живут себе под боком у города, поля возделывают под прикрытием пулемётов. Бррр… я б не смог на полях работать, наверное. Работа на земле — точно не моё.
Выехали за КПП, и первое, что увидели — лежащая на большом придорожном камне змея. Обычная некрупная чёрная гадюка свернулась спиралью и, видимо, грелась на осеннем солнышке.
— Ненавижу змей, — процедил Плотников, проводая его взглядом. — Их тут навалом…
А то я сам не знаю. Потому и предпочитаю берцы с высоким голенищем.
Дорога сразу стала хуже — тут её и не подсыпают почти, у деревенских машины либо грузовые, либо внедорожные, а на легковой никто нынче за город не выбирается. УАЗ — тому всё нипочём, «Нивы» тоже себя чувствуют неплохо. Но держаться надо, не то сразу за борт вывалишься. Вон и Юра вцепился в скобу крепления пулемётной стойки, другой рукой держит свой арбалет с окованным железом затыльником приклада…
Вот оно!
Общага, ночь. Смартфон на полу, разбитый и закопчёный.
Что его могло разбить? Я ведь и сам тогда подумал — словно прикладом шарахнули. Но ничего твёрдого рядом в комнате не было, да и повреждения были в основном от этого то ли взрыва, то ли хлопка с возгоранием… Что там вообще произошло?
Креативщика-Виталика убило и вышвырнуло в окно, выбив раму. Был ли он при этом в комнате один? По словам других обитателей Анклава — да.
А на самом деле?
Я почувствовал, как по спине ползёт холодок.
Смартфон бедолаги вряд ли мог получить такие повреждения сам. Его именно долбанули, хотели уничтожить. Не украсть, а уничтожить. Для чего? Ответ напрашивается один — то, что было в смартфоне, могло быть для кого-то опасным. Что же такое там было?
Фотки, очевидно же. Больше ни для чего смартфон в тутошних условиях не годен.
Но не значит ли это, что «стартап» Виталика — не игра воображения, а реальность? Он ведь скорее всего рассказал об этой идее куче народу, и, возможно, не только в Анклаве — можно вообще с Управы начать! Но если это правда…
Холодок вдоль позвоночника превратился в лёд.
Если это правда — значит, есть те, кто не хочет, чтобы она раскрылась. То есть? То есть кто угодно, кто понимает, что метод Виталика вполне работает, и смартфоны можно применять для обнаружения иллюзий. Кстати — если так, то не только смартфон, но и цифровой фотоаппарат… но их тут почти нет, в отличие от смартфонов, а те, что есть — почти сто пудов без зарядников.
И этот «кто-то» не задумываясь уничтожил «стартапера». Причём довольно быстро — парень тут меньше месяца. А телефон? Почему телефон не взяли, а разбили?