Страница 32 из 91
– Спокойно, сержант, – утешал он. – Мы, знаешь ли, могли сделать это и по-хорошему.
– С другой стороны, – указал Йорик. – Мы могли бы также обращаться и посуровей. Я не приложил всех своих сил, майор.
Род отрезал еще кусок веревки от мотка на полке.
– Как думаешь, Чолли держит здесь клейкую ленту?
– Для чего? – пожал плечами Йорик. – Это же, знаете ли, вообще-то не его профиль.
– Да ты в чем-то прав, – Род протянул руку к голени Талера. Сержант резко пнул его, но теперь Род ожидал этого. Отпрыгнув в сторону, он схватил голень, когда та просвистела мимо, и согнул ее, прижимая к ягодицам Талера. – Да полно, полно! Неужели ты действительно считаешь меня таким невинным младенцем? Потяни-ка немного за ту веревку, ладно, Йорик?
Неандерталец дернул Талера за запястья, заламывая их к лопаткам.
Сержант застонал, и ноги у него расслабились. Род прикрутил их веревкой друг к другу, а затем протянул конец от голеней к запястьям, стянув так, что ноги у Талера согнулись.
– А теперь завяжем те модные новые узелки, которые я навострился затягивать!
– Перемены! Новации! Обязательно надо гнаться за новизной, пробурчал Йорик. – Вы, сапиенсы, все одинаковые! Спасибо, я лично держусь старых, добрых, испытанных и верных.
Род глянул украдкой на его работу.
– Если ты так себе представляешь старый узел...
– Я имел в виду действительно старый. Вы, сапиенсы, вообще так и не узнали про них!.. Вот! Упакован в лучшем виде. Перевернись, красавчик! он перекинул Талера на спину. – Мы не надеемся, что ты не закричишь, – он ущипнул Талера там, где его тело было всего доступней. Сержант открыл рот, готовый заблеять от чистого удивлений, и Род запихал туда носовой платок.
Йорик схватил Талера за голову и держал ее в неподвижности, пока Род завязывал ему рот другим Носовым платком, затянув на затылке рифовый узел.
– Сожалею что у тебя будет так сухо во рту, особенно при все этом пиве как раз у тебя над головой. Но не беспокойся, тебя обязательно кто-нибудь найдет, сразу после завтрака.
Йорик просунул руки Талеру под плечи и кивнул Роду, схватившему Талера за колени. Они вместе подняли его и отнесли сержанта под лестницу, где было очень уютно и темно.
В голове у Рода прозвучали отдававшие разочарованием мысли Гвен:
'Ужель вы и впрямь должны были быть столь суровыми?'
'Боюсь, что да, дорогая, – подумал в ответ Род. – Разве ты не видела, что творилось с его душой когда ты разбудила его?'
Гвен на мгновение умолкла. Затем:
'Да, в самом деле. Ощущение беспомощности, полнейшей беззащитности'.
Род кивнул:
– Психологически с этим он может управиться намного лучше, чем с твоим ментальным нокаутом без всяких видимых средств. Это он способен понять, такое для него дело обычное. С ним он способен справиться, – он пожал плечами. – Но нам требовалось проделать все убедительно.
– Коль ты так говоришь, – вздохнула Гвен, – тогда мне рассказать тебе какие у него возникали мысли?
– Вот это мне хотелось бы услышать, – Род прогулялся к ней, поманив за собой Йорика, и уселся, оставив между ними и Талером весь подвал.
Неандерталец расположился рядом с ним, и Род выдохнул:
– Вслух, но тихо, так чтоб этот здоровенный малый слышал, а его жертва – нет.
– Что значит, моя жертва? – фыркнул Йорик.
– Я, в некотором роде, уловил суть, пока мы допрашивали, – продолжал Род, – но не вник в подробности.
– О, так вот что вы делали! – усмехнулся Йорик. – То-то я гадал, почему вы так легко сдались.
Гвен лишь уставилась на него во все глаза.
– Я не шутил, дорогая, – тихо подтвердил Род. – Мы и впрямь обращались с ним мягко.
– Относительно, – согласился Йорик. – Но, впрочем, все ведь относительно, не так ли? По словам антропологов, я даже отношусь к числу ваших родственников.
– Дальних, – быстро уточнил Род, – отделенных несколькими степенями родства, но недостаточно далеких.
– А, вы просто любите выводить происхождение по прямой линии, проворчал Йорик.
– Разумеется, – пожал плечами Род. – Ведь это же моя родословная. У нас есть общий предок, но ваша ветвь свернула на тупиковый путь и отсохла.
– Если можно назвать сто тысяч лет 'отсыханием', – фыркнул Йорик. – А что касается тупиковости, ну, по крайней мере, мы оставили Землю в приличном виде, когда сошли со сцены.
– Господа! – Гвен подняла руки, закрыв обоим рты ладонями. – Не соблаговолите ли выслушать, что делал вчера утром за Стеной наш сержант?
– Да, это было бы неплохо, – Род снова повернулся к ней, весь внимание. – Он ведь и не приближался к Месту Встречи Солнца, не так ли?
– Даже на лигу, – подтвердила Гвен, – даже на дюжину лиг, при всем при этом.
Йорик нахмурился:
– Избавьте меня от напряжения. Что же он все-таки делал за Стеной?
– Выполнял роль гонца, – объяснила Гвен. – Губернатор-генерал отправил его с известием к племени Шартрезных, – она повернулась к Роду. Странное название для цвета.
– Территория, не нанесенная на карту, – согласился Род. – Так что же он сообщил вождю?
– Да, – нахмурился Йорик. – Зачем ему, черт возьми, понадобилось выходить среди ночи?
– Оттого, – объяснила Гвен, – что племя Шартрезных одолжило большую сумму из генеральского 'банка', так он назвал его?
– Это сбережения, – объяснил Род. – Представь себе сваленные в банку угли, для сбережения на протяжении ночи, дорогая.
– Странное то слово, и еще более странна сия мысль, – нахмурясь, повернулась к нему Гвен. – Почему эти люди сами не хранят свои деньги?
Отчего они должны отдавать их другим хранить вместо них?
– Слишком большие возможности для воров, – объяснил Род. – А таким образом, вместо того чтобы всегда беспокоиться из-за грабителей, им приходится беспокоиться только из-за банкира, а где он, они всегда знают.
– Почти всегда, – сделал оговорку Йорик.
– Ну, верно, – признал Род. – Во всяком случае, так намного действенней.
– Раз ты так говоришь, – вздохнула Гвен. – Хотя мне думается, что твою гравитацию я пойму скорее, чем банки.
– А ты только представь себе, что чувствуют вольмаки. Так, значит племя Шартрезных сильно задолжало Банку Вольмара, да?