Страница 58 из 85
– Меня называют Благородным Львом, – получив очередную порцию взрывного хохота, принц слегка прикусил губу, разрешая сборищу волантийских оборванцев вдоволь повеселиться. Улыбнувшись не без иронии, королевский советник расправил плечи и выпрямился. – Да, это забавно. Думаю, мне не нужно объяснять ее происхождение – это очевидно. – сделав пару смелых шагов вперед, Элайджа с наслаждением отметил секундное замешательство оппонента, инстинктивно отступившего к храму. – Видишь-ли, мой брат Никлаус – у него, кстати, тоже имеется кличка, но это к делу не относится – не просто так отправил сюда именно меня. Я на протяжении трех долгих лет сражался под его флагами, выкашивая полубезумных ублюдков штабелями. Конечно, я всегда был рядом с ним, хотя, пожалуй, этим могли похвастаться многие родственники. Как оказалось, у нас их очень много. – Валеска вновь торжественно поклонился до земли. – Но. Я стал его десницей, генералом и главой дипломатической миссии не просто потому, что я родственник. Я еще мастерски умею убеждать других людей, быстро добиваясь желаемого. А желаю я, чтобы ты заткнулся, распустил свою шайку, сел на мой корабль, не оказывая сопротивления, и вернулся в Беленор, где принял управление замком своего отца, деда и еще как минимум десяти поколений Свифтов. При этом забрав этот фамильный клинок. Я предельно ясно донес мысль?
– И все-таки, почему же Благородный?
– Некоторые ошибочно полагают, что это моя слабость. Уверяю, это не так, – внезапно оказавшись в опасной близости от улыбчивого отцеубийцы, Лев прищурился. – Каким образом, думаешь, Клаус лишился глаза? – на миг повисла оцепенелая тишина: грабители замерли в нерешительности, пока их лидер опускал и поднимал брови, впервые не сопровождая действия словами. Не выдержав, Элайджа расхохотался сам – не так неистово, но вполне задорно. – Я пошутил. Ты же любишь хорошие шутки. – Свифт лишь кривовато усмехнулся и потянулся ладонь к одному из висевших на груди ножей. – Еще благородным меня считают по причине того, что я сразу добиваю своих жертв. Не даю им мучиться. – пригнувшись, рыцарь сделал стремительный выпад и, вцепившись родичу в плечо чуть выше ключицы, швырнул в пыль и навалился сверху с неизвестно откуда взявшимся кинжалом, чье острие оцарапало бледную, покрытую веснушками кожу лица. – Не переживай, второго шрама не оставлю. Я знаю, как правильно резать. – в ответ послышался утробный смех, перерастающий в истеричный. – Почему ты смеешься?
– Именно в этом, милый братец, мы с тобой похожи, – пробормотал король Волантиса, запуская руку куда-то в подкладки кафтана, чья материя изрядно помялась. Не почувствовав подвоха, Лев насупился, раздумывая, как выйти из создавшегося положения. – Мы оба знаем, как резать правильно. – полушепот серьезно отвлек Цербера, заставив наклониться ближе – тогда он почувствовал, как лезвие, оцарапав кирасу с противным скрежетом, вошло в незащищенный участок кожи чуть ниже пупка. – Не бойся, шрама я не оставлю. – упершись локтем в каменную мостовую, ловкий мальчишка столкнул с себя тяжелое тело и вскочил на ноги под восхищенные взгляды собравшихся. – Благодарю, благодарю! А теперь – да начнется настоящее веселье! – смахнув капли крови с раненного лба, Джеремая наконец достал еще один нож, разминая ушибленный затылок. – Я уже говорил – нет ничего более заразительного, чем…
– Король Алсид! Он едет сюда! Он скоро будет здесь! – запаниковавший люд разбежался при первом упоминании о правители Волантиса, славившегося неконтролируемыми вспышками ярости. – Нужно бежать! – бросившись врассыпную, они спотыкались на ступеньках, падали на мостовую, скрывались за углами и перепрыгивали через бочки, перекрывавшие проходы в другие кварталы.
