Страница 59 из 132
― Скажи спасибо, что нужен Лилит. Мне ты больше бы понравился синей ледышкой, но богиня упрямо хочет оставить тебя в живых.
― Не разделяю ее мнение, ― вмешался Кондрат.
― В любом случае, чувствуйте себя как дома. Можете избивать друг друга сколько хотите. Только одно условие: оставаться в живых.
Чандра повернулась, путаясь в краях подола своего плаща. Она направилась к выходу, пока у Кондрата чесались руки вцепиться сокамернику в глотку. Королю не доставало великодушия простить предательство, а тем более выдержки, чтобы сделать это быстро, и не растягивать мучения как когда-то давно в пещерах разбойников.
― И вот мы снова встретились в сырых подземельях.
― Как давно это было. Будто сто лет назад.
Гавен поддержал мысль. Он и сам подумал об их первой встрече. Спина предательски заныла, будто напоминая об ударах плетью. Кондрат действительно был мастером своего дела. Он умел виртуозно истязать тело, оставляя при этом жертву в сознании. Может это и послужило толчком, который объединил мятежника с рыжеволосой ведьмой.
Мучитель и губительница душ. Отличная из них получилось пара.
Гавен усмехнулся от одной только мысли.
― Что смешного? ― спросил Кондрат.
― Да, так. Задумался о том, как судьба свела тебя с Оливией. Не находишь в этом некий подтекст. Словно смех, пробивающийся от кривых букв, скачущих по пыльным страницам истории.
― Что ты несешь? Кажется, кто-то умом тронулся. На тебя пагубно повлияло чтение.
― Оно дает пищу для ума.
― Но не всякий корень полезен.
Кондрат встал и подошел ближе. В голове мелькал сто и один способ с чего же начать. Избить Гавена до полусмерти или же выколоть глаза. Может, сломать ногу или стереть грязь со стены его лицом. Кондрат поймал себя на мысли, что давненько никого не пытал. Крики жертв были для него приятней сладостных стонов Оливии. Возможно, Гавен оказался прав, и судьба действительно знала, кого сводить.
― Вижу тот же блеск в глазах. Разбойник ты или король ― неважно, если душа твоя по-прежнему черная.
― В книге вычитал?
― Тебе тоже хоть раз стоит заглядывать под обложку.
― Это больше подходит Оливии. Вот если бы там раскрывались секреты, как дольше удерживать жизнь в истерзанной оболочке жертвы, с удовольствием бы заглянул. К сожалению, не натыкался на такую. Все лучшее приходит с опытом. Ты так не считаешь?
Гавен понял к чему все идет, но сдаваться не собирался. Безумия в его глазах только усиливалось с каждым движением Кондрата.
― Ты не убьешь меня! ― воскликнул умник.
― Почему же?
― Я знаю о трех мечах. Да-да-да. Мне известна тайна богини. Ворон, цветок и лев не так просты, как кажутся.
― Рассказывай.
― Э-э-э, нет. Только с одним условием...
― Давай так. Я оставлю тебя в живых, хоть ты и сам будешь молить о смерти. Такое тебя устроит? ― спросил Кондрат, схватив его за грудки.
― Разве это переговоры? Тебе необходимо научиться правильно вести политику. Такие предложения просто не воспримут всерьез.
― А если так?
Кондрат схватил его за шею и прижал сильнее к стене. Гавен жадно глотал ртом воздух, пытаясь выбраться, но все его удары казались беспомощными шлепками. Он никогда не был воином, и очередной раз это доказал.
― Тебе разве не интересно, как можно загнать кандоморов обратно, если они вырвутся на поверхность? ― прохрипел Гавен.
― Знаю. Не открывать печати.
― Ключ к ним только ты.
― А как же мечи?
Гавен задыхался, и Кондрату пришлось его отпустить. Кашель разнесся по подземелью и наполнил его звонким эхом.
― Рассказывай.
― Обещаешь меня не убивать?
Кондрат изогнул бровь.
― Что значит для тебя слово разбойника?
― Короля.
― Ты разве не мечтал занять мое место?
― Это оказалось сложнее, чем я думал, но все-таки лучше так, чем выскочка Кейт.
С этим Кондрат не мог не согласиться. Доверять Гавену ― все равно, что лично вручить палачу топор. И все-таки он мог помочь выбраться. Две головы намного лучше одной. Тем более что умник действительно был нужен Лилит.
― Хорошо. Я не трону тебя. Рассказывай о мечах.
― Они ключи к тюрьмам кандоморов, но направлены не открывать замок, а закрывать.
― Хочешь сказать...
― Лилит и без них выпустит армию тварей, когда луна поглотит солнце. И если не успеть закрыть печати до того, как яркий серп озарит небо, то тьма воцариться на земле, и Священное древо больше не удержит взаперти могучего предводителя кандоморов.
― А вот и информация достойная моей молодости, ― прошептала Чандра, скрываясь в тени.