Страница 38 из 132
― Что вы узнали? ― спросил Кондрат у разведчиков.
Двое мужчин потупили взгляд, не решаясь смотреть на короля. Оливия стояла у него за спиной. Полы шатра вздымались от сильных порывов ветра. Рыцари прятались среди деревьев, но девушка не сомневалась, что Вольдемар знал о них и был готов. Лица разведчиков только укрепляли ее мысли, но в них было что-то еще. Неподдельный ужас. Рыцари искренне боялись того, что увидели. Она еще издалека заметила черные воронки, кружившие над городом, но, чтобы они оказались над трупами... Этого Оливия даже представить не могла.
Хотя почему нет? В стиле суккубов.
Разведчики закончили свой рассказ.
― Как нам справиться с теми, кто не боится смерти? ― спросил Кондрат, потирая переносицу.
Он всеми силами пытался не думать о загубленных жизнях. Снова Гластногейт в огне и на этот раз ему слабо верилось, что город будет в силах восстать из пепла. Врата загробного мира пали, но это не помешало аду подняться на поверхность и отравлять только поднявшихся с колен людей. Гластонгейт будто стал источником заразы, которая собиралась разрушить всю страну. Кондрат занял трон и прервал род Билатлейнов. Елене пришлось уехать из дворца по его приказу, но Астерия так и не стала процветать. Вместо этого началась кровопролитная война. Жестокая и беспощадная. Видимо боги хорошо посмеялись над его попытками поднять величественную страну с колен. Кондрат не был к этому готов.
― У тебя есть хоть парочка идей, как победить целую армию? ― спросил он у Оливии. ― Твои големы еще не успели дойти даже до столицы. Они чертовски медлительны.
― И нам не нужны.
Оливия прошла мимо разведчиков к выходу из шатра и остановилась на пороге. Ветер поднимался все сильнее, будто так и норовил выдрать деревья с корнями. Рыцари натачивали свои мечи, прикрывая лица руками, пока ветер пытался разорвать знамена со львом на части. Зверь больше не издевался над плотью. Он казался мирным, но все-таки львом. Кондрат так и не поменял герб семьи Билатлейнов.
А стоило. Хотя бы для того, чтобы не повторить их судьбу.
Рыжие брови нахмурились.
― Не думаю, что механизмы и твои бутылочки смогут сделать большой перевес. Мои люди не трусы, но я вижу, как они не желают ускорять свою встречу с создателем.
Оливия не шелохнулась. Взгляды дозорных метались от девушки к Кондрату и обратно словно испуганные кролики. Они боялись нарушить тишину, которая становилась страшнее чем погода снаружи. Кондрат тянул сколько мог. Его терпение лопнуло, но слова так и не успели слететь с губ.
― Твоя Чандра гораздо полезнее, чем големы. ― Оливия специально уточнила на имени, не желая говорить «мама». ― Она может всех заморозить.
― Ее сил не хватит для целой армии. И я не уверен, что кровожадным демонам страшен лед.
― С моим зельем у Чандры будет достаточно сил, чтобы обезвредить ведьм и рыцарей.
— Это не навредит матери?
― Ты же меня знаешь.
Кондрат недоверчиво посмотрел на девушку.
― Ну хорошо. Уснет на пару суток. Может больше, но ведь это мелочи, когда на кону будущее страны.
― Ты сейчас говоришь о моей маме.
Кондрат был не приклонен. Дозорные нервно сглотнули.
― Ты ― король, а не ведьмин сын!
― А ты не королева, чтобы разговаривать со мной неподобающим тоном!
Дозорные ощутили, как накалился воздух. Еще минута и вспышка молнии осветит шатер изнутри. Мужчины хотели незаметно скрыться. Им бы удалось, если бы Оливия не загораживала проход. Ветер хлестал девушку в спину, отчего волосы стали похожи на разбушевавшийся костер. Тот самый, что разгорелся у нее в душе, и уже не в силах был так просто погаснуть.
― Все, Кондрат! Всему есть предел. Я не намерена терпеть к себе такое отношение. Пусть мамочка следующий раз спасает твою задницу! Я умываю руки! Ты мне не король.
Оливия развернулась на одной ноге и собиралась выйти, но железная хватка намертво приковала ее к мужчине.
― Выйдите! Вы оба! ― крикнул Кондрат дозорным.
Они не стали возражать и быстро выполнили приказ. Оливия осталась наедине с королем. Ветер все норовил перевернуть шатер с ног на голову. Ни один мускул не дрогнул на лице девушки, когда Кондрат притянул ее к себе.
— Значит, я не король?
Он тонул в болоте, обрамленном изумрудами. Оливия сводила его с ума одним только взглядом. Этого Кондрат никогда не отрицал.
― Если я тебе нужна, ты сделаешь меня своей королевой. Только тогда мы сможем поговорить.
― Другого пути нет?
― А ты как думаешь?
― Сейчас я думаю только о том, как стянуть с тебя это красное платье, которое совершенно не подходит твоим глазам.
― Раньше ты считал его обворожительным.
― Не тогда, когда враг подпирает задницу, а твой взгляд так и норовит меня убить.
― Скажи спасибо своей маме.
― Опять ты за нее.