Страница 8 из 14
Девушка, видя изумление Дика, пустилась в объяснения.
– Все дело в электричестве. Атомы состоят из протонов, или положительных зарядов электроэнергии, образующих ядро, и свободных электронов, вращающихся вокруг него. Род атома, будь то золото или водород, определяется количеством протонов и электронов, которые составляют его… Мы знаем секрет электрона. Нам известны тайны ядра. Мы можем использовать их энергию для обогрева нашей планеты и для того, чтобы швырять наши корабли через пространство. Мы можем брать частицы и собирать из них атомы нужных нам элементов… Атом радия распадается, формируя атомы гелия и свинца. С такими машинами, как эта, мы делаем из любого вещества любое другое вещество. Из воды – нашего универсального сырья – мы можем сделать пищу, одежду, металлы, алмазы; нам нужна только энергия. А любые отходы и мусор мы превращаем обратно в воду – в наших дезинтеграторах… Сегодня мы попытаемся еще раз синтезировать катализатор, который позволит человеку жить почти вечно!
Она повернулась к пульту, усыпанному тысячами разноцветных кнопок и тумблеров. Ее пальцы запорхали над кнопками в непостижимо быстром танце, пробуждая могучие силы, ставшие подвластными человеческому разуму. Глубоко ритмичный гул, живой и мощный, наполнил здание. Сапфировый диск в его дальнем конце засветился ярче, словно охваченный пламенем. Пульсирующая энергия, как представляется, была направлена из него на противоположный диск, словно пучок электронов в катодной трубке.
– Я собираюсь показать тебе, как это работает, – пояснила Тхон Ахрора. – Я собираюсь сделать кое-что для тебя.
Она внимательно посмотрела на Дика взглядом художника, задумавшего написать портрет. Вдруг она обратилась к Дику со странной просьбой.
– Тебе не сложно раздеться?
Он покраснел от смущения; девушка склонилась над пультом и не видела его. Он отвернулся от нее и быстро сбросил тунику, которая представляла собой единственный предмет повседневной одежды. Очевидно, идеи скромности изменились за два миллиона лет.
– В Риме делай, как римляне, – пробормотал Дик, опасаясь, что отказ смутит девушку, как смутило её его поведение при её поцелуе.
Он расстегнул ремень, и одежда упала к его ногам. Он пытался держаться бесстрастно, пока она заставляла его позировать, критически изучая его тело, продолжая при этом колдовать над пультом. Но испытал облегчение, когда ему было дозволено одеться. Синий луч, вырывавшийся из сапфирового диска, казалось, сгустился над платформой. Сияние конденсировалось, превращаясь в материальный объект. Девушка, с довольным видом, щелкнула тумблером. Сияние угасло, гул утих.
– Готово! – сказала девушка.
С детским нетерпением она повернула рукоятку на стене. Узкий металлический трап, своего рода подъемный мост, тут же выдвинулся, соединив их площадку с платформой. Тхон Ахрора вспорхнула по трапу и буквально через миг вновь стояла рядом с Диком, сжимая что-то в руках.
Это были три маленькие статуэтки Смита, изысканно совершенные и окрашенные во все оттенки жизни. Одна из них стоит сейчас у меня на столе.
– Смотри! – радостно воскликнула девушка – Правда, они милые?
– Лучи сфокусировались, собрав в нужном месте нужные атомы, – прокомментировал Кен Мидос. – Любой объект может быть сформирован, непосредственно… Нет нужды в старом производственном процессе. Это касается изделий любой сложности. Моя дочь могла бы, используя этот пульт, материализовать здесь готовый к старту межзвездный корабль!
– Теперь – время для эксперимента! – воскликнула очаровательная волшебница науки, налюбовавшись, наконец, статуэткой Дика. Они вернулись к пульту, и ее пальцы вновь заиграли на кнопках мелодию созидания. При этом она постоянно консультировалась о чем-то с отцом, но их разговор, перенасыщенный специальной терминологией, остался для Дика непостижимой абракадаброй…
Уже больше часа басовито гудели генераторы, сверкали лучи, старый ученый и его дочь сосредоточенно склонялись над пультом, а эксперимент был еще далек от завершения.
