Возвращение короля Коболда

Род уставился на него и, помедлив, сказал:

– Да. Просто это займет некоторое время. Пересеченная местность, а фургоны – сам знаешь.

Лицо сержанта разгладилось,

– Да, милорд.

Когда Род повернулся уйти, то услышал, как один солдат сказал:

– Наверняка ничего не сделает. Ратник рядом с ним пожал плечами.

– Король есть король. Что он знает о простых ратниках? Какое ему дело, если мы убиты или оцепенели?

– Для короля Туана – немаловажное, – возмущенно возразил другой. – Разве ты не помнишь, что он был королем нищих, до того как стал королем Грамария?

– И все же... он сын лорда...

Но другой, казалось, сомневался в собственном предубеждении.

– Как может лорда волновать судьба простых ратников!

– Ты ведь наверняка не поверишь, что он станет терять понапрасну своих солдат?

– А почему б мне не поверить?

– Хотя бы потому, что он превосходнейший полководец! – раздраженно воскликнул первый, – Он не станет посылать нас на смерть за здорово живешь; он слишком хороший солдат! Как он выиграет битву, если армия его будет слишком мала?

Его приятель явно призадумался.

– Он будет тратить нас столь же бережно, как любой купец расходует свое золото.

Первый солдат привалился спиной к бугру.

– Нет, он не пошлет нас на врага, если не сочтет, что большинство из нас вернется живым и с победой. Другой солдат улыбнулся.

– Возможно, ты и прав – что такое полководец без армии?

Род не стал дожидаться ответа и побрел дальше, изумляясь ратникам Туана. Они не особенно тревожились из-за Дурного Глаза. Из-за обеда – да; из-за того, не пошлют ли их против превосходящих сил зверолюдей, – да; но из-за магии? Нет. Ни к чему, если Туан подождет, пока у него не будет надлежащих колдовских чар.

– Поставь сюда среднего землянина, – пробормотал он себе под нос, – выставь его против и вправду действующего Дурного Глаза, и он побежит так быстро, что только пятки сверкать будут. Но эти парни относятся к нему так, что можно подумать, будто речь идет всего лишь о новой разновидности арбалета.

– Для них он немногим больше, – прошептал у него за ухом голос Векса, стоящего на вершине утеса и следящего, как Род прогуливается по лагерю. – Они выросли, постоянно имея дело с магией, Род, – так же как их отцы, деды и более далекие предки – двадцать пять поколений. Необыкновенные явления их не пугают – пугает только возможность, что вражеская магия может оказаться более сильной.

– Верно, – кивнул, поджав губы, Род. Подняв взгляд, он увидел, как брат Чайлд бинтует голову солдату постарше. Ратник морщился; но сносил боль философски. Род заметил у него несколько других шрамов; этот солдат несомненно привык к данному процессу. Род подошел к монаху.

– Вы по всему полю стараетесь, любезный брат. Брат Чайлд улыбнулся ему не столь сияюще, как раньше.

– Делаю, что могу, лорд Чародей.

– И для ратников это настоящее благо, но вы же всего/лишь человек, брат. Вам и самому нужно отдохнуть.

Монах с досадой пожал плечами.

– Эти бедные души намного больше нуждаются в моей помощи, милорд. Для отдыха времени хватит, когда раненые будут отдыхать, по возможности, легко. – Он вздохнул и выпрямился, глядя на забинтованную голову. – Я облегчил кончину не имевшим никакой надежды, сделав то малое, что в моих силах. Настало время подумать о живых. – Он поднял взгляд на Рода. – И сделать все, что можем, дабы они остались в живых.

– Да, – медленно проговорил Род, – мы с королем думали о том же.

– В самом деле! – заметно вскинулся брат Чайлд. – Уверен, вы всегда это делаете, и все же какого рода помощь приходит вам на ум?

Идея кристаллизовалась.

– Ведьмы – побольше бы их. На этот раз мы сумели уговорить присоединиться к нам одну из ведьм постарше.

– Да, – брат Чайлд поднял взгляд на вершину холма. – И я видел, как она и ваша жена в одиночку сдерживали Дурной Глаз зверолюдей, пока отступа т паша солдаты. Я записал это в свою книгу, когда битва бушевала.

Род в этом не сомневался – фактически, именно поэтому он и заговорил с монахом. Тот казался единственным доступным средневековым эквивалентом репортера, поскольку никаких менестрелей под рукой не было.

Брат Чайлд снова повернулся к Роду.

– Ваша жена, должно быть, чрезвычайно могущественна.

Род кивнул.

– Получается интересный брак.

Позабавленный брат Чайлд улыбнулся, а старый солдат негромко рассмеялся. Затем монах поднял бровь,

– И та почтенная ведьма, что сопровождала ее – она тоже должна обладать необыкновенным могуществом.

– Да, – медленно ответил Род. – Ее зовут Гневной Гатти.

Старый солдат вскинул голову и уставился на Рода; а двое-трое других солдат поблизости тоже подняли головы, а затем обменялись быстрыми взглядами. На их лица набежала тень страха.

– Она решила, что помогать людям веселей, чем вредить им, – объяснил Род. – Фактически, она решила остаться с нами.

Все солдаты в зоне слышимости заулыбались.

– Чудесно! – Брат Чайлд так и светился. – И вы ищете других таких древних? Род кивнул.

– Будем надеяться, найдем еще нескольких. Каждая ведьма на счету, брат.

– Безусловно! Помоги Бог вашим усилиям! – воскликнул монах. И когда Род отвернулся, брат Чайлд принялся бинтовать еще одного раненого солдата, тараторя:

– Слышите? Верховный Чародей старается привести древних кудесников и горных ведьм помочь нашему тяжкому положению!

Род улыбнулся про себя; именно этого эффекта он и добивался! К вечеру каждый солдат в армии узнает, что они будут бороться с пожаром при помощи горячего энтузиазма – и что ведьмы отправились за подкреплениями.

Он остановился, пораженный новой мыслью. Повернувшись, он оглянулся на пройденный склон.

Туан выделялся силуэтом на фоне грозовых туч, уперев руки в бока и разглядывая следы побоища внизу.

Не следует врать своей армии. Это приведет лишь к катастрофическому падению боевого духа – и через некоторое время солдаты откажутся драться, потому что не смогут быть уверены в том, что ты не бросаешься намеренно их жизнями.

Род снова стал подниматься на холм. Он пообещал рядовым увеличить ведовскую мощь; ему лучше убедить Туана.