Страница 19 из 85
Придерживаясь за остроконечные скалы, Ланнистеры направился в сторону церкви, единственному оплоту неверующих. Там скрылся главный виновник случившегося, и он подавится собственной кровью. Прижимая кровоточащее увечье, он был близок к потере сознания. Подошедший Сванн не стал его останавливать, лишь вложил в здоровую и дрожащую руку фамильный клинок. Месть должна быть красивой. Храм, высившийся на небольшом холме, построенный на краю пропасти, освещался очень редкими вспышками молнии. Оттолкнув скрипящие двери, правитель Беленора тут же замер на месте. Там, впереди, сидела высокая фигура, склоненная в молитвенной позе.
– Господь знает, что я сделал. И он заставляет меня смотреть на это, когда я слаб или испуган, – подняв голову, Вэл взглянул на деревянную статую Христа. – Не моя вина в том, что Иуда не умел плавать. Я бы спас его… Я не сомневался в тебе, Боже, но… пожалуйста, перестань мучить меня этими кошмарами, которые появляются даже наяву. – зеленый рубин, висевший в центре кулона-секиры, горел необычайно ярко. – Я не могу больше смотреть, как он тонет. Прими мою смерть, как покаяние… – тут он заметил присутствие невольного зрителя и развернулся. – Он рассказывал про тебя… Уверял, что ты станешь великим. Мы говорили о тебе часами. Он был прав, Пастух.
Только один человек называл его так. Рука дрогнула. Он не посмел поднять оружие. Не смог. Все дело в глазах, наполненных тем же животным страхом, который когда-то парализовал самого монарха. Родственные души, чьи умы извратил один монстр. Как он мог быть настолько слепым? Ладонь застыла в воздухе, в миллиметре от плеча замершего Пророка. Его голубые глаза вдруг сделались глубокими, словно окна в некий тайный, скрытый мир. Внезапно до них донеслись вопли и характерный треск древесины. Балки, поддерживающие церковь на вершине пьедестала, истлели и рухнули. Хрупкое сооружение расшаталось и стремительно понеслось вниз. Обрыв, ведущий в никуда.
– Ты солгал мне! – оказавшись в темноте, Лев с трудом поднялся на ноги. Все вокруг плыло и хаотично двигалось. Они еще падают или уже мертвы? Но присутствие частого гостя он ощутил на инстинктивном уровне, поэтому сорвался на крик. – Ты же всего лишь плод моего воображения!
– Что такое? Тебе не понравилось наше маленькое представление? – Гэбриэль, давно обратившийся в прах, все еще отравлял сознание юноши. Поклонившись из мнимого уважения к носителю короны, он подобрал мантию. Все такой же изящный, едкий и подчеркнуто надменный. – Ты же так хотел кому-то помочь. Твое самое сокровенное желание, связанное со мной. Мне же ты помочь не смог. И чувствуешь вину. По этой причине я здесь, с тобой. Я стал твоим Темным Попутчиком.
– Ты в моей голове и я могу изгнать тебя в любую секунду! – рявкнул разъяренный венценосец, становясь напротив несуществующего врага.
– И кому же ты в таком случае придешь за советом? – поинтересовался бывший лорд, явно забавляясь от происходящего. – Ты же останешься совсем один. Прискорбно, не так ли? Ну что, ты уже чувствуешь ледяное дыхание одиночества, Пастух?
– Достаточно! – резко сорвав мешавшую кожаную нашлепку, сын Майкла освободил свой изолированный от внешнего мира глаз. Вернее то, что от него осталось. Во снах он представал в виде глубокой впадины с кровавым зрачком внутри. Вздрогнувший Старк уставился на изуродованную плоть, раскрыв рот. – Я приручил своего монстра! Ты не имеешь здесь власти! – похолодевший от ужаса тиран упал на колени, вымаливая прощение за свой мятеж. – Убирайся отсюда, жалкий червяк! Возвращайся обратно в забвение.
Звонкий кашель, заставивший легкие гореть, все же помог вернуться. Голова болела, почти раскалывалась, а правая нога буквально отнялась. Приподнявшись на локтях, очнувшийся король увидел громадный валун, прижавший конечность. Возможности пошевелиться не было. Повсюду валялись обломки разрушенного храма, а изваяние Христа разлетелось в щепки. Однако морской воздух не позволял заснуть. Они упали вниз, к воде. Символично. Прилагая всевозможные усилия, чтобы не отключиться, ветеран принялся вглядываться в пустоту. Лишь спустя минуту он различил во тьме некое очертание фигуры, прислонившейся к потрескавшимся балкам.
