Страница 216 из 239
– Армандо, знаешь, что тебе нужно? Познать силу слова “нет”, – она сознательно спародировала Джозефа, в одну из ночей заявившем, что ей следует почаще говорить “да”. После этого он поднял указательный и средний пальцы, приложил их к ложбинке между грудей и повел вниз, к животу, рисуя английскую букву Y. – А еще нанять политтехнолога.
– Подожди минуту. Ты отказываешься? – по-прежнему улыбаясь, Советник воспринимал все эти пышные фразы как игру в неподчинение. Однако вид спины Маргулис красноречиво доказывал, что разговор окончен. – Виктория! – осознавая бессмысленность эмоционального взрыва, Кардинал сжал кулаки и ринулся следом за вдовой. Расширенные зрачки, раздувающиеся ноздри и сжатые зубы кричали об опасности. Поэтому Майкл бросился наперерез и оттолкнул мужчину, заставляя того отпрянуть и, пошатнувшись, с усилием сохранить равновесие. – Не делай этого, Майк. Ты не хочешь стать моим врагом. – нахмурившийся телохранитель никак не отреагировал, даже не сдвинулся. Заметив, что Перри с беспокойством наблюдает за их конфликтом, Арман перешел на крик: – Ты не посмеешь разрушить мои планы! Не посмеешь разрушить мою судьбу!
– Это может быть и моей судьбой, – ровным тоном произнесла Королева, окончательно ставя в их токсичных отношениях жирную точку. Кто бы мог подумать, что ломать оковы так легко, а еще приятно. Проигнорировав яростный вопль отчаянной твари, попавшей в свою же ловушку, женщина вернулась к насторожившейся толпе. – Господин Симмонс, нас прервали.
– Эй, мальчишка, лучше отойди! – очнувшийся зверолов поспешил на помощь работодателю, но стушевался перед апатичной непоколебимостью охранника, сосредоточившего мрачный взгляд на Артуре. – Я не шучу, сынок. – положив руку на кобуру, Ригби намекнул на кровавый исход всего мероприятия, но Майкл ушел лишь тогда, когда дождался оклика хозяйки и убедился, что никто за ними не последует. – Вы в порядке, сэр?
– Я бы уволил тебя, если бы не годы преданной службы, – превратившись в каменное изваяние, сотканное из жестокости, безжалостности и неумолимости, Арман поправил пиджак и уставился на женщину, когда-то будоражившую его сознание. – Как пожелаешь, дорогая. Надеюсь, ты все еще следишь за добычей, а не за луной. – она подошла к старому Министру и пожала ему руку с таким энтузиазмом, словно уже выиграла выборы. – Позови сюда Джеймса.
– Мисс Маргулис, мы с Вами знакомы, хоть и поверхностно, но я хочу представить Вам человека, которого Вы никогда не видели, но слушали на протяжении нескольких месяцев, – Курт подозвал стоявшего неподалеку мужчину, отошедшего на приемлемое расстояние. – Господин Монтегю. Постоянный представитель Республики в ООН.
– Это большая честь для меня! – хозяйка клуба застыла в изумлении: она первой хотела выказать уважение, но дипломат опередил ее и воодушевленно пожал руку. – Я так много о Вас слышал.
– Надеюсь, исключительно правдивое, – учтиво наклонив голову, Виктория попутно изучала его безмятежное лицо и широкую улыбку с рядом кривых, слегка заостренных зубов. В узких кругах его считали неопытным отроком, хотя в темных волосах проскальзывали седые пряди, а густые брови буквально утопали в белых волосках. – Я общалась с Вашим братом. Недавно его освободили из тюрьмы.
– Это недоразумение. Мы уже обсудили случившееся с Государственным Секретарем и закрыли глаза на конфликт, – Рэндалл сцепил пальцы и сложил перед животом, при этом глядя прямо на виновника злоключений собственного родственника. Мастерс, в свою очередь, платил ему тем же, но подходить не рискнул. Еще не время. – Знаете, нам стоило бы переговорить вчетвером. В котором часу Вы будете свободы?
– Мисс Маргулис! Позвольте и мне высказать искреннее восхищение Вашей деятельностью! – в подчеркнуто восторженном тоне явственно слышались ироничные нотки. Повернувшись, Перри ожидала увидеть кого угодно, кроме миниатюрной улыбчивой женщины в голубоватом жакете. Образ профессиональной доброжелательности не маскировал кривую усмешку и сверкавшее в глазах нездоровое любопытство. К официозу примешивалось нечто личное. Стандартно для всех представителей одного пола. – Вы же можете уделить мне минутку. – это был не вопрос.
