Сто имен

Когда стихли аплодисменты, все уставились на Шимуса, ожидая объяснений, ожидая чего-то еще. Шимус обнимал обоих стариков, и они обнимали его, сблизили головы, и так крепко была эта прошедшая через всю жизнь дружба, что люди помоложе невольно им позавидовали. Наконец Шимус поднял голову, оглядел собравшихся:

- Дамы и господа, жених и невеста. - Он особо выделил свою внучку, которая растроганно утирала глаза. - Я знаю, все речи уже произнесены, но сейчас я должен сказать несколько слов, если вы мне позволите, чтобы эта минута не ушла незамеченной.

Жених и невеста горячо просили его продолжать.

- Пятьдесят лет мы не виделись! - сказал он, обеими руками приживая к себе друзей, и так они замерли, обнявшись. - Мы вместе ли в квартете”Сладостная гармония”, мы вместе изъездили страну - всю страну вдоль и поперек, верно, мальчики?

“Мальчики” кивнули, вспоминая вместе с ним.

- Два Бобби,Бобби Оуэнс и Роберт Мэлоун. А Фрэнка уже с нами нет? - Он глянул на друзей, ожидая подтверждая, и те печально закивали.

Шимус умолк, оплакивая смерть друга, которого он не видел полвека, потому что в этот миг их дружба ожила, она стала даже сильнее прежнего, ибо ей сопутствовали волнения и радость новой встречи и воспоминания - только добрые вспоминания, все дурное давно забыто, быльем поросло.

- Лишь один человек мог сделать мне такой подарок! - внезапно сказал старик, вознося указательный палец и требуя общего внимания. - Лишь один человек настолько знает меня и думает обо мне - мой внук Джордж. Я прав, Джордж?

Он глянул в сторону внука, тот глянул на Эву, Эва торопливо кивнула ему.

- Иди ко мне, Джордж! - растроганно позвал старик.

Джордж, смущенный и всеобщее вниманием, и тем обстоятельством, что подарок и для него был сюрпризом, нехотя поднялся, и ему вежливо похлопали.

- Сюда иди! - настаивал Шимус.

- Только петь не заставляй! - отшутился Джордж, и все засмеялись. Он был красив - еще лучше, чем в офисном костюме, просто очарователен, голливудская звезда старых времен, да и только.

- Этот человек - настоящий ангел! - дрогнувшим голосом провозгласил Шимус. - Я всех моих внуков люблю, вы это знаете! - Он взглядом охватил их толпу. - Но этот мальчик - мой ангел-хранитель. Он редко у нас бывает, много работает, но я очень его люблю, и мы ценим все, что он для нас делает. - Старик крепко прижал к себе внука, и все собравшиеся одобрительно загудели.

- С днем рождения, дедуля! - сказал Джордж.

- Спасибо, мальчик, спасибо! - повторил старик, вновь борясь со слезами.

Даже Найджел, сидевший в глубине зала за столом с какими-то стариками и детьми, был растроган - во всяком случае, так показалось Китти. Она хотела кое в чем расспросить Эву, но тут к их столу подошли обходившие гостей новобрачные.

- Большое тебе спасибо за наш подарок! - поблагодарила Эву Джемма, сестра Джорджа. - Так нас никто не порадовал.

Эва смутилась:

- Я рада, что вам понравилась, но это подарок Джорджа, а не мой.

- Нас не проведешь. Я очень люблю брата, но ему такое умишко бы не хватило.

- Эва, если ты когда-нибудь наведаешься в Северную Каролину, обязательно побывай у нас. В нашем доме тебе всегда будут рады. Благодаря тебе мы получили лучший свадебный подарок. Вы уж, ребята, не обижайтесь.

Никто и не обижался, поскольку никто из присутствовавших за этим столом не прихватил с собой подарка, - они же не знали, что попадут на свадьбу. Кто-то что-то неловко пробормотал, но жених все равно не слушал, он со слезами на глазах продолжал благодарить.

- Будь мой отец и дед живы, они бы так гордились, - твердил он с сильным американским акцентом, и ноздри его раздулись, губы дрожали, - еще немного, и разрыдается в голос.

Эва покраснела.

- Дорогой мой! - Джемма поцеловала мужа в губы и отвела его от стола.

- Что ты им подарила? - спросила Мэри-Роуз едва жених удалился утирая глаза носовым платком.

