Ковен заблудших ведьм

На всякий случай освежив в памяти все защитные заклятия, которые могли помочь мне приструнить такую свору, я оставила рюкзак в машине и выбралась наружу, потягиваясь. Зои беззаботно смяла коробку от булочек и выкинула ее в мусорное ведро под боком байкеров, переставших гоготать и недобро оскалившихся.

– Филадельфия такая Филадельфия, – вздохнула она, вальяжно толкная входную дверь.

Внутри стоял смрад дешевого пойла и общественного туалета, куда выстроилась очередь за углом. Неоновые вывески слепили, а отовсюду выглядывали постеры с изображением женских форм и непристойными ругательствами – похоже, хозяин бара не был силен в дизайне интерьера. Пройдя вглубь заведения до бильярдных столов, осажденных местными реднеками, я завертела головой.

– Ну и кого мы ищем? – спросила я нетерпеливо, пока Зои невозмутимо заказывала у бармена джин с ягодным соком. – Кого-то вроде Рафаэля?

Зои обернулась на звук шара, закатившегося в лунку, и прошлась взглядом по столикам. Ее губы расплылись в улыбке.

– Нет, кого-то вроде тебя.

– А-а...

И я мгновенно узнала его. Синие волосы, выбритые на висках, будто бы впитали в себя неистовство океана: цвет, перламутровый и глубокий, переливался всеми оттенками сапфира. Обычная краска не могла добиться такого завораживающего эффекта, а вот магия – запросто.

Я подошла поближе. Два миндалевидных васильковых глаза сосредоточенно подсчитывали оставшиеся шары. Бронзовая кожа, ястребиные черты лица, рост под два метра и блеск стали на лице: маленькое тонкое колечко рассекало его нижнюю губу надвое, а острый шип – носовую перегородку. Пирсинг дополняли угольно-черные татуировки, которыми было забито всё его тело: складываясь в ацтекские узоры, они не оставили ни просвета чистой кожи. Под джинсовой рубашкой виднелся черный воротник, за который было так легко принять издалека еще одно тату – оно обнимало шею мужчины, как ошейник. Я узнала руны  Хагалаз и Перт, вплетенные в геометрические фигуры. На вид юноша был не старше Коула, но в реальности ему вполне могло быть за сотню.

– Вон в ту лунку, – скомандовал лысый байкер, стоящий на другом конце стола от ведьмака. – Сто баксов, что промажешь.

– Уверен? Может, в таком случае повысим ставки?

– Ладно, двести баксов. Дерзай, чучело!

Смертный глумился, потягивая сигару, пока ведьмак демонстративно примерялся кием, теребя кончиком языка колечко в губе. Длинные пальцы, увешанные перстнями и отстукивающие по столу шаманский ритм, выдавали его: искры вились и распускались, как лепестки сказочных цветов, недоступные для человеческих глаз, но вполне осязаемые.

В воздухе запахло электричеством.

Неоновые вывески мигнули, проигрыватель заело – секунда, и ведьмак без лишних церемоний ударил кием по шару. Тот покатился и, виляя от стенки к стенке, угодил точно в цель.

– Бесовщина! – ахнул смертный, на что колдун лишь усмехнулся и выдернул из его пальцев смятые купюры.

– El ganador se lo lleva todo*, амиго. Марго, налей нам с другом еще виски!

Я подошла вплотную, и ведьмак развернулся с пустым бокалом в руке, едва не проткнув меня кием насквозь.

– Эй, осторожнее! – воскликнул он, отшатываясь, пока я изучала его скептичным взглядом, прислушиваясь к интуиции: подходит ли он мне? Сделает ли он ковен сильнее? Смогу ли я его убедить? – Ты так и будешь на меня пялиться? Новенькая, да? – спросил он с нахальной улыбкой, обнажая ряд белоснежных зубов, светящихся в  ультрафиолете. – Позови Марго, будь добра...

– Выбери карту.

Я вытащила руку из кармана и раскрыла заранее заготовленный веер из старших арканов таро. Колдун недоверчиво сощурился, и его волосы замерцали, отливая бирюзой. Похоже, он нервничал.

– Это что, фокус какой-то?

– Вроде того. Выбери, – повторила я упрямо.

Скривившись, колдун небрежно выдернул одну из карт и сунул мне, даже не удосужившись повернуть ее и узнать, что именно он вытащил.

– Колесо фортуны, – озвучила я. – Авантюрист, игрок, фаталист. Независимый, любопытный, нелепый. Конфликтный, безрассудный, эгоистичный. Звучит неплохо. О, а тут у нас что... – Я отлепила от карты еще одну, случайно взятую тоже. – Хм... Смерть? Это странно.

– Ага-ага, – безразлично вздохнул колдун, крутя кий. – Если это новый пиар-ход бара, чтобы развлечь посетителей, то он мне не нравится. Лучше принеси вискарь.

– Или что? – спросила я, возвращая карты в колоду. – Заколдуешь меня, как тот бильярдный шар? Учти, со мной будет посложнее, просто так к выходу я не покачусь.

Ведьмак осекся, и голубые глаза распахнулись шире. Актерское мастерство давалось ему не так хорошо, как мошенничество, и попытка отвадить меня прозвучала совсем неубедительно:

– Ты чего-то нажралась? То карты, то колдовство... Впредь не доверяй местным барыгам. Иди лучше проспись.

Он попытался обойти меня, рукой отодвинув в сторону, но Зои заблокировала ему единственный путь к отступлению, пролегающий через узкий проход между столиками. Сложив руки на груди, она многозначительно повела бровью, показывая: просто так ему от нас не отделаться.

Ведьмак вздохнул.

– Нынче статья за колдовство есть? – вспылил он, решив перейти в наступление. – Вы не выглядите, как охотники на ведьм. Чего вам надо, сладкая парочка?

– Следи за языком, когда говоришь с Верховной, – произнесла Зои то, от чего меня до сих пор передергивало. Взгляд колдуна тут же метнулся ко мне и умаслился.

– Ох, прошу меня простить, Ваше Верховенство, – Он отменно изобразил реверанс, хохоча, а затем вскочил на край опустевшего стола для бильярда. – Чем я, жалкий раб, могу услужить вам?

Я взглянула на компанию поджарых мужчин, распивающих пиво по соседству, но они уже переключились с бильярда на дартс. Громкая музыка заглушала наш разговор, а тем, кто все же мог его услышать, это было попросту неинтересно. Тогда я посмотрела на Зои, забирающую с барной стойки свой долгожданный коктейль, и позавидовала ее выдержке. Сколько бы неприкаянных я не встретила, сколько бы раз не произнесла одно и то же, меня все равно бросало в озноб перед ними, как перед выходом на сцену. В прошлые три раза ничего не выгорело: одна из ведьм сбежала, даже не дослушав; другая попыталась обокрасть, а третья была в таком непотребном состоянии из-за выпитого, что не могла связать и двух слов. Но все они были слабы, и уж точно не были целителями – таких пустозвонов природа бы не вознаградила столь щедро. Но сегодня... Сегодня мне могло повезти.