Страница 77 из 92
Фриду колотило и на этот раз не от холода. Предательство друга стало последней каплей. Руки опустились. Стена оптимизма треснула и развалилась с грохотом, эхо которого так и звенело в ушах. Слезы успели высохнуть на подушке. Фрида лежала, уткнувшись в нее лицом и пыталась ощутить равновесие между злостью и силами двигаться дальше. Чашу весов клонило не в ее пользу. Сейчас она согласилась бы стать инфузорией лишь бы не выходить из комнаты, а тем более из дома. Внутри что-то треснуло напополам. Терпение. Его больше не было, как и сил бороться. Война была проиграна задолго до пожара в мастерской. Все ее мечты полетели в мусорное ведро, а дорогие люди только подлили в него бензина. Вещи, картины, заработанные деньги ― все накрылось медным тазом. Обида, которую глушили слишком долго, вновь вырвалась на поверхность, но теперь с ней была еще и злость. Она застряла в горле комом. Оливер и собственная мама окунули ее снова в то дерьмо, из которого так хотелось выбраться. Они ничего не сделали для того, чтобы Фриде все удалось. Она и не просила помощи. Только чтобы ее не трогали. Оставили в покое. Забыли о ее существовании и не требовали ничего. Что можно было взять с той, которой ничего не дали. Просто кинули в воду и постоянно использовали как спасательный круг. Когда друзья шли пропивать родительские деньги, Фрида шла на работу и тащила домой полные сумки еды. Откладывала, берегла и каждый раз выслушивала, что неблагодарная, когда не желала отдать всю зарплату, чтобы маме было хорошо.
«Достали. Все. Поголовно. Ненавижу»
Крики так и хотели сорваться с языка, но скрежет за дверью быстро привлек внимание. Фрида догадалась, что это Коржик по тихому мяуканью.
«Котенок точно ни в чем не виноват»
Фрида протерла глаза, пытаясь убрать засохшие слезы. Она слезла с кровати и направилась к двери. Замок щелкнул. Рыжее пятно проскочило внутрь и запрыгнуло на одеяло словно победитель марафона. Довольная мордочка хрюкнула благодарность. Фрида собиралась закрыть дверь, как услышала знакомый голос.
– Я уже думал, что не откроешь.
Клейтон сидел на полу и подпирал спиной стену.
– Извини за грубость, но не хочу никого видеть. Понимаю, что это твой дом, но…
– Эта твоя комната, ― закончил он за нее и усмехнулся. ― Ни капельки не изменилась, хотя столько времени прошло.
Тяжелый вздох вырвался из груди Фриды. Новая волна слез подступала. Не хотелось, чтобы в минуту слабости ее добивали ободряющими словами. Израненное в лесу животное не просит помощи. Оно просто боится, что ему навредят.
– И в мыслях не было, но жалеть тоже не стану. Знаю, что от этого ты еще больше разрыдаешься.
– Так чего пришел? ― буркнула Фрида и прикусила губу.
Клейтон встал и подошел ближе, возвышаясь над ней словно извергающейся Везувий.
– Хотел тебе кое-что показать.
– У меня сейчас не то настроение.
– Знаю, поэтому и надеялся на Коржика. Свою миссию он выполнил.
Клейтон не стал дожидаться возражений. Он схватил Фриду за руку и потащил вглубь коридора.
– Здесь недалеко, ― продолжил он под протестующее мяуканье котенка.
Оно доносилось приглушенно из-за возмущенного бурчания Фриды. Она попыталась высвободить руку, но Клейтон не позволил.
– Это уже не смешно.
– Вот и я так думаю. Если будешь брыкаться, придется тебя нести.
– Что тебе от меня надо?!
– Чтобы ты улыбнулась.
Фрида так и замерла с открытым ртом. Возражения в голове, будто стали кардиомонитором, на котором остановился пульс. Пациент был больше мертв чем жив, если бы не предательский румянец.
– Так-то лучше.
Клейтон продолжил путь. На этот раз Фрида не сопротивлялась. Она понятия не имела, куда ее ведут, но страха не было. Злость свернулась внутри калачиком или ей просто уже стало все равно.
«Разве может быть хуже, чем есть сейчас? Даже если Клейтон окажется серийным убийцей, скажу только спасибо»
Так Фрида думала до третьего поворота. Когда стали чаще попадаться темные коридоры, чьи стены больше напоминали обшарпанную больницу, она стала сомневаться в своей адекватности. Ей как никогда захотелось жить. Клейтон тащил вглубь коридоров, пока не замер перед дверью. Пульс застучал в висках Фриды, когда пальцы перестали чувствовать тепло его руки.
– Вот мы и пришли.
Голос Клейтона был обычным. Дверь скрипнула. Внутри комнаты была только тьма. Фрида попятилась и наткнулась на противоположную стену.
– Когда же ты станешь мне доверять?
В вопросе не было осуждения, только нотки грусти, которые он и не пытался скрыть. Клейтон вошел внутрь комнаты. Его спина скрылась в тени. Фрида хотела уже бежать, как увидела зажженную лампочку.
– Добро пожаловать в мою мастерскую. Можешь выбрать что хочешь.
Фрида замялась, но все-таки вошла. Взгляд пробежался по пыльным полкам и столу, на котором давно не касались инструментов. Стамески, ножи, куски древесины лежали под толстым слоем паутины. Клейтон давно сюда не заходил. Десятки незаконченных фигурок были раскиданы повсюду. До них дело так и не дошло.