Снова и снова нечто материализовывалось, и всякий раз – не то. Комки странной слизи, кучки шлака, раскаленные капли металла – ничто не было искомым катализатором. Страшно было наблюдать, как медленно угасает надежда исследователей. Ричард чувствовал глубокую любовь к обоим – старику и девушке. Их грандиозная цель окрыляла.
– Я не могу синтезировать его, – обреченно прошептала Тхон.
– Безнадежно, – согласился старый ученый.
– Нет! Это не безнадежно! – воскликнула девушка. – Природа бесконечна. Ты сам говорил мне не раз, мы знаем, что природа неисчерпаема в своем вечном творчестве! Где-то природа должна была создать этот катализатор!
– Если только мы сможем найти его!
Они вернулись в Бардон. В тот вечер они сидели в простой гостиной Мидоса Кена, в серебряной башне. Ароматное дыхание ночи врывалось внутрь через широкие окна. Мягкое, спокойное сияние струились от светящихся зеленых стен на длинные диваны, где они возлежали на античный манер, так было принято в ту эпоху.
Дик, через полузакрытые веки, восхищаясь, наблюдал стройные формы Тхон Ахроры, которая, в свою очередь, не сводила мечтательного взгляда с одной из маленьких статуэток Дика. Она разместила её на столе, который выглядел мраморным и стоял у одной из стен комнаты. Девушка обсуждала со своим отцом провал эксперимента.
– Вы можете забрать эти коробки алмазов, до последнего кругляша, если продолжение экспериментов уперлось в деньги! – воскликнул Дик, когда услышал о нехватке средств на продолжение работ.
Низкий, гортанный смех вдруг раздался позади него. Суровый, грубый голос насмешливо, издевательски прозвучал в наступившей тишине.
– Не обольщайтесь! Я возьму деньги себе!
Дик увидел, как Тхон побледнела от страха и неожиданности. Старый Мидос Кен вскочил с ложа и начал поворачиваться в сторону голоса, будто пытаясь увидеть говорившего. Он услышал злоумышленников на мгновение раньше других. К моменту, когда издевательская речь закончилась, Дик был на ногах. Его взгляд встретился со взглядом черных, зловеще прищуренных глаз могучего человека, одетого в блестящие малиновые одежды, перепоясанные черным ремнем, шагнувшего на середину комнаты. Его грубое лицо с выступающим носом и жестоким чувственным ртом было смутно знакомо Дику. Позади незнакомца замер десяток солдат – мужчины в черном, с алыми ремнями и длинными блестящими черными трубами в руках. Они сошли по широкому металлическому трапу в окно комнаты с какого-то невидимого воздушного корабля, зависшего у стены здания.
Ричард, старый ученый и его прелестная дочь, замерли, парализованные страхом. Такого оборота событий они не ожидали.
– Почему не вижу радости?! – вновь прогремел издевательский голос. – На колени, рабы! Падите ниц перед Гаро Нарком, Владыкой Тёмной Звезды!
Воспоминание промелькнуло в голове Дика, удивительное телевизионное изображение, которое он видел в день его прибытия в мир будущего, а потом он вспомнил рассказ Тхон Ахроры о владыке преступной империи грабителей, о его ненависти к Тхон и ее отцу. И вот, он здесь, в комнате, преодолев сотни тысяч световых лет пространства! Неужели он пришел забрать девушку?
Багровый туман ярости встал перед его глазами. Гнев поглотил разум. Предводитель космических пиратов уже шагнул к девушке. Дик бросился на него как тигр, как разъяренный дикарь, как машина разрушения.
Гаро Нарк не успел предпринять даже попытки защитить себя, а даже если бы и предпринял, вряд ли бы из нее что-то вышло. Могучий удар кулаком в челюсть низверг владыку пиратской империи на пол.
– Кто следующий? – спросил Дик, воинственно глядя на строй пиратов в черном, которые, по-видимому, оказались изумленными, испугались того, что он сделал, и нацелили на него свои черные трубы.
Глава IV. Человек с Зелёной Звезды
В СЛЕДУЮЩИЙ МИГ крошечный, костлявый человек, с тощей рыжей бороденкой и блестящими, зеленоватыми, змеиными глазами, выскочил вперед из строя пиратов. Второй в команде, правая рука предводителя, понял Дик. Он посмотрел на лежащее тело Гаро Нарка, дернулся, гаркнул отрывистую команду, и двое пиратов тут же шагнули вперед – забрать своего поверженного вождя.