Страница 100 из 132
Две больших «птицы» парили в сиянии звезд. Их крылья бросали тень на тишину леса. Каждый взмах сопровождался скрипом железных прутьев. Дрого и Шу Ликин облетели бурю, но она настигала их вновь. Черные тучи закручивались, будто щупальца большого осьминога. Яркие вспышки молнии освещали дождевые капли, которые держались стеной и заставляли деревья гнуться вниз. Дрого бросил беглый взгляд назад и снова перевел его на наемницу. Ее изуродованное лицо казалось прекраснее сияния звезд, переходящих в линию горизонта. Их свет был таким умиротворенным, что капитан не сдержал улыбку. Шу Ликин дарила надежду, что смерть от кандоморов окажется тропой, усыпанной лепестками лотоса. Наемница будет рядом в его последний час. Это все о чем можно было желать. Дрого не верил, что у них получится вернуть меч и вовремя закрыть печать, но Шу Ликин... Ее веры в успех хватало на их обоих. Впрочем, как и всегда. Дрого к этому привык.
Как капитан, он не мог себе позволить рисковать жизнями, если победа не окажется у него в железной руковице. Хоть с его способностями это было каждый раз, когда Дрого решал напасть. Шу Ликин всегда сопровождала своего капитана на поле битвы, но только сейчас он не хотел ее с собой брать.
Их путь лежал к башне Заблудших душ. Дрого посмотрел на часы. Им требовалось оказаться возле печати, когда луна затмит солнце. Стрелка должна была остановиться в нужное время, чтобы точно использовать ключи. Не раньше. Не позже. Миссия была провалена изначально. Никто не в силах находиться в трех местах одновременно. Способности Дрого здесь не помогут. Не было необходимости повторять об этом Шу Ликин.
― Может, двинемся дальше?
― И перелетим море? ― наемница оторвалась от звездного неба и вскинула бровь. ― Ничего не выйдет.
― Зато смерть будет приятней, чем наблюдать, как части наших тел разлетаются по разным сторонам.
― Так закроешь глаза. Все равно нам не выжить. Где же твое хваленое самолюбие?
― У тебя под каблуком.
Смех наемницы послышался журчанием ручья с вкусной и свежей водой, к которому хотелось прильнуть губами.
― Никогда не думала, что услышу это от грозы Мондрада, подрастающего Дракона и кошмара всех, кто станет на пути короля.
Дрого сжал губы в одну линию. Его клятва оказалась пустым звуком. Верный пес Вольдемара оставил хозяина в самый опасный момент за всю историю их совместной жизни. В груди ныло слабое чувство...
Предатель. И не поспоришь. За такое ведут на плаху. Хотя то, что предстоит испытать гораздо хуже, чем наточенное лезвие топора и легкая рука ката.
Солнечные лучи пробивались на горизонте яркой кромкой. Будто приоткрыли крышку ящика с драгоценностями и посветили факелом. Зарево становилось ярче.
― Не похоже на восход.
Шу Ликин присмотрелась.
― Ох, боги!
Дрого молчал. Он смог разглядеть вспышки и догадался, что стало источником света. Часы не ошибались. До утра еще было два с лишним часа. Буря немного отстала, и можно было осмотреться. Увиденное, оставило на лице капитана мрачную решимость.
― Это все меняет, ― поддержала его Шу Ликин.
До башни еще оставалось целое выжженное поле. Глиняные статуи казались не такими уж и безжизненными.
— Это големы! ― сорвались с языка мысли наемницы.
― Но почему они защищают извне?
Големы стояли спиной к лесу и ловили каждого кандомора, пролетающего между ними. Монстры набрасывались на них словно саранча на подготовленного человека, но даже это не могло сделать зрелище более приятным. Стратегия оказалась слабовата. Вернее, ее вообще не могло быть у глиняных человечков, которые кричали только одно слово: ― «Убить». Гул стоял до самого неба. Некоторые кандоморы пытались проскочить, будто щенки между лап разродившейся сучки, но големы ловко ловили их в кулак. Не совсем за загривок, но более действенно в таком случае. Оставался только один вопрос: ― «Где же люди?». На него ответила Шу Ликин.
― В лесу какое-то движение.
― Сам вижу. Спускаемся.
― Думаешь, стоит?
― Надо было спрашивать, когда нам предложили взять меч и отправиться к башне Заблудших душ.
― Одно дело умереть с честью героя, а другое ― по глупости.
― Как там говорил твой народ? «Прямая нога не боится кривого ботинка»?
― Мило, что ты запомнил, хоть что-то из моих речей. Только если этот ботинок ― не гроб. А у меня даже нет монеты, чтобы заплатить за пропуск в мир мертвых.
Тем не менее, Шу Ликин начала снижаться, заставив Дрого последовать ее примеру. Они пролетели над еще целой кромкой леса. Деревья стояли рядами, будто армейский строй. Свист рассек воздух. Наемница рефлекторно вжала шею в плечи и кольнула лучника острым взглядом. Мужчина затерялся среди ветвей.
― Не стреляйте! Свои! ― послышался знакомый голос.
Дрого приземлился первым. Наемница не заставила себя долго ждать. Бернон встретил их усталой улыбкой.
― Я получил известие от Рейхтага. Хочу сказать, вы сумасшедшие.
― И без тебя знаем, ― ответил капитан.