Страница 39 из 60
— Вот, что Ферн привело в Юту, — поняла я, не сбавляя шага. — Не новоодаренные... Они лишь приятный бонус. Почему-то я не сомневаюсь, что она пришла именно за Морган. Значит, у нас есть шанс обогнать ее.
— И, главное, не встретить, — верно подметила Тюльпана. Я бы решила, что она боится, если бы не знала ее. — Раз мы сумели найти Морган, то Ферн найдет тем более. Надо двигаться в темпе вальса. Угоним тачку!
Я замерла посреди парковки, опасливо косясь на копов, шныряющих со стаканчиками кофе вдоль школьного тротуара. Хоть они и бдели за безопасностью учеников, но сложно было не заметить двух рослых девиц, вскрывающих чужую машину.
— Ты похоже спятила, — сказала я, но Тюльпану было не остановить: бодро пройдясь по ряду автомобилей и выбрав ярко-желтый «жук», она щелкнула пальцами и сняла сигнализацию.
— Ой, да кто на нас смотрит!— воскликнула Тюльпана. — Не распускай сопли и садись.
Выбора не оставалось. Боясь, что из-за моего промедления нас точно поймают, я заткнула голос совести и прыгнула внутрь.
— Далеко ехать? — спросила я, прилипнув к зеркалу заднего вида, чтобы вовремя заметить, когда за нами пустят погоню с мигалками. Но, кажется, нам удалось покинуть школьную стоянку без происшествий.
Тюльпана достала откуда-то вишневый блеск для губ и принялась вслепую наводить марафет, не отрываясь от дороги.
— М-м, нет, минут десять всего. Здесь до всюду рукой подать.
— Тогда могли бы и пешком пройтись, — проворчала я, глядя в окно на калейдоскоп уютных фанерных домиков, большинство из которых были фермерскими угодьями.
— Нет, не могли.
Я бросила на Тюльпану вопросительный взгляд. Она закрыла колпачок блеска и снова сверилась с компасом, а затем вдруг вывернула руль влево, уводя машину с дороги.
Я едва не откусила себе язык на ухабе, и прелестный «жук» улетел в кювет. Все случилось так быстро, что я успела лишь вцепиться пальцами в кожаную обивку сидений, забыв пристегнуться. Из бампера, встреченного рослым дубом, повалил сноп искр. От толчка меня швырнуло в лобовое стекло, но, чудом удержавшись, я только приложилась лбом о бардачок со всего размаху.
— Ты больная?! — вскричала я, когда звон в голове более-менее утих.
Голова будто раздулась, превратившись в воздушный шар — глядишь и вот-вот лопнет. Боль растеклась по лбу свинцовым пятном, и я приложила к нему руку, щупая бровь. Пальцы тут же слиплись, сделавшись мокрыми и красными: по лицу змейкой бежала кровь.
— Ты нас чуть не угробила!
— «Чуть» не считается, — почти блаженно улыбнулась Тюльпана. Очевидно, мой побитый вид приносил ей наслаждение. В отличие от меня, она осталась совершенно невредимой: поперек ее груди тянулся ремень безопасности, который она предусмотрительно застегнула так, чтобы я не увидела.
Машина дымилась, превратившись в металлолом. Я наспех проверила ушибленные конечности — не потерялось ли чего? Кровь капала на джинсы, и Тюльпана заботливо протянула мне бумажный платок.
— В задницу его себе засунь! — ругнулась я, оттолкнув ее руку. — Зачем ты это сделала?!
Тюльпана устало вздохнула и швырнула платок мне в лицо.
— Ты должна выглядеть жалко.
— Что ты несешь?
— Мы идем в гости. Надеюсь, ты не совсем бревно в актерской игре.
Я уставилась на Тюльпану, ничего не понимая. Зато ясно было одно: с залитым кровью лицом я и впрямь выглядела не очень. Переступив свою гордость, я взяла чертов платок и быстро вытерлась им. Из желто-кремового он вмиг сделался красным, и я поборола приступ тошноты, не уверенная, чем именно он вызван: обильным кровотечением или сотрясением мозга.
Пошатываясь, я вылезла из машины и едва не свалилась плашмя, если бы не Тюльпана, подоспевшая вовремя. Я раздраженно стряхнула с себя ее руку, возвращая поступи твердость.
Кроме нас на дороге никого не было, зато по бокам раскинулись жилые дома. Скромные, но гостеприимно светящиеся в зарождающемся сумраке. Не оборачиваясь, Тюльпана устремилась к одному из них, самому маленькому и обветшалому. Дождавшись, когда я догоню ее на крыльце, она постучалась.
— Извините, мисс, не могли бы вы помочь нам? Мы здесь проездом и случайно попали в аварию...
Из-за приоткрытой двери выглянуло сухое лицо женщины: тонкая кожа, как пергамент, будто бы слишком туго обтягивала череп, не позволяя ей хмуриться или улыбаться. Темные русые волосы, посеребренные старостью, были заколоты на макушке, а крупный нос смотрелся на лице непропорционально, как и слишком маленькие бусинки карих глаз. Уголки ее рта оставались опущенными вниз, даже когда она говорила, вытирая руки о серый фартук:
— Да, разумеется. Входите.
Голос показался мне смутно знакомым. Я удивленно взглянула на Тюльпану, но та, рассыпаясь в благодарности, уже запорхнула внутрь дома. Мозаика в голове начала складываться.
— Кто это, Агата?
В коридор вышел грузный мужчина, на три головы выше женщины, что впустила нас. Густая растительность на его лице выглядела небрежно, но одет он был весьма чисто, хоть и невзрачно: обычная клетчатая рубаха и черные брюки.
— Две юные леди попали в беду, — ответила ему Агата, обводя нас рукой. — В гостиной есть телефон. Ох, ну и видок у вас! Вы можете воспользоваться ванной, там в шкафу аптечка. Виктор, вызови доктора Тревора.
— Нет, не утруждайтесь! — тут же выпалила Тюльпана, вставая между мужчиной и проемом гостиной. — Моей подруге здорово досталось, но мы обе целы, уверяю. Нам бы только в автомастерскую позвонить. У вас есть справочник? Не подскажите заодно и какие-нибудь отели в городе?
— Боюсь, у нас всего один отель на весь Ривер-Хейтс, и тот закрыли после недавнего убийства, — пробормотал Виктор, скептично оглядывая меня.
— А что там случилось?
— Точно не знаю, но убили одну из наших знакомых. Молодую аптекаршу...
— Нечего было шастать с чужими мужьями! — вставила свое Агата. — Судьба блудниц всегда незавидна.