Страница 5 из 16
Сильный всегда подчиняет слабого. В природе – это основной закон выживания. И только человек может пользоваться могуществом ради забавы и развлечения. Но если маг не чувствует границы применения дарованной ему силы, он может разрушить весь мир в погоне за безмерными желаниями. Тем более Нинэ, владеющая боевой магией.
Верховный Инквизитор не позволял забывать подданным Глории о всесилии магов. Иногда он показывал своё могущество, чтобы подогреть страх и слухи о нём. Иногда забавляясь. Он видел ужас в глазах поверженных им, видел восхищение на лицах свидетелей его магии. Мало кто знал, но истинная сила заключалась в постоянном контроле над ней. И это давало ему право использовать её. Он мог в мгновение ока свершить суд над любым существом этого мира. Убив или избавив от топора палача. Мог ходить по другим мирам. Да и кто запретил бы? Он закрывал Врата, открытые другими. Он останавливал тех, кто творил магию, преступая закон. Но прежде всего, он умел усмирять жгучее желание выпустить силу, получить освобождение от неё хоть на миг. И этого же требовал от учеников.
Инквизитор наказал ученицу, заточив в тело лисы, самой подходящей для насмешливой Нинэ сущности. И лишь несколько ночей в месяц она могла вновь становиться девушкой и в отчаянии проклинать его, пока не поймёт, что урок мог быть суровее. Уличив в тщеславии, не убил её.
Разочарование овладело Инквизитором. Каждый Верховный Маг Магистерата обязывался обучать молодых и способных. Многие пытались избегать тяжкого бремени наставничества, не желая делиться секретами. Однако закон гласил – каждый преступный маг подвергался заточению или расчеловечиванию, в зависимости от степени его опасности. Если в человеке, будь он благородной крови или простой, проявлялась магические способности, его отводили к местному инквизитору и определяли какой Великой Стихии или Искусству обучать. Они становились подконтрольны власти Магистерата и служили на благо Глории.
Он хорошо подготовил учеников. Каждый мог стать сильнейшим магом, в совершенстве овладев науками. И всё же, Инквизитор не был доволен ими. Не мог понять почему. Знал, что каждый нарушит закон. Их стихия самая мятежная и неспокойная. Учились все одному, но каждый брал своё. И причина бунта у каждого будет разная. Поэтому всегда проверял их. Поэтому считал не готовыми. Не зрелыми. И, когда ошибутся, от каждого ждал подвига. Нинэ стала первой.
Перед ним стояла измятая коробка. И она источала след магии. Но чьей?
На поимку преступника, оставляющего кровавые жертвы в квартале Фурами он отправился затемно. Сразу, как только секретарь сообщил, где его заметили. Три убийства не могли остаться безнаказанными. Кто видел смерть, о ней не рассказывает. Жертвы этого урода кричали об отмщении. Их растерзанные тела находили в тёмных переулках и даже повидавшие мертвецов инспекторы с содроганием сдерживали тошноту. Жестокость убийцы порождала ещё большую ненависть. Люди говорили об оборотне. Но Инквизитор не увидел в нём магии. Мутант появился в воспалённом мозгу неизвестного алхимика, возомнившего себя творцом, и ожил после одного из бесчеловечных экспериментов.
Инквизиции приходилось иметь дела с такими учёными-недоучками. Они не понимали всех тонкостей течения энергий и пытались создать чудовищ. Иногда получались жизнеспособные организмы. Но все они лишь бездушно выполняли волю своего хозяина, и даже булыжник на мостовой имел больше жизни, чем мутант, убитый сегодня утром. Инквизитор не успел узнать имя его создателя и жалел об упущенном времени. В спутанном ненавистью и отчаянием сознании существа, образы читались всегда сложно. Дознаватели говорили, что он сбежал из подпольного цеха, где используются оживлённые тела. Для таких находили несложную физическую работу, что избавляло от необходимости тратить деньги на оплату их труда и энергии для сложных машин. Удалось увидеть немного, но и увиденное всё же могло помочь в поимке промышляющего чернокнижием алхимика, создающего рабов-мутантов. Может стоит поручить Жасмин или Максу найти след? И всё же, если здесь замешан тёмный маг и он наблюдал за поимкой своего порождения? Не зная его силу, отправлять учеников рискованно. Хотя, это была бы хорошая проверка их умения!
