Страница 32 из 71
— Почувствовал, — произносит он.
Я открываю рот, но медлю.
Это что, такая шутка?
Я поворачиваю в его сторону голову и спотыкаюсь о груду сваленных на полу палаток для кемпинга, зацепившись за одну из них ногой.
— Стой!
Ник хватает меня за руку и тянет в свою сторону. «Тише», — показывает он мне, поднося палец к губам. Не понимая, откуда ожидать опасность, я послушно жмусь к его спине. «Двое», — говорит он беззвучно и кивает головой на дверь, откуда мы пришли.
Совсем близко скрипит ботинок, эхом отдаваясь в тишине. Я задерживаю дыхание. Кто-то из солдат наступает на что-то шуршащее, возможно обрывок упаковки. Я дотягиваюсь до руки Ника, моя собственная дрожит. Хватаюсь за его локоть, словно он спасательный круг. Плот в открытом море. Не переставая вглядываюсь в его лицо, и то, что вижу там, мне совершенно не нравится.
«Еще два», — показывает он, поднимая вверх пальцы и кивая в противоположную сторону. Сквозь щели в паллетах я вижу людей в черных костюмах, на плече которых нанесен белый логотип в виде птицы. Они похожи на тренированных солдат. И пришли явно за нами.
Желудок подпрыгивает к горлу, а в голове бьется мысль: «Все кончено! Нас убьют!» Как бы Ник не был подготовлен, вероятность, что он справится в одиночку, практически нулевая. Я замираю, стараясь не то, чтобы не шевелиться, даже не дышать. Пытаюсь осторожно разогнуть ногу, которую безжалостно сводит судорогой от сидения в неправильной позе, но Ник тут же кладет на нее руку, приказывая не шуметь. Его ладонь словно раскаленное железо.
В соседнем ряду раздаются шаги, негромким эхом отражаясь от стен. Тень одного из мужчин медленно движется в нашу сторону. Ник достает из ботинка нож. Я закрываю рот рукой, чувствуя, как нехорошо вдруг становится в животе и упираюсь дрожащими руками в холодный бетонный пол. «Дыши», — приказываю я своему телу, словно оно может забыть.
— Остальные пойдут по восточной стороне, — шепчет Ник, и я не могу понять, откуда ему это известно. — Ви, слушай внимательно. — Ник наклоняется ко мне так близко, что кажется, не говорит мне на ухо, а просто дышит, вкладывая слова прямо в разум. — Когда я скажу, ты со всех сил побежишь к служебному выходу на крышу. Не останавливайся и не оглядывайся. Поняла?
— Я не смогу… — мое тело почти полностью парализовано страхом, так, что я даже эти слова выдавливаю с трудом.
— Сможешь, — подталкивает он меня к проходу, насильно поднимая на ноги.
— А ты? — взволнованно произношу я лишь губами.
— Я за тобой, хорошо? Только не оглядывайся.
Ник поднимает глаза. На его лице в этот момент не шевелится ни один мускул.
— Давай, — толкает он меня в сторону, и в этот же миг из-за поворота появляется один из солдат. Я собираю все силы и бегу. Сердце стучит так громко, что, кажется, разобьет ребра. Все вокруг превращается в смазанный хаос.
Дергаю ручку на себя и оглядываюсь в поисках напарника. Ник приставляет к горлу агента нож, не давая ему шанса освободиться. На секунду наши взгляды пересекаются. Его темные глаза пылают самым холодным огнем, что я когда-либо видела. Я отворачиваюсь и бегу.
Страх острыми когтями разрывает сердце, разум твердит, что мы все равно не сможем удрать, но надежда, отталкивая отчаянье, заставляет работать ногами быстрее. Влетая на лестницу, я перепрыгиваю через две ступеньки, как вдруг спотыкаюсь о разбросанный на полу хлам. Нога чиркает коленом по бетону, разрывая ткань и опаляя кожу огнем.
Я со стоном зажмуриваюсь.
Вдруг перед глазами вспыхивает свет, который тут же гаснет. На моих руках кровь… я чувствую её даже у себя под ногтями. В моей ладони зажат нож! Я вскрикиваю, судорожно пытаясь вытереть руки о джинсы, но внезапно понимаю, они чисты! Встряхнув головой, с еще более колотящимся сердцем я бросаюсь прочь. На лестнице слышны шаги, и я надеюсь, что это Ник.
— Давай, давай! — его голос придает мне сил.
Второй этаж, третий.
Я перескакиваю через две ступеньки, и тут снова, словно волной, меня с головой накрывает еще один образ, даже более четкий, чем предыдущий: я вижу себя со стороны. Вернее, развевающиеся за спиной рыжие волосы. Мои?
— Быстрее! — Сильная рука буквально выталкивает меня на крышу.
Превозмогая пожар в легких, я скольжу ботинками по бетону, едва не падая на покрытый тонким слоем снега пол. Холодный воздух тут же ударяет в лицо, заставляя легкие пульсировать от боли. Слишком много кислорода. Ник захлопывает дверь и блокирует ее прутом, подобранным неподалеку.
На горизонте вырисовываются силуэты домов, за которые опускается полукруг солнца, похожий на замороженную дольку апельсина. Прямо перед нами — цепочка торговых кварталов, тянущихся на километры вперед, а за ними — крохотный городок, окруженный лесом. Там наш дом!
— Они все связаны! — кричит Ник. То, что он бурчит далее, чертыхаясь через каждые два слова, я не могу разобрать.
— В каком смысле связаны? — готовится сорваться с языка вопрос, но Ник уже проносится мимо.
— Туда, через соседнее здание, — кричит он, разбегаясь. Отталкивается и, перемахнув метры пустоты между зданиями, оказывается на соседней треугольной крыше магазина, торгующего хозяйственными и садовыми товарами. Легко скользит вниз по красной черепице до края кровли, зацепляется за водосток и, повиснув на руках, спрыгивает, приземляясь на ноги.
— Давай же, — оглядываясь по сторонам, кричит он мне, подняв взгляд вверх и протягивая руки. А я застываю на краю, словно перед пропастью. Это только со стороны здорово наблюдать, как в фильме герои перепрыгивают с крыши на крышу, при этом цепляясь за скользкую поверхность, как кошки за ствол дерева, и одновременно отстреливаясь от полчища врагов. В реальности же я не могу даже шага ступить, чтобы перепрыгнуть небольшое пространство, разделяющее два соседних здания.
Позади уже слышны глухие удары и скрежет металла, пули пытаются пробить стальные петли на дверях. Еще один выстрел. Металл дрожит.