Страница 17 из 23
<p>
- Привет, Ирри, надо поговорить наедине, - сразу перешел к делу Никодим.</p>
<p>
Младший мальчик соскочил с подоконника и безропотно двинулся за ним. Отведя Ирри в закуток под лестницей, Ник для порядка поинтересовался:</p>
<p>
- Ну, как твои успехи в целительстве?</p>
<p>
- Синяки и царапины залечиваю за раз. Однажды снял у нашей учительницы приступ мигрени. Я бы и большее мог сделать, только не дают, из медкабинета сразу гонят... - пожаловался Ирри.</p>
<p>
- Ничего, глядишь, скоро и привыкнут. Какие твои годы... Я вот о чем хотел спросить: тебе не приходила мысль, что в это воскресенье надо съездить к Логосу?</p>
<p>
- Приходила, - кивнул второклассник, - только родители же меня нипочем не отпустят...</p>
<p>
- Одного не отпустят, а с другими запросто, - возразил Ник. - Я просто уверен, что это сам Логос нас вызывает. Надо срочно поговорить с Леной и Ириной Владимировной. Может, им тоже такие приглашения пришли.</p>
<p>
Уже вдвоем они двинулись на поиски Насоновой, которая подтвердила, что пригласили и ее тоже. Такой же ответ дала и пришедшая позже Лена. Ехать решили все вместе, при этом Ирина Владимировна пообещала лично отпросить Ираклия у его родителей на все воскресенье.</p>
<p>
Старшие Ризины к Насоновой относились двояко. С одной стороны, их сын, отправившись с Ириной Владимировной в развлекательный центр, внезапно был подвергнут там публичной порке и оказался персонажем скандальной хроники, что им потом еще долго припоминали все соседи и знакомые, с другой же стороны, Ираклий вернулся их этого центра окрыленный и сходу принялся лечить родным все их болячки. Как ни удивительно, у него это получилось. И вообще мальчуган вел себя так, словно ему там ни боль причинили и ни ославили на весь свет, а наград понавешали, стал еще энергичнее и увереннее в себе. Подозревая, что поездка к пророку тоже может обернуться чем-то таким, они взяли с Насоновой железное обещание, что их мальчику там не сделают ничего плохого. Ирина Владимировна с чистым сердцем пообещала, абсолютно уверенная, что никакого зла от Логоса не может исходить по определению. Как бы то ни было, разрешение на поездку было получено.</p>
<p>
Чтобы не добираться на перекладных, Насонова заказала для всей компании такси. Ирри пришлось ехать в детском кресле, чем он был очень недоволен, тем более, что Ник с Леной всю дорогу подшучивали над ним, как, дескать, надежно его упаковали, а сами откровенно миловались на заднем сиденье. Шофер все порывался, но так и не осмелился спросить, кого это он везет, а ведь причины у него были более чем веские: в полутьме салона все предполагаемое "семейство" реально светилось, причем самый яркий свет исходил от самого младшего его члена. Пункт назначения тоже навевал на определенные мысли, о том, где живет новоявленный пророк, знали, наверное, уже все москвичи.</p>
<p>
Остановились прямо у парадного крыльца, хотя всем остальным, кто приезжал к Богдановым на автомобилях, приходилось оставлять своих железных коней в изрядном отдалении. Насонова расплатилась с водителем и повела свою малолетнюю команду к дверям, где их уже ждал сам владелец особняка.</p>
<p>
- От имени Логоса позвольте поблагодарить вас за пунктуальность, - промолвил Павел Богданов. - К нам должны подъехать еще двое, но пока что-то задерживаются. Можете пока отдохнуть в нашей гостиной, там у нас, кстати, сейчас необычный гость.</p>
<p>
Заинтригованная компания двинулась в гостиную, где собралось немало людей, слушавших пение молодого парня, по сути еще подростка, но вымахавшего настолько, что казалось, что он легко сможет дотянуться рукой до потолка. Ирри почему-то немедленно захотелось поддразнить его банальной детской фразой: "Дядя, достань воробушка!". Пел, правда, этот парень невероятно высоко и чисто, беря за душу, и всякое желание подначивать его быстро куда-то испарилось. Даже Ирри заслушался.</p>
<p>
Когда смолкла очередная ария, зашедший в гостиную Павел рискнул отвлечь певца.</p>
<p>
- Максим, вот эти четверо - посвященные, прибывшие на аудиенцию к Логосу. Замени, пожалуйста, меня в качестве хозяина, а то мне еще двоих встречать надо.</p>
<p>
Максим кивнул в знак согласия и выразил готовность продолжить концерт по заявкам дорогих гостей, но у тех уже возникло к нему очень много вопросов. Пришлось перейти к светской беседе. Больше всего конечно спрашивала Ирина Владимировна, удивлявшаяся, откуда столь невероятно высокий голос у парня, давно уже вступившего в пору созревания.</p>
<p>
- А я кастрат, - спокойно ответил Максим и тут же поспешил ответить на еще не заданный вопрос, - яичек лишился в результате несчастного случая в турпоходе, но ничуть о том не жалею.</p>
<p>
- А Логос специально привлек вас к своему делу? - поинтересовалась Насонова.</p>
<p>
- Ага, и еще дал смысл в жизни и оградил от недоброжелателей. Я вообще-то еще у себя на родине в Томске в хоре петь начал. Потом мы с ребятами из музыкальной школы создали свою группу, выступали, нас заметили, пригласили на гастроли. В Новосибирске меня завербовали петь в местном оперном театре, потом меня пригласили в Москву, в театр "Геликон". Я там выступал и одновременно учился в хоровом училище имени Свешникова, создал из бывших хористов еще одну музыкальную группу. Нас стали даже на всякие официальные концерты приглашать, а там столько фальши... Ну, я однажды не выдержал и исполнил песню Александра Городницкого "Падекатр" о ветеранах войны с собственным народом. Те, понятное дело, оскорбились, после чего с концертами для нас было покончено. Не зная, как мне дальше жить, я пришел за советом к Логосу, а он сказал, что из меня выйдет хороший Божий Глас, только надо всегда петь правильные песни. Вот с лета и пою. Его люди для моей музыкальной группы теперь даже концерты организовывают на самых лучших площадках.</p>
<p>
- Охренеть, - вымолвил Ник. - Максим, так ты теперь, получается, для самой широкой публики философские песни поешь?</p>
<p>
- Пою, - согласился тот, - хотя эту публику я бы не назвал такой уж широкой. В основном это поклонники классического оперного пения и бардовских песен. Можете, кстати, называть меня Максом - мне так даже привычнее.</p>