Страница 62 из 92
Она зацветет, когда обожженная душа полюбит клетку зверя.
Голос будто исходил от яблони, которая почернела прямо на глазах. Ее будто отравили ненавистью и злобой. Яблоки покрылись гнилью и посыпались на землю, вместе с некогда зелеными листьями. Сгустки тьмы расползлись по комнате, затмевая собой солнце. Чарльз попятился, но замер, когда наступил на обломок рамы. Тьма накрыла разорванную в клочья картину и вернула ей прежний вид. Ненависть Терезы приобрела материальную форму. Это был ее подарок мужу на прощание. Чарльз упал на колени и взмолился Всевышнему, но тот его не услышал. Граф скрыл лицо ладонями, но тело Терезы все равно было перед ним, даже когда руки накрыли глаза. Мягкий свет скользнул меж пальцев. Взгляд поднялся на светящийся шар, который отделился от черного столба, и наполнил комнату мерцанием. Вдруг появился еще один. За ним еще два. Четыре светящихся шара приобрели облик девочек. Совсем юных и прекрасных. Чарльз принял их за ангелов, которым не хватало только крыльев. Они были разные, но все дарили свет.
– Кто вы? ― неуверенно спросил он.
– Мы сезоны.
– Я теперь должен вас охранять?
– Скорее мы тебя от тьмы, которую ты сам же и создал.
***
Наши дни.
Дерек закончил свой рассказ и посмотрел на брюнетку с рыжими корнями и веснушками на лице. Она была хороша в постели, но что касается ума, ее явно обделили. Глупый взгляд был тому ярким доказательством. Дерек взлохматил себе волосы, пока Люси стыдливо притягивала простынь, чтобы скрыть довольно пышную грудь, как для такой с виду непримечательной девушки. Она нужна была ему только для отвода глаз. Дерек пообещал официантке тридцать процентов от выручки за картину, и наивная дурочка согласилась. Фрида казалась явно умнее, чтобы не связываться с таким, как он. Дерек был даже за нее немного горд, если бы ее проделки не мешали планам.
– Ты же говорил, что проблем с картиной не будет, а теперь выясняется, что вынести ее из дома нельзя.
Возмущенный тон Люси вывел Дерека из раздумий. Взгляд скользнул по стенам с панели из красного дерева и тканевыми обоями цвета молочного коктейля с персиками. Самый противный для него, но в остальном номер в отеле был выше всяких похвал. Пока бизнес дяди процветал и краденные картины приносили не малую прибыль, Дерек мог позволить резвиться в шикарных апартаментах в обществе официантки. Но она стала задавать слишком много вопросов, а он не любил вдаваться в длительные объяснения. Пришлось пожертвовать своим принципам, ради дела, которое стоило тысячи таких как Люси.
– Я не верил в проклятье, пока друг Фриды не полазил в архиве. Не сложно было за ним проследить. Весомая купюра разговорила толстяка на ресепшене. Он показал все файлы, которые отыскал этот Оливер.
– И что теперь будем делать? Я не намерена умирать, ― сказала Люси, накручивая локон на палец.
Она надула из жвачки пузырь, который тут же лопнул и приклеился к узкой линии ее губ. Дерек сорвался. Он не выдержал вида этой тягучей мерзости и полез ей пальцами в рот.
– Эй, ― крикнула Люси, когда жвачка полетела на пол.
Скинуть ее получилось не сразу, но Дерек справился. Он сделал глубокий вдох и попытался объяснить официантке, словно маленькой девочке на детской площадке, которая ступила в кучу дерьма.
– Понимаешь, ― начал он. ― Фриде теперь известно то же, что и нам. Она будет винить себя в смерти матери Клейтона и сделает все, чтобы спасти ему жизнь.
– Почему я снова должна о ней слушать?
Люси надула губы. Получилось фальшиво. Дерек сделал глубокий вдох и потянул за край простыни. Женский смешок прошелся по нервам, будто смычок по струнам скрипки, когда оголилась налитая грудь.
– Потому что она наш билет в беззаботное будущее, ― сказал Дерек, зарываясь в нее лицом.
– Ну, только если так, ― подстегнула его Люси и вновь усмехнулась, когда его пальцы щекотнули бедра.
– Мы подождем, пока она разрушит проклятье, поэтому мне нужен человек, который будет знать, когда это произойдет.
– И кто же это?
– Есть один вариант, который тоже не прочь насолить Фриде.
Дерек усмехнулся и снова сел, пока в голове зарождалась идея. Раньше он думал, что смерть ее деда была случайностью, но не желал разделять его судьбу. Дядя оказался прав. Пожар вспыхнул не просто так. Надо было найти способ обезопасить свою шкуру, даже если придется пожертвовать Люси.
– Мне вот интересен еще один момент, ― сказала официантка, когда его взгляд затуманился.
– Что именно? ― спросил он, ожидая очередную глупость, но был приятно удивлен, когда она задала вопрос.
– Откуда тебе столько известно про Фриду?
– Я ее сводный брат.
Глаза Люси округлились. Она не сразу поняла, что села.
– И как же она тебя не узнала?
– А мы никогда и не виделись, пока не встретились в автобусе. С этого и началось наше визуальное знакомство, хотя отец рассказывал о Фриде задолго до поездки в Расл Томб.