Страница 27 из 113
— Пётр Алексеевич, — переведя дух и плюхнувшись обратно в кресло, заявила она, — вы, конечно, умеете расшевелить аудиторию, — представляю, что сейчас твориться за экранами телевизоров.
— Я просто говорю правду, — улыбнулся я, — так сказать, голую. Гаремы пережиток прошлого, но именно там любая девушка находящаяся в услужении рода, может хоть раз в месяц но попробовать крепкого мужского…
— Пётр Алексеевич! — подорвалась, пулей выскакивая с кресла, Иванна, — давайте без уточнений. Уверена все и так поняли вашу мысль.
— Ну хорошо, — кивнул я, — но думаю всем понятно, что при таком соотношении мужчин и женщин как у нас в стране, просто невозможно дать каждой женщине по мужчине. И этим пользуются благородные рода. Ах да, — я покивал сам себе, — есть же ещё публичные дома, которыми могут пользоваться все, — я слегка прищурившись, посмотрел на Зайцеву, — вот только если гаремы это пережиток прошлого, то бордели это и вовсе какое-то средневековье с самым натуральным рабством.
— Вы правы, Пётр Алексеевич, — включилась тут же в беседу ведущая, — и кампания по закрытию публичных домов уже вовсю идёт, в том числе и благодаря вашему случаю.
— Вот только, — перебил её я, — борясь со следствиями, мы не решим проблему. И на месте официальных борделей вырастут подпольные, где всё будет ещё хуже. Нет, решать надо причину.
— И как? — посмотрела на меня внимательно Иванна.
— Очень просто, — ответил я, — официально разрешить мужчинам встречаться не с одной а с несколькими женщинами сразу.
Часть аудитории зашумела, но в большинстве своём её женская половина, мужская задумалась, а я начал инициативу развивать.
— Вот посмотрите на примере гарема, — есть некая социальная единица — род. Где, к примеру, на сто женщин приходится десять мужчин. И все эти сто женщин пользуются этими десятью мужчинами на регулярной основе. Женщин такое устраивает? Устраивает. Но есть нюанс. Это не устраивает мужчин. Но не потому, что там сто женщин, а потому, что ими пользуются без их согласия.
Тут кто-то из аудитории женским голосом выкрикнул, — Так они сами не захотят.
— Кто сказал?! — я поднялся с кресла, — сразу говорю, вы — женщины, ни черта не понимаете в мужиках. Чтобы мужик и не захотел? Да нормальный мужик, если ему дать свободу и чуть-чуть уверенности в себе, будет трахать всё что движется!
Присев обратно, терпеливо подождал, когда вновь уляжется шум.
— Мда, Пётр Алексеевич, — Зайцева отпила из кружки, посмотрела на меня, — такой бурной реакции зрителей мы давно не видели. Но как быть с тем, что все наши женщины жуткие собственницы? Кто же захочет делить мужчину с другой?
— Собственницы? — поднял я бровь, — а как быть с тем, что в таком случае общество окажется разделено на две неравные части, двадцать процентов собственниц с мужьями и восемьдесят процентов собственниц вынужденных заниматься самоудовлетворением? Я уже не говорю про детей или вы хотите осчастливливать эти восемьдесят процентов пипетками из банков спермы?
И вновь шум и гам среди толпы, теперь в основном женской части.
— Диана, ты как? — поинтересовалась Иванна у соведущей, что стоя за тумбой, всё это время глазела на меня.
— Я в шоке, — произнесла та, — но с тобой, — она придала голосу интимные нотки, — я бы, пожалуй, какого-нибудь незнакомого парня разделила.
— Осталось только найти незнакомого парня, — улыбнулась Зайцева.
— Я незнакомый парень! И я! И я! — раздалось сразу несколько мужских голосов с галёрки, введя ведущих сначала в ступор, а затем, в ржач, которым они прикрыли лёгкое смущение.
— Вот видите! — ткнул я пальцем в ту сторону, — есть такие, есть! И это просто остальные еще находятся в оковах устаревшей морали. Просто не надо заставлять. Если вы понравитесь парню, он легко переспит не только с вами, но и с вашей лучшей подругой. И даже не одной. Пусть не сразу, но ему вполне по силам обеспечивать качественным сексом пять-десять женщин, в том числе сожительствуя с ними на постоянной основе.
О да, я долго думал, как решить проблему с перекосом населения, в том числе и помня всё, что со мной происходило в том коматозном, но таком реальном сне. И вот это моё такое эмоциональное решение женится сразу на всех девушках беременных от меня, сейчас представлялось реальной панацеей для всего общества. Главное осталось показать пример. Личный, естественно. Одними разговорами сексуальную революцию не устроишь.
Кстати, мне даже показалось, что моя теперешняя «мать», к желанию вот тут в прямом эфире все свои мысли озвучить, меня даже подталкивала. Ненавязчиво, не впрямую, но явно добивалась вот такой откровенности. Впрочем, она же сестра императрицы, а главу государства вопросы социальной стабильности населения должны заботить в первую очередь. Не удивлюсь, что все мои идеи прошли одобрение там наверху. И это меня раззадоривало ещё больше.
— Ну а вы, Пётр Алексеевич, — вновь обратилась ко мне Иванна, — сами-то готовы встречаться с несколькими девушками сразу?
— Не просто готов, — я вновь улыбнулся, — скажу больше шесть девушек вот буквально скоро родят от меня детей.
Слитный вздох удивления пролетел по студии, впечатлив даже Зайцеву.
— Это очень необычно, — произнесла она осторожно.
— И для меня тоже, — признал я, — но, скажу честно, даже без этого я готов был предложить им совместное проживание. Ну а теперь, как говорится, сама богиня велела. Я и брак планирую со всеми ними одновременно.
Мда, про брак это я опрометчиво сказал. Вновь аудитория разделилась на два лагеря: женский — удивлённо-негодующий и мужской — удивлённо-восхищённый.
— Вы и впрямь поражаете, Пётр Алексеевич, — выдавила из себя ведущая, удивленная, похоже, не меньше остальных. Интересно, её сознательно не поставили в известность? Может кто-то специально хотел добиться такого шокового эффекта? Не знаю. Но задумка, если она тут была, сработала на все сто. Своими планами о браке я их добил.