Сто имен

- Так это ваш обычный клиент? -спросила Китти. - По горлу занятой бизнесмен, которому некогда самому купить подарок для любимой?

Эва с удивлением глянула на неё:

- Почему вы так решили?

- Я погуглила. И этот тип людей мне знаком. На первом месте работа, семья на последнем, человек привык, что все за него делают другие - носят вещи в химчистку, покупаю продукты, наводят порядок в доме. Подарок для него - тоже рутина.

- Если так обстоит дело я за эту работу не возьмусь.

- Почему же?

- Я беру клиентов который действительно хочется найти для любимого человека идеальный подарок а не тех, которым некогда и все равно. Клиенты выбирают меня, но и я выбираю клиентов, - искренне отвечала Эвы.

Вот это уже интересно - и её философия, и её откровенность.

- Я отдаю клиентам все свое время, - с улыбкой пояснила Эва. - И мне нужно знать, что они в самом деле любят того, кому хотят сделать подарок, ведь если им все равно, то и мне тоже. Не так ли вы сами пишите свои статьи? Если бы сюжет не увлекал вас, как бы вы увлекли им читателю?

Китти призадумалась: а ведь верно. После десяти минут ожидания в сверкающем мраморе холле за ними спустился лифте, и молодой человек в щегольском костюме с розовым галстуком и носовым платком в тон пригласил их войти. Это, разумеется, был не Джордж Уэбб - скорее омолодившийся Джулиан Клэри. Он выщипывал брови в ниточку, кожа его сияла, как будто с раннего детства её тщательно умащали и чистили скрабами, и хотя макияжем он вроде бы не пользовался, цвет его лица пробудила в Китти зависть.

- Я - Найджел, - представился красавчик, обкусывая слова и не подавая Китти руки. - Провожу вас в офис. А вы кто?

- Китти Логан. - Она вновь споткнулась так и не привыкнув использовать свое прозвище в качестве псевдонима.

- И что привело вас сюда мисс Логан? - спросил Найджел.

- Прохожу практику, - легко соврала Китти. Нужды в вранье не было.

- Для очень взрослых студентов? - фыркнул он, ни на грош ей ей не поверив.

Эва только улыбнулась и качала головой, глядя на их пикировку. Найджел провёл их в приёмной.

— Подождите, он скоро придёт.

Эва уселась, а Китти пустилась бродить по комнате, изучая каждую деталь. Да уж, трудно сыскать более несхожих людей, чем они с Эвой. Та делает все, что сказано, вежливо, послушно. Китти же вечно не сиделось на месте, казалось, будто ей чего-то недоговаривают, надо же в чем-то разобраться, и она лезла все глубже и глубже. Она такая с детства, любопытная и неделикатная, никогда не удовлетворяется наружностью, докапывается до секретов, которые люди сберегают, потому что им кажется, будто эти секреты очень важны, пусть на самом деле никого они не интересуют. В студенческую пору она отделялась от друзей на вечеринке и встраивалась подле того, кто казался ей самым интересным, сложным загадочным из всего сборище, — сидела и слушала байки. Ее притягивали необычные умны, и фантастические. Ей всегда казалось, что человек всего себя не показывает, и ее сжигала потребность обнаружить нечто глубоко спрятанное под наружными слоями. Увлечение другими людьми, даже любовь к ним — вот что звучало в ее материалах для редакции, но Китти не сумела сообщить эту любовь также и передать в “Тридцать минут”. Она повадилась вести расследование, и любовь прокисла, превратилось в недоверие, в гложущую потребность выяснить, что же такое неё прячут - именно прячут, а не уклоняются, недостаточно понимая самих себя или же нуждаясь в поощрения, чтобы все высказать. Раньше она умела запросто беседовать с людьми и понимать их, теперь же это превратилось в игру: разговорить человека так, чтобы он сам этого не заметил, вырвать комментарий у того, кто вовсе не хотел отвечать. Ее сюжеты - ее ракурсы - радикально изменились.

Китти замерла, обдумывая внезапное открытие. Выходит, Стив был прав. Стив, давний друг, с которым Китти так редко беседовала по душам, знал ее лучше, чем она себя сама. Мурашки побежали по коже - Китти подняла глаза, соображая, что же вызвало внезапный озноб.

