Страница 70 из 92
– Она ведь сестра.
Слова Уильяма были не совсем уверенными. Не только Фрида это заметила.
– Ее злость только крепла, ― произнесла Селеста. ― Мне удалось заключить ее в семь зеркал. Духи сезонов помогли, но даже они не смогут помогать хранителю вечно. Они стареют, а тьма становится только сильней.
– Мы должны верить, Селеста. Это все, что остается. Фрида сильная, но сможет ли ее обожженная душа обрести в стенах дома покой? Это покажет только время, которого осталось не так много. Если бы только Клейтон уделял больше внимания дереву, а не прятался от боли за туманной завесой из паров коньяка и сигаретного дыма.
Уильям замолчал. Плечи Селесты дрогнули, будто от сильного порыва ветра.
– Тьма уже здесь, ― сказала она и повернулась вполоборота.
Фрида замерла. Ладони вспотели, а сердце пропустило удар. Послышался хлопок. Уильяма затянула в стену черная дымка. Селеста бросила заколку, и свечи погасли, но это не помогло. Тьма подступила к краю пентаграммы. Внутри черного облака образовывались яркие вспышки, будто молнии пронизывали его насквозь. Селеста вновь заговорила на непонятном языке. Поднялся сильный ветер. Он скидывал с полок изделия из дерева. Одна из шкатулок чуть не упала Фриде на ногу. Получилось вовремя ее убрать. Тьма сгущалась, и сердце колотилось. Вдруг зеленый свет осветил комнату.
– Фрида?!
Голос Селесты был еле уловимым. Рука Фриды метнулась к шее. Кулон в виде листка рассеивал тьму. Перед глазами все завертелось: прикосновение к зеркалу, черные щупальца, яркая зеленая вспышка и мертвая яблоня. Фрида проснулась в комнате в доме Клейтона от собственного крика. Руки дрожали, а горло жгло. Она вновь задыхалась.
***
Оливер долго не мог уснуть, переваривая в голове слова Ники. Пока она закинула на него ногу и игриво сопела на ухо, он пытался понять в каком месте облажался. Ника обвинила его в эгоизме и прочей ерунде, которую он не смог разобрать. Мозг отключился на предложении «я ведь люблю тебя, идиот». Для него это не было новостью, но сердце екнуло, когда Ника бросила ее прямо в лицо. Будто щелкнул переключатель. Лампочка погасла и вновь зажглась.
«Почему я раньше не замечал, что она пахнет ванилью? Еще и на кофте белые ворсинки»
Оливер так и не смог выбраться из объятий и потушить свет. Это дало ему возможность рассмотреть Нику ближе. На носу виднелись слабые веснушки, а ресницы трепетали будто крылья бабочки. Ника была мягкой и теплой. Дрожь пробежалась по телу, которой он ни разу не чувствовал, когда был с Фридой.
«Нет. И еще раз нет»
Мысли казались слабо убедительными, когда Ника там томно дышала ему в шею. Он и не думал никогда о ней в таком ракурсе. Для Оливера она была только менеджером, помощницей, другом…
«Черт. Кажется, мы оба неудачники»
Озарение пришло спонтанно, но оно было правдивым. Они с Никой были два лишних колеса, которые могли бы стать отличным велосипедом. Идея Оливеру казалась безумной. Ника будто с ним согласилась, промычав что-то в ответ. Он не разобрал ни слова, но отчетливо услышал крик Фриды. Ее комната находилась напротив, что упрощало передвижение по дому, имея лишь одну карту в рюкзаке. Ника недовольно заерзала, когда Оливер вылез из-под нее и медленно направился к двери. Замок щелкнул. Взгляд метнулся на кровать. Ника не шелохнулась. Подруга встретила Оливера в коридоре. Ее руки дрожали, когда кашель срывался в кулак.
– Мне нужна эта дверь. Я хочу знать, что за ней скрывают.
Голос казался хриплым как никогда. Она вновь кашлянула.
– Хорошо. Я пойду с тобой.
– Спасибо.
Другого ответа не нашлось спросонья в три часа ночи. Идея была безумной. Дом скрипел, будто напоминая, что опасность может поджидать на каждом шагу. Мрачные коридоры только подпитывали страх и заставляли бежать быстрее. Фрида не знала, что ищет, но была уверена, что дверь скрывается в запретном крыле. Она ждала знака. Оливер ― пока подруга утихомириться. Он не понимал, что Фрида ищет, да и не хотел. В его планах входило только сопровождать ее, пока подруга сама не скажет ― хватит. Перечить было бессмысленно или просто не хотелось вмешиваться в не свои дела. Карта вела вглубь дома. От мрачных коридоров по телу бежали мурашки. Вдруг Фрида замерла. Оливер чуть не налетел на ее спину.
– Что такое?
– Она здесь.
– Кто?
– Дверь.
Взгляд Оливера метнулся туда, куда указывал палец Фриды. Ему не верилось, что все это имеет значение, но он не мог спокойно смотреть на то, как побледнело ее лицо. Свет в коридоре не горел, кроме того, что было за дверью. Стены болотного цвета будто сошли с кошмаров и ожили прямо на глазах. Дрожь по телу расползалась лихорадкой. Фрида вновь ощутила позыв кашля, с трудом сдерживая его внутри.
– Чего ждешь? Идем? Посмотрим, какие секреты скрывает Клейтон.
Оливер сделал шаг вперед, но почувствовал холодную хватку на запястье.
– Я боюсь, ― ответила Фрида на вопросительный взгляд. ― Что, если там тьма?