Инквизитор мог застрелить преступника из обычного оружия. И великолепный длинноствольный двенадцатизарядный «Рекстон» с разрывными пулями всегда висел в кобуре под левой рукой. Револьверная пуля отбросила бы мутанта, размозжив череп. Увидев, как тот вцепился в горло Атифа, представил ужас и адскую боль. Реакция оказалась в прямом смысле молниеносной. Мутант рвал живое тело, подбираясь к артерии, не давая шанса спастись и рука сама выплеснула ярость, так долго сдерживаемую. Люди вновь увидели его магию. Ненависть пришла с первым ударом и кураж со вторым. Эйфория вскружила голову, когда последним ударом добил мутанта, но облегчения не последовало, как бывало, когда он отпускал магию.
"Убийца!" – давно забытый голос напомнил, кто он. Тоска тянула в ад. Искра мелькнула в стороне. Увидел. Среди многих лиц – янтарные глаза. А ведь давно забыл о ней, нечаянно пришедшей в этот мир. Посмевшей противостоять. Что привело её сюда, сейчас?
"Чтобы понять, что есть сердце, его надо вынуть. Тебе не дано узнать иначе", – снова этот ускользающий ненавистный смех внутри. Почему, казнив убийцу, не испытывал радости? Он избавил мир от зла, а награды нет! Во всём виной её взгляд, такой же, как у голоса из прошлого. Не восхищавшийся, как все, а укоряющий, строгий. Из какого она мира? Из того, где нет веры в магию. Могла ли чужестранка оставить магический след?
Он знал, ничто не происходит случайно. Тогда он не увидел в ней магии. Но течения Стихий неисповедимы. И пусть она не понимала, как попала сюда, Инквизитор узнал открывшую для неё Врата, прочтя остаточные воспоминания на сетчатке глаз и ждал, к чему приведёт её появление. Сегодня он понял, как виноват перед ней. Он не сказал, как можно вернуться домой. Но не сказал, потому что не знал, зачем она послана в его мир. Если сейчас их пути соприкоснулись, значит пришла пора выяснить.
Ощущая сверхъестественный дар, Инквизитор всегда контролировал эмоции, понимая, как каждый шаг или поступок влияет на развитие всех реальностей. Он осознавал, как в нём сходятся все пути из прошлого и будущего, все их возможные вероятности, и мог выбирать свой, предвидя всего на несколько шагов вперёд, как если бы идя по ночной беззвёздной степи светил под ноги фонарём, а вокруг молчала тьма с её чудовищами. Но иногда не видел, куда ступить дальше. И сейчас, ему казалось, что все пути сошлись к этой девушке и он должен познать её энергию, её будущее. Всё влекло к ней. И единственный способ узнать и не привязать к себе, это вспомнить древний обряд.
Он приказал передать коробку старому инспектору Сухубу. Девушка из другого мира была под его надзором. Пусть вернёт потерю.
Время фей
Настя быстро шла по людным улицам с остервенением таща за собой непослушного мальчишку. Осьен не поспевал за ней, иногда вприпрыжку подстраиваясь под её шаг. Он уже молча сопел, ожидая хорошей ругани дома, не решался обсуждать произошедшее, сразу услышав резкий совет заткнуться. А ведь так хотелось поделиться впечатлениями! Он решил перетерпеть ожидаемую взбучку, а потом геройски хвастаться перед дружками, как на его глазах Инквизитор заколол оборотня.
Непроходящее чувство страха смешанное с омерзением толкало Настю идти быстрее. Её мутило от ужаса предсмертной маски чудовища, в ушах стоял жуткий звук, когда маг с хрустом проломил его грудину. Она чувствовала, даже сейчас, вонь оборотня, смешавшегося с запахом крови.
Только поднимаясь к крыльцу, Настя вспомнила о потерянной коробке. Она застонала от досады. Ещё за это придётся отвечать.
Выговор слушали молча, уткнув взоры в пол. Мальчишка, привыкший к распеканию за проделки, и ждущий когда мать с отцом и всеми старшими братьями-сёстрами выговорятся, придумают наказание, и не видать ему на ближайшие праздники сладостей, и теперь их придётся воровать у матери, ни подарков, ни гулянья с такими же беспечными дружками. Ну и не избежать отцовской порки.