Страница 9 из 114
Глава 3. Поедающий плоть
Кара, ныне известная как Мадам, всегда просыпалась раньше, чем Маркус.
Открыв глаза, она сначала видела своего спящего господина и некоторое время смотрела на его умиротворенное лицо. Когда он спал, то был таким, как десять лет назад. Сейчас же… его суровый взгляд, властная мимика и не терпящий возражения голос пугали. Практически всех, кроме самой Кары и Эльрикель, его законной жены. Он стал таким после смерти его ребенка, который, в общем-то, и не был рожден. Но окончательно Маркус зачерствел, когда Эбигейл родила ребенка Бруно.
Все это время Кара была рядом. Всегда.
Но этим утром он проснулся раньше нее. Она поняла это, когда, раскрыв глаза, увидела перед собой мило сопящую беловласую Эльрикель.
Кара присела на кровати и прикрыла простыней грудь.
Маркус стоял на балконе и смотрел куда-то вдаль.
Стащив простыню, Кара обернулась ею, словно древнегреческая дива, и беззвучно зашагала к Лорду Айронхолла.
- Ты сегодня рано встал, - констатировала она и бросила взгляд на отбрасываемую Маркусом Тень. В отличие от самого графа, Он все еще спал. Лежал прямо на полу, свернувшись клубочком под его ногами, словно преданный пес.
- Кто такой Перегил?
Кара пожимает плечами, хотя и понимает, что Маркус сейчас ее не видит, так как она стоит позади него. Нежно проведя руками по плечам мужчины, она обвила ими его обнаженный торс и прижалась к мощной спине.
- Понятия не имею, - честно признается Кара. – Возможно, новый Бог, недостаточно сильный, чтобы все о нем знали. Или и вовсе выдуманный Эльзой миф. Как знать…
- Какой смысл выдумывать Бога?
- Ты же нарек себя Дракулой. Почему и ей нельзя прикрыться якобы защищающим её Богом, во имя которого она сжигает людей?
Она чувствует, как распирается при вдохе грудь Маркуса, и целует его в спину. Затем прижимается к ней щекой.
- Не хочу идти в публичный дом, - шепчет она.
- Так не иди. Я же никогда не заставлял тебя находиться там.
Она усмехается. Его голос звучит нейтрально, но она все равно улавливает скрытые теплые нотки.
- Без меня он не протянет и дня. Ты даже не представляешь, как посетителям и нашим девчонкам нужен контроль.
- Овцам всегда нужен пастырь.
Ей не нравится эта фраза, но возражать она не стала – смысл был верен.
- Я люблю тебя, Маркус, - говорит она то, что действительно думает. С надеждой, что когда-нибудь услышит подобное в ответ, хотя и прекрасно понимает, что этому не суждено случиться.
- Я знаю, - отвечает он, и Кара грустно улыбается.
- Когда придется, я отдам за тебя жизнь. Ты ведь знаешь?
- И это знаю.
Теперь они стоят в тишине. Она чувствует какую-то пустоту у себя в душе. Но мужчина, что стоит рядом с ней, уже давно стал смыслом ее жизни, хотя ее любовь и безответна...
- А за что ты готов отдать свою? – вопрошает она, и, наконец, Маркус не отвечает в следующий же миг. Вопрос смог застать его врасплох. Он думает.
- Боюсь, что у меня нет ответа, - наконец, выдает он.
И тут в нем словно что-то меняется.
Кара ощущает, как он напрягся. И потому, освободив объятия, она подходит к перилам балкона и смотрит туда, куда смотрит Маркус – на бегущего к дворцу человека.
- Что-то случилось, - говорит она, но ее господин и без нее это уже понял, и потому спешит к изголовью кровати, чтобы накинуть на себя висящую на нем мантию. Кара тоже начинает искать свое платье
***
Карлейн стал стражником всего пару месяцев назад.
Закончив подготовку в академии, где все учителя выделяли его среди других прочих, он тут же пошел на службу в должности сержанта городской стражи. Младшего сержанта, но все-таки!
Его маленькой мечтой было увидеть графа Дракулу. Увидеть его вблизи. А большой мечтой – стать его личным охранником, или даже главным советником. А для этого нужно как минимум стать командующим городской стражей. Стоять подле графа, защитить его в случае опасности собственным телом – вот о чем мечтал Карлейн.
Но сейчас, стоя на стене и держа в руках арбалет, он был исполнен ужаса. Наверх пыталось взобраться нечто, что невозможно было даже описать. Некая дикая смесь скорпиона и змеи, но покрытая шерстью и издающая мерзкий, пробирающий до дрожи чавкающий звук, порою сменяющийся каким-то хриплым стоном. А по размерам эта мразь, если встанет во весь рост, будет выше человека раза в два.
Карлейн выстрелил по чудовищу дважды. И дважды попал, в отличие от большинства рядовых бойцов. Но стрелы отлетали от кожи (или чешуи?) этой дряни, словно она покрыта чертовски острой сталью. И можно было бы грешить на качество металла, из которого выкованы наконечники болтов... да вот только выкованы они были у Морфи. А этот гений свое дело знает. Очень хорошо знает.
В очередной раз Карлейн вытирает мокрый лоб и оборачивается назад, на замок.
Странный звук внезапно раздался откуда-то снизу. Словно сквозняк, смешавшийся с громом. И вдруг все солдаты хором закричали.
Закричали от радости. Кто-то даже начал хлопать в ладоши.
Карлейн тут же обернулся к монстру. Все его сослуживцы смотрели именно туда. И ужас мигом сменился криком радости. Такой радости, что Карлейн чуть было не прослезился.
По ту сторону города уже находился граф. Он стоял перед монстром, постепенно покрываясь черными доспехами, становясь похожим на ужасного зверя. Но этого зверя никто в Айронхолле не боялся – ему даже был воздвигнут памятник и написана куча картин с его изображением.
Впервые Карлейн видел, как происходит то, о чем он читал сотни и даже тысячи раз – как тень графа словно наползает на своего владельца, трансформируясь в эту самую чешую.
С раскрытым ртом он наблюдал, как заканчивается превращение.
Недозмей-недоскорпион бросается на графа, но тот ловко уходит от удара, а в следующий же миг разрубает эту дрянь пополам неизвестно откуда взявшимся мечом.
- Откуда у него меч?! – слышит Карлейн вопрос одного из рядовых.