– Несомненно, – уловив встревоженные взгляды окружающих, Виктория вновь выпрямилась и гордо продефилировала к эмиссару. – Как я могу Вам помочь?
– Сразу чувствуется республиканская гостеприимность. Европейцы обычно интересуются, как их гости добрались и как устроились.
– Думаю, лучше, чем президент Маунтан, – съязвила вдова, наслаждаясь возможностью унизить европейских хозяев, торговавших надеждой и демократией чужого народа. – Так что Вы хотели? Вряд ли испытать пределы моего радушия.
– Раз мы говорим без обиняков, то изначальная цель заключалась в том, чтобы уговорить Вас не принимать участие в выборах, но теперь я вижу, что это невозможно. Мы же обе прогрессивные женщины, не так ли? – Кэйт старалась не обращать внимания на откровенную насмешку хозяйки общины и ее сознательное пренебрежение правилами приличия – в тот момент Маргулис уже достала из сумочки пачку сигарет и прикурила. – А Вы никогда не хотели работать в ООН? Ваши амбиции и успехи помогли бы Вам добиться кресла генерального секретаря. К слову, это моя личная мечта.
– Благодарю, что так любезно ей поделились, – будучи незаинтересованной в предложениях от псевдо-союзников, Виктория подняла голову и выпустила струю сизого дыма изо рта. Сейчас ей безумно хотелось избавиться от одежды и принять душ. Притаившаяся во дворце разума тошнота угрожала вырваться из импровизированной клетушки. Не хотелось бы опозориться перед столь заносчивыми посетителями. – Но, боюсь, у меня будут проблемы с резюме. Я пятнадцать лет нигде не работала. И сомневаюсь, что получу хорошие рекомендации. Еще у меня проблемы с, как это вы называете, корпоративной этикой? Я плохо подчиняюсь авторитетам и не поддерживаю боевой дух команды.
– Надо же, прямо как покойный, – с прискорбием сообщила Шантел, наклоняя голову вправо. – Значит, у Вас есть все шансы стать следующим Президентом Республики. И наладить отношения с Организацией. Может, даже присоединиться к Западному блоку? Представьте: Вы сможете не только стать первой женщиной-Президентом, но войти в историю, как первый из лидеров, принесший в страну процветание и богатство, верховенство права и наши европейские ценности. Общие ценности. Согласитесь – и мы поможем решить Ваши проблемы. Выделим приемлемую финансовую помощь. И отправим миротворцев на Восток, чтобы зачистить территорию от террористов и фанатиков.
– Вы сами их спонсировали, – не выдержав, Виктория сорвалась. Первый гнев. Первый проигрыш в серьезной битве международного формата. Спохватившись, она мгновенно исправилась: – Это же типичный маневр – разделяй и властвуй. При помощи секты вы давили на Маунтана, а теперь хотите давить на меня по сути тем же самым, но с видимостью помощи? Воистину, пресловутые ценности европейцев основаны на лицемерии. А я терпеть не могу двуличия. – швырнув окурок себе под ноги, Перри размяла шею и улыбнулась. – А сейчас извините. Меня ждут.
– Будьте осторожны, мисс Маргулис, мы не принуждаем кого-кто к сотрудничеству, мы требуем лишь сохранить демократию в обществе. Все имеют право на свободу выбора.
– Поэтому я Вам и отказала, – кивнув подошедшему Майклу, Перри поднялась обратно на холм и оказалась в компании обеспокоенных министров и дипломатов. – Все в порядке, господа. Я не собиралась продавать национальные интересы до вступления в должность. Но услышала угрозы в свой адрес. Уже начинаю сомневаться, стоит ли мне идти на выборы.
– По моим источникам, Волкер не так давно связывался с нашими американскими коллегами, – Симмонс, наклонившийся к женщине, перешел на предостерегающий шепот: – Вы знаете, о чем он их попросил? Насколько мне известно, за его спиной теперь мощное лобби демократической партии США. И либеральных партий Евросоюза.
– А что есть у нас, кроме парочки министров в отставке и антиправительственной организации? – присоединившийся к ним Мастерс пристально разглядывал две переговаривающиеся фигуры. Волкер, неудавшийся преемник Президента, и представительница Западного блока. Прекрасный тандем. – И неплохого имиджа от Всеотца, выстрелившего себе в голову.