Страница 26 из 85
– Ты – идиот, – констатировала хозяйка Гнезда, не сдерживая радостного смеха.
– Я и не спорю, – подмигнув, юноша галантно поклонился в своей привычной манере и поправил меч, висящий в ножнах. Меч, которым потом воспользуется его убийца. – Только представь: через пару месяцев мы уже будем жить в Гнезде. Там нет морей и пляжей.
– Несомненно.
***
Один и тот же неизменный сон. Декорации не менялись. Слова тоже. Но почему-то на сей раз все изменилось кардинально. Приподнявшись на локтях, Ребекка впервые за два года не ощутила щемящей тоски, не захотела уткнуться в подушку и заплакать. С чувством странного облегчения она облачилась в халат и, подойдя к окну, наконец-то отодвинула темные шторы. Предрассветный туман легкой дымкой окутывал все остроконечные башни. Но слабые солнечные лучи все равно проникали в комнату и заполняли ее тусклым светом.
Опустив дрожавшую ладонь на мягкую собачью морду, Львица закрыла глаза. Она не желала нарушать идиллию. Вскоре свежий, немного морозный воздух изгнал запахи смерти и внутреннего разложения. Леди почувствовала себя живой. Хватит горевать о прошлым. Об этом неоднократно просил Кай. Сжав жесткую шерсть пса, словно в последний раз, принцесса вышла наружу и подозвала удивленных слуг. Им редко доводилось выполнять приказы госпожи, так как та предпочитала действовать самостоятельно.
– Нагрейте ванную, приготовьте птичьего мяса и принесите мое голубое платье, – не обращая внимания на изумленные взгляды, первородная указала на трюмо. – Также я хочу сменить прическу. А после этого подготовьте моего коня. Я очень долго на нем не ездила.
За считанные минуты весь замок оживился. Весть о так называемом пробуждении хозяйки разнеслась по всему каменному строению, достигла отдаленных крыльев и заставила нервничать немалое количество людей. Приведя себя в порядок, Ребекка с наслаждением следила за своим преображением. Белые волосы, всегда распущенные и спутанные, превратились в новомодную прическу. Одежда, сшитая на заказ, редко доставалась из гардероба. До этого волнующего дня.
Когда истинная хозяйка Соколиного Гнезда спустилась по массивной лестнице, при этом задержавшись возле пьедестала со старым троном, никто не посмел спросить о ее самочувствии или взглянуть с привычным сожалением. Перед ними больше не та разочарованная в жизни вдова, а настоящая повелительница королевской крови. За завтраком она беседовала со светскими дамами, внимала столичным сплетням, даже отшучивалась. Впоследствии девушка проследовала во двор и оседлала непокорного жеребца, годами стоявшего в конюшне без дела.
– Ваша милость, – облокотившись на меч, сир Кеншин поприветствовал женщину, не рискуя прерывать саму прогулку. – Несказанно рад видеть вас в добром здравии.
Старый пятидесятилетний ветеран лишился крова еще во времена первой войны, но продолжал жить в руинах и разбойничать вместе с младшим братом. В этих краях он получил лаконичное прозвище Ренегат, поскольку сбежал с поля боя. Через пол века дезертир все же получил шанс искупить грехи и присоединиться к Ланнистерам. Их победа принесла долгожданного спокойствия лишь наполовину: брат погиб, бастион восстанавливать не имело смысла, оставалось лишь влачить жалкое существование одиночки? Даже обыкновенный грабитель к такому не привыкнет.
– Капитан, почему вы не сообщили мне о вчерашнем совете? – остановив коня, Ребекка свысока взглянула на солдата. Да, он стал командиром ее личной гвардии. Все равно ему некуда идти.
– Вы не интересовались ими на протяжении двух лет, – пожав плечами, напомнил Корбрей. Впрочем, без дерзости в голосе. – А вчерашнее от остальных не особенно отличалось. На нем присутствовали сир Рассел и лорд Ройс. Мы обсуждали необходимость ввести войска в одну деревню неподалёку. А точнее – в небольшой городок. Утверждают, будто бы там скрывается целая шайка еретиков…
– Они атаковали?! – прокричала леди Аррен, резко дергая за поводья. – Вы собираете отряд? Хотите послать его туда? – не дожидаясь ответа, воительница напряглась. – Я тоже хочу поехать. Кто будет возглавлять атаку?