- Я придумала для них герб. Взяла то, что важно для обоих семейств, и то, что связано с их личной жизнью, и все это соединила виноградной лозой, потому что в Каролине они разводят виноградники, это винодельческий регион. Он хотел побольше узнать о своей семье, найти корни, но тут я ничем не могла помочь и вместо этого придумала герб и заказала вышивку на некоторых вещах - на постельном белье, скатерти и так далее, - смущенно пояснила Эва. Я рада была бы отыскать его родственников, но ничего не получилось.

- Потому что нет такой фамилии - О Логан, - прошептала Молли, и Китти впервые увидела, как Эва хохочет, хотя и стесняется своего смеха.

- Прекрати, Молли!

- Что? Он-то не догадывается, что его прадед был мошенником, скорее всего, бежал от суда и сменил имя, как только высадился в Америке, и выдумал себе новую фамилию для новой жизни.

Эдуард громко подхватил ее смех. Впервые, подумала Китти, серьезное лицо будущего юриста смягчилось, вспыхнуло таким оживлением. Джордж побежал к столу, схватил Эву за руку и увел ее за собой. Китти только успела увидеть, как вспыхнули щеки дарительницы. Она бы прокралась за ними, но в этот момент экран мобильного загорелся, сигналя о входящем звонке. Она поставила в беззвучный режим, но ей показалось, будто телефон орал на весь зал: Ричи Дейли, подонок, чей детектив она собственноручно пристроила в издательство. Придется и эту пилюлю проглотить. Она выскользнула из-за стола, через высокие раздвижные двери - в сад над рекой. Сердце билось в глотке. Китти нажала на зеленую кнопку.

- Китти? - сказал Ричи.

- Да.

- Я уж не надеялся, что ты возьмешь трубку.

- Я и не собиралась.

- Что ж, я хотел тебе сказать… - Он тяжко вздохнул. - Не знаю, с чего начать.

- Переходи сразу к делу, Ричи.

- Хотел сказать тебе спасибо за то, что ты сделала. Послала мою книгу издателям. После того что я тебе причинил… Я не заслужил твоего участия, а если бы ты этого не сделала, сам бы я, наверное, никогда не решился. Я давно закончил книгу, но духу не хватало кому-то ее показать. Так что вот спасибо. Не знаю, почему ты так поступила, но большое тебе спасибо.

Знал бы он, почему она так поступила, пыхтела она про себя Китти.

- А главное, я хочу попросить у тебя прощения. Я сделал гадость. Как бы я ни приукрашивал и ни оправдывался, это настоящая подлость. Мы дружили в колледже, а я тебе подставил. Искренне, от всего сердца, я очень извиняюсь за все зло, которое тебе причинил, за все огорчения.

- Ты унизил меня, Ричи! - не выдержала она.

- Да, знаю. То есть не знаю, но догадываюсь, что ты чувствовала, что ты…

- Ты унизил меня, ты меня использовал, из-за тебя мне стало так плохо, как никогда в жизни не было! - Гнев сжал ее горло, и Китти заставила себя остановиться, чтобы не заплакать. Если она сейчас заплачет, Ричи так и не услышит то, что она должна ему сказать.

- Я знаю, я виноват. Я хочу все исправить, честное слово. Я поговорил с редактором, я напишу о тебе хорошую статью, он согласился на это - согласился на все, я могу написать так, как сочту нужным. Ты сама продиктуешь, что написать о тебе.

- С чего ты взял, что я стану с тобой разговаривать? - Только этого ей и не хватало. - Мне наплевать на то, что ты обо мне писал или напишешь! Но ты лгал мне, ты переспал со мной, ты предал меня! - Китти давно уже потеряла девственность, но не утратила нормальных человеческих чувств, и переспать ради того, чтобы добыть информацию, казалось е немыслимой грязью. Она ожидала, что Ричи огрызнется, подыщет себе оправдания, как в прошлый раз. Трус не примут на себя ответственность за свои поступки. Но Ричи удивил ее.

- Ты права, и мне очень жаль. Я никогда больше не побеспокою тебя, но я должен был позвонить и сказать, что ты сделала для меня такое, какого никто никогда не делал. И я не понимаю, почему ты так добра ко мне, когда я обошелся с тобой так дурно, и теперь мне придется всегда жить с этим. Все, извини, не стану отнимать у тебя время,я просто хотел попросить у тебя прощения. От всего сердца.