Тут она заметила, что Эва наблюдает за ней все то время, пока она бродила по комнате, притворившись, будто рассматривает картины, а самом деле всматриваясь в себя. Вот отчего Китти стало не по себе. Наблюдать - ее занятие, и, подсматривать за другими, она облекалась плащом-невидимкой, проникала глубоко в суть. Эва словно отобрала у неё самое мощное ее оружие. Непривычно, неестественно для наблюдателя стать объектом наблюдения, и впрямь мурашки побегут по коже. Китти поспешно опустилась в ближайшее кожаное кресло. Распахнулась дверь, и вошёл Джордж Уэбб.

— Привет, - сказал он, широко, со все своими белоснежными тридцать два зуба. — Мисс Ву? — обратился к Эве. Нетрудно догадаться: восточный облик, густые шелковые волосы такого насыщенного чёрного цвета, что отливают в синеву. Безупречная кожа, не пользуется макияжем, незачем: ни малейшего изъяна, поразительно хороша собой.

— Это не я - пошутила Китти.

— Это мисс Логан, - пояснил Найджел , входя в комнату вслед за боссом. — Журналиста из “Etcetera”. - Он приподнял бровь, намекая: от него не скроешься.

— Журнал, - пояснил Найджел. — Не из вашего круга чтение.

— Но из вашего? - улыбнулась молодому человеку Китти.

— Нет, я посмотрел в Гугле.

— Я готовлю материал об мисс Ву, - призналась Китти. — И не беспокойтесь, речь пойдет только лишь о ней, никто из ее клиентов не будут упомянуты, ни единого имени. Мне только увидит, как она работает.

Поди знай, относится ли к ее “материалу” работа мисс Ву или тут требуется что-то иное. Пока что Китти понятия не имела, о чем пишет, но постаралась придать своему голосу уверенности. Джордж Уэбб поразмыслит и кивнул:

— Ладно, меня это устраивает. А вы, оказывается, знаменитость, - добавил он, усаживаясь напротив Эвы и присматриваясь к ней.

Сам он был поразительно красив, ухоженный по современной ирландской моде мужчины: брови разделены, волосы из носа выщипаны, каждая мелочь на лице приведена в порядок, и это его нисколько не смущало. Отличный, без выпендежа, костюм, стильный, по фигуре. Эва смотрела на него, как смотрят на что-то щемяще-красивое, и он точно так же смотрел на неё. Китти словно не было в комнате. Это она любила - остаться незамеченной. Во всяком случае, за работой. Все складывалась как нельзя лучше.

— Вас выбрал Найджел, - заговорил Джордж. — Сказал, что вы лучшая.

Найджел, готовивший на всю компанию кофе, сердито оглянулся: ну вот, теперь Китти знает, что это он все затеял, а он-то старался показать, до какой степени ему наплевать на всех.

— Большое спасибо Найджелу, - мягко, с искренностью благодарностью откликнулась Эва.

— И вы,, кажется, помогли моей соседке - соседке по работе, Элизабет Туми? - продолжал Джордж.

— Ах, да! Она работала на той стороне улицы.

— Вы слышали - в январе она получила повышение?

— Да, я так за неё рада.

— Наверное, ее боссу по вкусу пришёлся подарок, который вы купили.

Эва мгновенно зарылась, завернулась в себя, как бабочка в кокон. Китти видела это, заметил и Джордж.

— Думаю, она давно заслужила повышение, она работала изо все сил, - только и сказала Эва.

— И ваш подарок поспособствовал, - усмехнулся Джордж.

Китти насторожилась. Умный же человек, мог бы и не настаивать, но он почему-то не жалел оставлять эту тему, ему позарез требовалось выяснить, как обстоит дело, и он не сдержался. Учитывая набожное отношения Эвы к отбору клиентов, такой подход, по мнению Китти, не сулил красавцу Джорджу ничего. Эва ограничилась улыбкой.

— Так как же? - повторил он глядя на Китти, вовлекая ее в разговор: - Думаю, и вам хотелось бы знать.

— Я всего лишь наблюдатель.

Подарок, обеспечивающий карьеру? Скажите мне, где и как мне его купить? Ей послышалось - звук был тихий, так что могло и посудиться, будто Найджел слегка фыркнул, ставя перед ней чашку кофе. Найджел взял на себе объяснения:

— Мистер Уэбб пригласил вас, чтобы обсудить приближающееся семейное торжество. Соберутся родственники, близкие и дальние. Множество людей приедет, все это для них очень волнительно, - пренебрежительно произнёс он, и остальные трое невольно - расхохотались. - К тому же его сестра выходить замуж, у деде восьмидесятилетие, и они решили объединить все события в один замечательный праздник. Мистер Келли нуждается в вашей помощи.