Страница 89 из 123
Запах душистых булочек с вишней просачивался тонким слоем сквозь толпу интересно одетых детей. Их костюмы украшали яркие рисунки и шестеренки. Ремни, стекляшки…
М-м-м.
Я вновь отвлеклась на вкусный запах.
― А здесь все изменилось, ― сказала Маргарет, пряча лицо в тени, чтобы ее не узнали.
― Не то слово, ― Миори широко раскрыла глаза.
Даже цветы на ее голове завибрировали от удовольствия.
― Гластонгейт и вовсе не узнать, ― сказала я, пока рот наполнялся слюной, а глаза слепило от солнечных зайчиков, которые отражались от медных шестеренок на костюмах детей и непослушно прыгали по прохожим.
― Здравствуйте, ― послышалось рядом, когда мальчишка увидел, как из булочной вышла пышная дама.
― В городе появились клумбы? – удивленно спросила Шу Ликин, отвлекая меня от наблюдения за проезжающими мимо детьми.
Они улыбались и обсуждали завтрашний день. Наемница не понаслышке знала каким город был раньше. Сколько крови было пролито от подножья холма и до самого леса. Сейчас Шу Ликин наблюдала со стороны, как три цветочницы кружили вокруг клумбы словно феи. Они обрывали засохшие листья и поникшие бутоны цветов, чтобы те могли вновь вырасти и распуститься. Цветочницы были прекрасны. Как и клумба на перекрестке дорог.
― Вас не должны видеть, ― буркнула старушка, намекая на тень.
― Да здесь и не кому узнавать, ― улыбаясь, ответил Чаннинг.
Он видимо тоже унюхал, что друидов осталось не так много. Только те, кто примкнули к квардам и не превращались в полузверей и, разумеется, полурастений. Те, кто определились со своим естеством. Выращивали цветы и разводили птиц. Последние сидели на ветках невысокого дерева с привязанными к лапам ленточкам, чтобы не смогли улететь. Рядом находился уютный загончик с животными: щенки волков, юные козочки и даже мыши в коробках с высокими стенками.
― Какие милые хомячки! – воскликнула девочка, хватая папу за руку. – Давай заберем одного себе? Ну, пожалуйста-пожалуйста!
― Хорошо. Только как ты договоришься с кошкой?
― Она не будет против.
― Уверена? – спросил отец со смешком, доставая из кармана блестящие монеты.
Некоторых животных или птиц действительно садили в клетку, но с другой стороны их не могли съесть хищные звери. На них не охотились в лесу. Кормили и держали в близи домашнего очага. В безопасности и уюте. Я увидела, как один из квардов приобрел сову, щедро за нее расплатившись. Это был представительный мужчина с тростью, украшенной резьбой виноградной лозы, и высокой шляпой с листьями. Птица крутила головой, хлопая большими глазами-фонарями.
― А это еще что такое? – спросила я, увидев, как молодая девушка зазывает людей.
― Подходите-подходите, если хотите запечатлить себя на всю жизнь и оставить память внукам.
― Как это?! Она владеет новой магией?! Хочет нас убить?! – задыхалась от злости Маргарет.
― Молодая пара, прошу проходите. Это ваш сын? Чудесно! Получится отличная фотография.
Девушка в корсете с металлическими вставками и золотым шнурком, а еще в пышной кружевной юбке затянула нас во внутрь салона. Миори предусмотрительно прикрыла лицо капюшоном. Маргарет вжалась в стену. Я не могла налюбоваться на распустившиеся бутоны цветов. Алые как фонари на столике у входа. Стены салона украшали черно-белые портреты разных людей. От улыбающихся стариков до пышнощеких младенцев. Они казались настолько реалистичными, что стало невдомек как вообще можно так нарисовать. Муж словно прочитал мысли.
― Что это за магия? Их запечатали там?
― И да, и нет, ― ответил мужчина с порога. ― Прошу присаживайтесь на диван, пока я настрою аппарат. Солнце сейчас как раз что надо.
Это был тот самый незнакомец с клеткой совы. Он поставил ее на второй причудливый столик у входа. Поверхность казалась гладкой как стекло, под которым словно расплескался океан между двух берегов зазубренного дерева.
― Может, чаю? – спросил мужчина.
― Сейчас принесу! – крикнула девушка, появившись словно из ниоткуда.
― Вы не так поняли. Мы не собирались заходить, ― сказал муж.
― Но раз зашли, то будьте нашими дорогими гостями. Я все здесь вам покажу. Это ваш сын? Крепкий малый. Как тебя зовут?
― Джерард.
― А меня Чарльз Мандерсон. Можете называть просто Чарльз, ― сказал мужчина, доставая из-под синей накидки большую коробку. – Как будете готовы, проходите в солнечную комнату.
Чарльз убрал штору в соседнее помещение, за дверью которой исчезла девушка, и яркие лучи заставили его прищуриться. Причиной стали зеркала. Они направляли свет на стоящие в центре стулья.
― А что это за аппарат? – спросил сын, когда Чарльз поставил его напротив предложенных мест.
― Ах, это? – переспросил мужчина с улыбкой. – Он останавливает время.
Я округлила глаза.
― Не буквально, ― успокоил мистер Мандерсон. – Видите изображения на стенах? Камера робстуна запечатлевает все, что увидит благодаря солнечному свету и серебряной пластине. Мне нужно немного вашего времени. Понимаю, все немного сложно. Но уверяю вас, никто при этом не пострадал. Это не магия, а наука. Потом результат закреплю солью и получится стойкая картина. Все довольно просто.