– Миледи, я боюсь, это невозможно, – прокашлявшись, вежливо отказал рыцарь. – Не стоит так переживать по поводу горстки…
– Не тебе указывать, что мне стоит делать, а чего не стоит! – служанка, появившаяся из-за угла, вела за собой маленького мальчика, облаченного в голубой кафтан. Бекка, замерев на мгновение, спешилась и направилась к сыну. Пересилив себя, он подняла малыша на руки и прижала к груди. – Передай всем, что я еду. Никаких возражений.
– Как прикажите, – поклонившись, Кеншин тяжело вздохнул и засунул меч в ножны. Несмотря на резкую перемену к лучшему, он чувствовал определенную тревогу.
***
Всадники ворвались в крупное поселение, напугав мужчин, женщин и детей. Лошади отчаянно ржали, метались по мизерным улочкам и взвивались на дыбы. Облаченные в доспехи рыцари, с изящными голубыми плащами, соскакивали на землю и выхватывали подозрительных фигур из толпы. Их целью являлись пособники безбожников, коих объявили вне закона особым королевским указом. Не так давно смотритель города написал донесение о нескольких врагах государства, поселившихся у него под боком. Кто-то из них благополучно обзавелся семьей и хранил свое прошлое втайне, а кто-то, нередко напиваясь в местной таверне, во всеуслышание восхвалял Лжепророка.
Воспользовавшись полученными сведениями, кавалькада стремительно преодолела необходимое расстояние и достигла пункта назначения. Стяги небесных оттенков с изображенными на них ширококрылыми соколами реяли над солдатскими шлемами и развивались на слабом ветру. Удивительное зрелище. Наблюдая за происходящим с вершины холма, Ребекка невольно погружалась в воспоминания о войне. Сколько приключений довелось ей пережить вместе со своими братьями и возлюбленным. Их могли убить по меньшей мере сотню раз.
– Завораживает, не так ли? – Рассел, подъехавший к госпоже, сохранил почтительное расстояние на правах главного советника. – Будучи молодым кавалером, я влюбился в подобные картины. Свойства романтической натуры и юного духа.
– Во главе всего этого пестрого войска должен был скакать мой муж, – Мур напрягся, внимательно следя за движениями вдовы. На мгновение опустив голову, она тут же выпрямилась в седле. – Теперь его поведет мой сын.
– Да правит он долго, – улыбнувшись, лорд провел изувеченной рукой, спрятанной в перчатке, по щетинистому подбородку. Лучше закончить побыстрее, иначе придется задержаться. Внезапно наездник, державший флаг, устремился к командиру. – В чем дело?
– Один из этих ублюдков оказал сопротивление и ранил нашего товарища, – доклад был сухим, лишенным всякого намека на эмоции. – Мы убили его. Тело выбросили со склона. Что прикажите делать с остальными?
– Если они все еще живы, то свяжите и погрузите на коней. Бросим их в темницу, – не без явного удовольствия распорядился ветеран, чьему доброму лицу отнюдь не шла жестокая гримаса. – В ходе допроса выясним, существуют ли какие-то отдельные банды….
– Нет! – неожиданно вмешалась первородная. – Их там четверо, верно? Казните трех. – внешне равнодушный боец смутился и промямлим нечто нечленораздельное. – Не желаю видеть их в своем доме. Оставшегося в живых вы будете истязать во дворе, а потом скормите останки собакам.
– Ваша милость, я не уверен, что в подобных мерах есть нужда, – попытка вразумить царственную особу не привела ни к чему, кроме холодного взгляда изумрудных глаз. – Как вам будет угодно… исполнять!
Кеншин, получивший распоряжение, искренне недоумевал. Однако сооруженная за пять минут виселица говорила красноречивее любых слов. Смертников, предавших собственного монарха, подвели к импровизированному месту казни в центре города и велели опуститься на колени для последней молитвы. Первый преступник бубнил себе под нос, отстраненно глядя на священника, второй проклинал своих палачей и расточал хвалу бессмертному Гэбриэлю Старку, третий же заплакал и взмолился о пощаде.