– I did not see that one coming, – удивленно поморгав, Валеска махнул рукой, призывая союзников не мешкать и следовать за ним. По дороге он встретился с помутневшими зеленоватыми глазами лорда, по-прежнему валявшегося на земле и прижимающего руку к неглубокому ранению. – Увидимся, братец. ****
Когда остатки банды успешно скрылись за храмовыми стенами, принц сумел подняться на дрожащих ногах и протереть вспотевшее лицо платком, предоставленным подбежавшим дядей. Они втроем так и остались стоять посреди опустевшей площади, пока ее не заполнили солдаты в легких доспехах. Их возглавлял отдающий громкие команды всадник с угольно-черными волосами и обозленным лицом с правильными, точеными чертами. Он мог бы позировать для придворных художников, если бы не кустистые темные брови, вечно нахмуренные и оттого наползающие на сероватые глаза. Постоянно одергивая коня за поводья, мужчина что-то рычал сквозь плотно сжатые зубы и яро жестикулировал. Спустя пару минут бессмысленного объезда территории вокруг храма, правитель обратил внимание на трех незнакомцев, смирно стоявших в оцеплении солдат.
– Who the fuck are you? – голос грубый, рваный, совершенно недружелюбный. *****
– Приветствую истинного владыку Волантиса, – ограничившись легким кивком, Элайджа достал пару бумажек и передал их одному из пажей короля. Тот нехотя протянул медвежью лапу и прочел всего пару строк, прежде чем смягчиться, но не избавиться от нахмуренности окончательно. – Нас прислал сюда государь Беленора с требованием найти дезертира Джонатана Свифта и доставить домой. Мы долго пытались получить хоть какую-то информацию от жителей, но в итоге столкнулись с его сыном. Или человеком, выдающим себя за такового.
– Он действительно его сын, – злобно проскрежетал мужчина, приглаживая черную бороду вместе с порослью над верхней губой. – Плод грехопадения моей жены и совратившего ее ублюдка. Джонатан Свифт. Проклятая тварь заявилась в город нашего отца двадцать лет назад и возомнил себя царем. Я впустил его в наш дом, позволил видеться с ней… И вот на свет появился еще более злобный выродок с претензиями на мой трон! Но, знаете, его родители получили по заслугам. Он убил их обоих. Жаль, но никого вы обратно в Беленор не повезете.
– И мать тоже? – удивился Ренси, в чьем мозгу образ невольного отцеубийцы по явному нежеланию плохо вязался еще и с хладнокровным убийством человека, подарившего ему жизнь. – Зачем?
– Bad blood. На вашем языке – дурная кровь, – перевел Алсид, сверкая глазами, опутанными злобой, негодованием и ненавистью. – Помогите мне поймать его и привлечь к суду. Такому животному нет, не будет и не должно быть места на моей земле. Он опасен и неконтролируем. Завтра он убьет кого-то еще. Чью-то мать. Или возлюбленную.
– Мы окажем содействие, – не раздумывая, согалсился Элайджа, поглядывая на фамильную реликвию дома Свифтов, которая уже никому не достанется. – Но позвольте, в случае поимки, поговорить с ним и разузнать…
– Не вмешивайтесь! – неожиданно рявкнул король, удерживая норовистого скакуна. – Это личное. Я не буду откладывать месть ради пустых разговоров. Мой отец, дряхлый старик, наконец месяц как умер и передал бразды правления. Теперь я могу вершить правосудие самостоятельно. Вы же просто мои гости. – тоном, не допускающим возражений, сообщил Валеска, и приказал солдатам построиться. – Мы устроим им засаду на улице Бурбон. Там у них второе логово. Идете с нами?
Понимая, что особого выбора нет, троица присоединилась к общим приготовлениям целой армии на защите чести повелителя Волантиса. Не спешиваясь, смуглый мужчина, вечно раздраженный чем-то, критически осматривал городской пейзаж: все шло своим чередом, не выбиваясь из установившейся колеи. Спокойствие и безопасность жителей, иностранных гостей и работников – превыше всего. Но их покой постоянно нарушали вооруженные бандиты, грабившие суда и караваны торговцев. Шайка под командованием рыжеволосого подонка именовала себя Улыбающимися – благодаря внезапным припадкам смеха, подчас охватывающих всю группу умалишенных. Тяжело себе даже представить, с каким рвением Алсид силился уничтожить их. Наконец, сегодня этот день настанет. Нагнав бандитов на пересечении двух кварталов за центральной площадью, бойцы с длинными копьями сумели ловко зажать их в узком пространстве, хотя оно плохо подходило для такого вида орудий.