Страница 24 из 60
— Я думал, ты вернешься только через неделю, как обычно, — прошептал он мне в шею.
— Я ведь обещала отпраздновать с тобой Остару, — напомнила я с улыбкой, и Коул запрокинул ко мне лицо. Я замлела, любуясь ямочками на его щеках и легкой щетиной, которая смотрелась на нем так непривычно, но привлекательно. Однако, когда Диего затушил сигарету и демонстративно раскинулся в кресле, напоминая о своем присутствии, я вернулась в реальность и быстро сосредоточилась. — Кстати, я тут ненароком подслушала ваш разговор...
Тело Коула напряглось под моей ладонью, а губы сжались в плоскую линию.
— О чем ты?
Что-то остановило меня от того, чтобы тут же вываливать на Коула шквал негодования и расспросов. Я уже знала, каким скрытным и хитрым он умеет быть, когда хочет: тем же путем он обзавелся и меткой атташе, что теперь скрывалась под рукавом его кашемирового свитера. Как бы я не пыталась контролировать его или остановить, Коул всегда делал то, что считал правильным, и атака в лоб только бы все усугубила. Решив, что лучше будет потолковать об этом с Диего и с глазу на глаз, я притворилась невинной овечкой и только спросила:
— Мне показалось, или ты, Диего, только что подкатывал к моему парню?
Тот поперхнулся, а Коул густо покраснел, тут же сцепляя пальцы замком за моей спиной и снова утыкаясь в меня, чтобы я не видела его умилительно сконфуженного выражения лица.
— Ну, когда живешь несколько веков, перестаешь обращать внимание на пол и начинаешь ценить душу, — забормотал Диего сумбурно. — В мире ведь столько разнообразия! Нельзя отказывать себе в чем-либо. И так живем всего один раз.
— Я не об этом, а о том, что ты воешь на два фронта! Сначала, значит, ко мне приставал, а теперь на Коула переключился...
— Что? — Коул рывком откинулся на спинку кресла, и я едва не соскользнула с его коленей. — Диего приставал к тебе?! Когда это было?
— Сразу, как я с ней познакомился, — ответил Диего раньше, чем я успела придумать максимально нейтральный ответ, который не подкинул бы в костер ревности Коула еще больше дров. — Ты хоть и слепой, но наверняка помнишь, как хороша собою Верховная... Прости, я не мог устоять! До сих пор не уверен, что могу. Вы оба такие душки!
Лицо Коула снова вспыхнуло, но на этот раз уже не от смущения, а от ярости. Кажется, он даже зарычал — по крайней мере, именно на рык был похоже то, что раздалось из недр его грудной клетки. Да уж, бестактности Диего было не занимать. Я наградила того уничижительным взглядом, но он лишь пожал плечами, простодушно лыбясь. Пирсинг на его лице блестел, встреченный солнечными лучами, и Диего закурил еще одну сигарету из серебряного портсигара.
— Обсудим это наедине, — прошептала я Коулу, поднимаясь и утягивая его за собою, чтобы не дать напасть на Диего и лишится не только зрения, но и пары конечностей. — Идем. А ты, — Я сверкнула глазами на ведьмака, закурившего уже третью сигарету подряд. — Будь как дома, но не слишком. Мы сегодня празднуем Остару...
— Остару? Кто-то до сих пор ее отмечает?
— Наш ковен — да. Привыкай. И сделай что-нибудь полезное к вечеру, а завтра начнем мое обучение.
— Слушаюсь, мэм!
Диего отсалютовал мне, и мы с Коулом скрылись в стенах особняка. Когда все, включая моего отца и Сэма, который вышел из кухни с тарелкой глазуньи, остались за дубовой спаленной дверью, я наконец-то выдохнула с облегчением.
— Иди ко мне.
Я буквально запрыгнула на Коула, и, если бы позади него не стояла постель, мы бы рухнули на пол. Благо, она была не заправлена, и вместе мы тут же утонули в ворохе одеял и подушек. Кажется, от моего бурного проявления чувств он даже опешил: стукнулся затылком о изголовье и смешно ойкнул, уставившись на меня потускневшими слепыми глазами.
— Как бы мне не хотелось вернуться к обсуждению того, что поведал о знакомстве с тобой Диего... Но ты, очевидно, и впрямь сильно соскучилась, — Его губы тронула медовая улыбка, и я наклонилась, чтобы вобрать ее в себя поцелуем.
— А насколько соскучился ты? — спросила я.
Вместо ответа Коул рывком перевернулся и подмял меня под себя. За это время я почти забыла, какого это — лежать под весом его тела, выбивающем из легких дыхание, и чувствовать себя самой защищенной на свете.
— Может, хотя бы расскажешь, как обстоят дела с ковеном? — спросил Коул шепотом, нависая надо мной. Его кудри щекотали мне лоб. — Как именно ты повстречала Диего, куда вы еще ездили с Зои и...
— Ох, Коул, давай не сейчас!
Я накрутила шиворот его футболки на кулак и наклонила к себе так резко, что мы ударились лбами. Губы быстро нашли, что искали, и не отрывались от губ Коула еще очень и очень долго. Ему не нужно было видеть, чтобы знать, где нажимать и гладить меня пальцами, чтобы спустя минуту я заурчала, точно довольная кошка. Снова дома. Снова в его объятиях. Все будто бы вновь стало, как прежде, но...
— Эта спальня будет моей... Ой, нет, не будет. Блин.
Коул почти избавил меня от бюстгальтера, ловко расстегнув его прямо под кофтой, когда кто-то распахнул ногой дверь. Впущенный сквозняк превратил кожу в гусиную, и я рефлекторно натянула на себя одеяло, хотя была одета. Коул же, не зная, в какую именно точку смотреть, замотал головой и принялся натягивать свитер, с которым я расправилась сразу же, как мы оказались в постели.
В дверях красовалась Тюльпана — стройная, как струна арфы, с надменным прищуром аметистовых глаз. Те переливались в полумраке занавешенных окон, похожие на два гранатовых зерна. Каблуки делали ее такой высокой, что она могла бы дышать Коулу в затылок.
— Как вы приехали так быстро? — забормотала я, судорожно поправляя одежду, но Тюльпану будто бы не смущал наш с Коулом растрепанный вид. Она лишь придирчиво оглядывала его спальню, держа за спиной красный чемодан на колесиках.
— Я владею телепортацией, как и ты. Нет, даже лучше! Перенести машину — плевое дело. И то, что тебя это так удивляет, лишний раз подтверждает, как далеко тебе до первозданного мастерства Верховной ведьмы. Так где мне найти свободную комнату?