– Бог в Раю. Ты – это он, верно? Боже мой… – прохрипел Вэл, прижимая к себе нож. – Я позаботился о них всех. Но ты… Я бессилен перед тобой. Ты слишком силен. Ты убил Рай. – теперь свет отражался в его глазах и они казались ледяными. Капельки крови стекали по разбитому лбу, но он упрямо слизывал их. – Бог умолк. После бури. Рождение… Кто у него останется? Если он нас уничтожит? Кто у него останется для наказания? – практически закричал Пророк, обвиняя во всем успокоившееся небо. – Я убил вас всех! Всех! До последнего. – еле удерживаясь на подкашивающихся ногах, бледный еретик направился в сторону прикованного к земле пленника. – Нет более совершенной веры, чем эта.
– Не надо, – где-то далеко, но в тоже время близко Клаус увидел свой меч. Увы, он не сможет до него дотянуться. Оставалось взывать к голосу разума того, чей мозг давно стал одержимым религиозными идеями. – Позволь мне помочь тебе. Гэбриэль часто извращал умы, отравлял души. Но он мертв. Я убил его.
– А Бог все молчит… – остановившись перед жертвой, Вэл посмотрел на нож. Каким-то непривычным взглядом, совершенно другим. – Я знаю, что Господь не слышит мертвых. Но, надеюсь, он им отвечает. – опустившись на колени возле задержавшего дыхание государя, глава общины осторожно коснулся испещренной рубцами кожи. Нашлепка слетела при падении, оголив клубок шрамов и омерзительное зрелище в виде розовато-белого пространства в том месте, где должен быть глаз. – Он говорил, что ты – Мессия. И ты доказал это.
– Он был безумцем, – сердце, клокотавшее в груди, норовило выпрыгнуть наружу.
– Господь не слышит мертвых. Но он им отвечает, – с этими словами Вэл перерезал себе горло. Кровь хлынула из глубокой раны. Тело, словно тряпичная кукла, рухнуло на землю и забилось в конвульсиях. Несколько раз протянув руки к небу, священник наконец опустил их. На сей раз навсегда.
– Господи, Клаус! – камень, придавивший конечность, поддался массивному нажиму со стороны подоспевшего Даниэля. Тот яростно навалился на предмет и сдвинул за считанные секунды. – Поднимайся. Прости, я бежал так быстро, как только мог. Там их столько…
– Не имеет значения. Дориан жив? – получив утвердительный кивок, Ланнистер оперся на скалу, так как не рисковал переносить вес на зажатую ногу. – Давайте убираться отсюда как можно быстрее. Мессия против оставаться в таком месте. – Мандерли усмехнулся на подобное замечание и, аккуратно обойдя труп, подобрал упавший царский клинок. – А Элайдже бы тут понравилось. Столько любви к Богу.
Опершись на плечо соратника, юноша сделал несколько шагов, но задержался где-то на половине пути. Не обращая внимания на изумленный взгляд рыцаря, венценосец вновь подошел к распростертому на песке телу. Он не заслужил подобной участи. Но все кончено. Наклонившись, Лев, после недолгих раздумий, сорвал кулон с секирой. Должен остаться какой-то символ. Все остальное будет погребено в чертогах разума.
– Проповедник умирает, – прошептал взволнованный монарх. – Тебе не нужно было ничего делать. Ты был обманут. Никто ничего от тебя не ждал. Все это не моя вина.
Выбравшись наружу из подобия Адской ямы, трое воинов вздохнули с облечением. В предрассветный туман проникали солнечные лучи. Теперь все закончилось. И это не иллюзия. Последний раз взглянув на руины церкви, Клаус увидел в самом низу фигуру с раскинутыми в разные стороны руками.
– Мы никогда не будем говорить о том, что здесь произошло, – не оборачиваясь, он выговорил каждое слово по слогам. Избитый, морально уничтоженный, с пробитой ладонью и множественными кровоподтёками мальчишка не собирался приписывать себе эту сомнительную победу над кланом умалишенных фанатиков. Они не виноваты.
========== Ради тебя я готов ==========
Poets of the Fall - Carnival of rust
Michael Malarkey - Scars