Страница 111 из 132
― «Ветер — это плохо. Только безумцы следуют за ним».
― Ты еще и болтать умеешь? Удивлен, ― произнес наемник и вдавил глубже клинок, на который наткнулся монстр.
Тем временем у Миори округлились глаза. Она понимала язык из преисподней. Руки девушки дрожали. Стены сжимались, и воздух стал еще более тошнотворным.
Неужели я такая же как они?
― Миори, беги! ― послышался вновь приказ Хакима, когда монстр бросил его под ноги девушке.
― Ты ведь меня понимаешь, не так ли? ― спросил он на своем языке. ― Тьма скоро придет. Тем, кто коснулся жертвенного камня, уготована своя участь. Аннон не забывает своих детей.
― Ты убивать нас пришел или заговорить до смерти?!
Хаким не стал ждать очередного удара со стороны кандомора. Наемник схватил меч, который лежал у ног Миори, и снес монстру голову. Девушка вздрогнула. Никто из них не ожидал, что лезвие «ключа» способно на такое. Голова покатилась прямо в реку дерьма, когда тело с грохотом обрушилось на камни. Черная кровь затекала в каждую щель и медленно приближалась к Хакиму. Он отошел в сторону, радуясь маленькой победе.
― Если присмотреться поближе, они не такие уж и страшные.
Миори не могла с ним согласиться. Слова кандомора до сих пор отравляли сознание, и руки опускались под тяжестью лука. Стрел в колчане осталось не так много.
― Стоит вернуть твой запас. Ты меня хоть слышишь?
Хаким изогнул бровь, искоса посмотрев на Миори. Девушка кивнула, хоть и не была уверена в том, что вообще способна слышать в этот момент. Плечи дрожали, когда наемник закинул стрелы за ее спину. Веселье прекратилось. Можно было подумать, что виной всему испуг. Хаким винил именно его, когда Миори больше не противилась, и сама перешла ненавистную реку. Молчание затянулось. Они шли по карте Рейхтага, и каждый думал о своем. Наемник о том, что девушка не побоялась остаться. Она же ― о том, что сказал кандомор. Зеленая вспышка заставила все мысли разлететься по углам и вспомнить ради чего была вся глупая затея.
― А вот и печать, ― прошептал Хаким.
― Осталось только понять, когда затмение.
― Думаю, в тот момент, когда Астерия полетит ко всем, мать его, чертям. Отличное для этого время.