Страница 31 из 71
От удивления я разеваю рот, резко останавливаюсь и замираю прямо перед плакатом, не в силах унять поднимающиеся внутри чувства восторга и паники одновременно. Ник, не успев затормозить, врезается, ударяясь зубами о мой затылок.
— Ай… — ругается он, выплевывая изо рта прядь моих волос. — Что, мать твою, случилось?
— Смотри! — указываю я рукой на строчку внизу плаката. — Думаешь, это совпадение?
Я снимаю кольцо с пальца и в сотый раз пробегаюсь глазами по фразе «…влюбиться 2909». Всего лишь один, с крошечную песчинку, намёк, но он разжигает внутри пламя любопытства до небес. К тому же обескураженное лицо Ника напоминает о еще одной маленькой победе. Я не настолько бесполезна, как он утверждал! Очевидно, что сегодняшнее сражение за мной!
— Не может быть… — удивленно говорит он, поднимая брови. — У тебя есть ручка? Надо адрес записать.
Вместо того, чтобы пуститься в поиски, я наклоняюсь к стойке, беру уменьшенную копию листовки и забрасываю в пакет в его руках.
— Вуаля! — говорю я, победно развернувшись и не скрывая торжествующей улыбки.
— Возможно в этом есть смысл.
— Возможно? — выплевываю я, чуть не задохнувшись от обиды и разрываясь между порывом наподдать Нику ногой за то, что продолжает делать вид, будто моя находка ничего не стоит, и желанием смеяться в голос от радости, которую не сможет затмить даже мерзкий Лавантовский скепсис. А потом хватаю еще одну листовку и тычу прямо в адрес перед его лицом. — Не это ли доказательство? Неопровержимый факт, что кольца — это подсказки.
Ник оглядывается, словно проверяя, не подслушивают ли нас.
— Я его нашла! Я нашла решение!
И хотя его глаза все еще недоверчиво прищурены, один уголок рта подергивается вверх. Не в силах сдержаться, я подпрыгиваю на месте, оборачиваясь вокруг собственной оси, и когда снова поднимаю на него взгляд, Ник уже открыто улыбается. — Значит, я не настолько уж бесполезна! Признай!
— О`кей, о`кей, — кивает он головой, сдаваясь.
— Скажи это теперь! Скажи вслух, что ты облажался! — тыкаю я его пальцем в грудь. Он пытается перехватить мою руку, отбиваясь от неё, как от назойливого насекомого. — Я была права!
— Ты права, права! — Рассмеявшись, он откидывает челку со лба, но она через секунду все равно возвращается на место, слегка прикрывая один глаз.
— Ох, мои звезды! — восклицаю я, изображая, как театрально обмахиваю лицо листком. — Невыносимый и невозможный собственной персоной признал свое поражение!
Ник открывает рот, и впервые ничего язвительного из него не выходит. Он просто улыбается.
— Иди, давай, — мужская рука легонько подталкивает меня в спину, — пока Арт нас не потерял!
И я вприпрыжку, словно мне снова тринадцать, несусь к припаркованному на стоянке автомобилю.
— Арти, ты не поверишь! — Я слету запрыгиваю на переднее сиденье, протягивая зажатую в руке рекламку. — Гляди, что я нашла, — указываю пальцем прямо на адрес.
Лицо Арта с его огромными щенячьими глазами в этот момент в пять раз выразительнее, нежели было у Ника. Его рот открывается и зависает, словно приоткрытая дверь багажника, в который Ник грузит покупки.
— Да что б меня… — наконец, произносит Кавано. А затем начинает смеяться.
Я приподнимаюсь и обнимаю его. Парень издает писк, словно кот, которого усердно душат.
— Слушайте, это может простое совпадение, а вы радуетесь, как будто миллион выиграли. — Ник усаживается на заднее сидение, обтряхивая ботинки друг об друга. — Поехали уже.
— А могу я воспользоваться туалетом? — спрашиваю я, внезапно осознав, что вряд ли дотерплю: путь занимает больше часа. Парни решили, чем дальше от дома магазины, в которых мы будем появляться, тем безопаснее.
— Почему нельзя было сделать это, пока мы были внутри? — возмущается Ник.
— Не надо за мной идти, — я пытаюсь остановить его, хотя уже и так знаю: попытки отвязаться совершенно бесполезны. Ник одновременно со мной открывает дверь и выходит на улицу.
Я забегаю в дамскую комнату, стараясь управиться поскорее. В кабинке на полу разлита вода или что похуже, унитаз заляпан и, прежде чем выйти, я похлопываю его по бачку в знак сочувствия. Не повезло бедняге! Двумя пальцами закрываю за собой перегородку и мою руки, рассматривая свое отражение в зеркале. Впервые за последние несколько дней мои глаза блестят. И даже веснушки не смущают своим количеством. Тем более, когда я точно уверена, что Шон от них просто без ума. Сегодня, определённо, удачный день!
Я бросаю салфетку, которой вытирала руки в мусорную корзину и, шагнув от бедра, широко распахиваю дверь, как вдруг кто-то хватает меня, закрывая рот. Я инстинктивно выгибаюсь, словно лопнувшая гитарная струна, стараюсь вырваться из захвата, но меня продолжают тащить в темноту служебных помещений. В голове царит беспорядок из сталкивающихся друг с другом вопросов, догадок и животного ужаса.
— Успокойся, это лишь я, — тихо произносит Ник и, не отпуская, приближается ртом к моему уху. — Прямо возле входа трое, один прочесывает зал. Я поставлю тебя на пол, и ты будешь делать так, как я говорю.
Его голос превращается в тихий шепот, и дыхание, касаясь шеи, посылает колючие мурашки вниз по позвоночнику.
Сглатывая не успевшие выступить слезы, я киваю.
— Уходим, быстро! — Ник отпускает меня и надавливает рукой на спину, заставляя пригнуться. Выглядывает из-за угла и качает головой. Значит, в сторону торгового зала двигаться нельзя. — Через запасной выход.
И тут я, наконец, замечаю мужчину в черном костюме. Стоя через два ряда от нас, он показывает фотографии одному из работников магазина, и тот ему что-то отвечает. Но ведь агент только что подошел, еще несколько секунд назад Ник не смог бы его увидеть, даже имей он втрое улучшенное зрение.
Ник открывает дверь с табличкой «Посторонним вход воспрещен», пропуская меня внутрь.
— Как ты их заметил? — удивленно спрашиваю я, пока мы бежим вдоль рядов склада с садовыми удобрениями и сложенными на паллетах мешками.