Страница 10 из 114
- Это не меч, - с усмешкой отвечает он этому новенькому. – Граф может превращать в клинок свою руку. Или в когтистую лапу.
Кровь монстра оказалась не красной – темно-синей. Такую Карлейн никогда не видел.
Когда разделенный на две части монстр прекращает конвульсивно подергиваться в приступе агонии, граф возвращает себе человеческий облик, и позади него вновь вырастает самая обычная тень. Такая, как и у всех остальных людей.
Карлейн тяжело дышал. Он слышал, как часто бьется его сердце. Только что он впервые в жизни видел, как бьется его кумир.
- Слава графу Дракуле! – громко закричал он.
- Слава графу Дракуле! – тут же подхватили его все ближайшие солдаты.
- Слава графу!!! – кричали уже все.
А в следующий миг граф исчез. Казалось, что он попросту испарился, но Карлейн смог заметить, как он обратился в черную материю, и затем со сверхчеловеческой скоростью скользнул в город.
Младший сержант продолжал смотреть на убитую дрянь, широко улыбаясь.
- Откройте-ка мне ворота, - приказал он, и рядовой крикнул другому солдату, передавая приказ младшего сержанта. Так как лейтенант на стене отсутствовал, главным на стене в данный момент был именно Карлейн.
Шустро спустившись вниз по навесной лестнице, он вышел из города, когда врата медленно опустились.
Он вынул меч. На всякий случай.
И медленно приближался к твари. И чем ближе он к ней подходил, тем страшнее ему становилось. Тем не менее, он искренне верил, что зверь больше никому не причинит вреда.
И Карлейн резко останавливается.
Он замечает, что один из цветков, на который попала кровь монстра, будто… сожжен, что ли…
Хмурясь, Карлейн делает еще один шаг, и понимает, что ему не показалось. Трава, куда попала кровь монстра, тоже словно выжжена. Облизав пересохшие губы, Карлейн делает еще один шаг, боясь наступить в синие пятна. Он замечает, что дышит через рот.
И вот он в шаге от убитого графом монстра.
Глотает подкативший к горлу ком.
Опускается и срывает цветок, подносит его к телу монстра. Туда, где видны его темно-синие внутренности.
И его предположения оказываются верными – цветок тут же начинает гнить, будто его опустили в кислоту.
Теперь он достает из-за спины болт и касается им крови монстра. С металла поднялась вверх испарина, однако сама стрела не повредилась.
Тяжело дыша, Карлейн решил во что бы то не стало проверить, как кровь этого монстра влияет на человеческую плоть. Ему пришла в голову мысль, что, если его предположения подтвердятся, можно смачивать в этой жидкости наконечники стрел и болтов перед тем, как выстреливать. Если она разъедает кожу и плоть, как сорванный им цветок, то в руках Айронхолла окажется весьма опасное… и редкое оружие.
Внезапно Карлейн понял, что у него появился шанс не просто выделиться и получить награду, но даже вновь увидеть графа, ибо все ордена он вручает лично.
***
Мадам прибывает к лазарету около полудня.
Она, как и всегда, роскошно выглядит и является объектом повышенного внимания всех находящихся в комнате мужчин.
Даже главный лекарь, который с трудом может различить через пелену перед своими глазами даже собственную руку – и тот встречает Мадам широченной улыбкой и полным слюней ртом.
- Мадам! Такая честь! – разводит он в сторону руки, когда она подходит к койке, на которой лежит недавно покинувший этот мир старик.
Карлейн с улыбкой смотрит на пускающих слюни лекарей и стражников. Его поражает, насколько лишает рассудка таких, как они, женская красота. Зачаровывает и обезоруживает.
- Показывайте, - холодно приказывает она, и Карлейн замечает, с каким вожделением молодой лекарь, стоящий между ним и мадам, смотрит в вырез ее декольте. Возможно, она даже видит это боковым зрением, но не обращает никакого внимания. И даже не стесняется.
- Да-да, конечно, - трясет головой старик, словно цыпленок, а затем опускает в металлический стакан такую же металлическую палочку. Затем эту же палочку он подносит к телу мертвеца - и плоть начинает гнить. Не гореть и не обжигаться, а именно гнить. Обращаться даже не в пепел, а попросту растворяться, и края раны становятся черными, словно обугливаются.
- Что за жидкость? – с интересом, и даже неким восхищением задает Мадам вопрос.
- Мы собрали ее из туши того монстра, что был убит этим утром нашим глубокоуважаемым графом, - старик начинает жевать свои высушенные, сморщенные годами губы.
- Она растворяет человеческое тело?
- В доли секунды, - кивает старик. – Но не только тело. Практически все, кроме земли и металла. Оно растворяет дерево, стекло, траву и любую плоть.
- Я никогда не слышала о таком монстре, - с удивлением шепчет Мадам, на что старый лекарь сухо усмехается.
- Слышали, моя госпожа. Просто ни меч, ни стрела не берет его панцирь. Его называют по-разному. У нас же он известен как Кобольд.
- Кобольд? – теперь она понимает. – Я никогда не слышала, чтобы кто-то мог убить Кобольда. Разве что в далеких землях, но в нашем Королевстве...
- Теперь уж и в нашем, Мадам, - усмехается старик. – С сегодняшнего дня.
- Но они не нападают на города, - качает головой красновласая женщина. – И тем более не нападают на людей, если те не приближаются к их логову. Они - мирные существа.
- На это у меня… нет ответа, - улыбается старик.
И Карлейн замечает, что старый прохвост тоже пялится на грудь женщины, но делает это практически незаметно.
- Поздравляю Вас, отец, - смотрит на старика Мадам. Тот делает вид, что ничего не видит.
- С чем же?
- Вы получите награду за то, что догадались изучить кровь монстра.
Старик снова смеется.
- Не меня Вам нужно благодарить. Я даже и не знал, что кого-то там кто-то где-то убил. Награждайте этого молодого юношу, - и он хлопает Карлейна по плечу.
И впервые он удостаивается взгляда Мадам. И ее улыбки.