Обреченные

Не знаю, может от того, что была плаксой. Но мне стало так обидно за Лукаса. Представив его малышом, которого бросила мама, мне захотелось выть от тоски. Дрожащими руками я достала телефон.

— Чертенок.

От звука этого голоса все мое тело, до этого находившееся в болезненном напряжении, моментально расслабилось.

Мне нужен Картер. Он так мне нужен сейчас.

— Ты мне нужен, — тихо озвучила свои мысли.

— С тобой все в порядке? — Его голос был взволнованным.

— Нет, — мой собственный голос дрожал, и я не могла притворяться, что не плачу.

— Кейли…

— Я не вру. Ты мне нужен. Они мне лгали, прикидывались, что ничего не было. А мама, она бросила его. Лукаса. Он ведь был такой крохой.

Я снова всхлипнула.

— Чертенок. Не плачь. Боже мой, я так далеко.

— Да ты далеко. Ты не был со мной. Ты убежал от меня. Я еду к тебе в лофт.

На линии повисла тишина.

— Картер?

— Оставайся там. Я прилечу первым же рейсом. Никуда не уходи.

И он отключился.

***

Мы переписывались с Лукасом, и я ничего не сказала о том, что Картер обещал вернуться в Сан—Диего ближайшим рейсом. Он вернется ко мне.

Лукас волновался, но я убедила его, что со мной все в порядке, что мне нужно просто побыть одной. Я люблю его. Но он не делился эти годы со мной тем, что ему пришлось такое пережить.

Папа позвонил, когда я уже засыпала на кровати, постель которой пропахла Картером.

— Папа? — Я моментально ответила на его звонок.

— Прости, что разбудил, милая. Просто хотел убедиться, что ты в порядке.

— Я у Картера. Вы поговорили?

— Да. — Его голос был грустным. Он был разбит. — Мне так жаль. Твоя мама, она… Боже.

— Папочка.

— Побудь пока там, ладно?

— Конечно. Ты оставишь ее? — Одна мысль приводила меня в ужас.

— Она обманула меня, Кейли. Я пока ничего не могу решить.

— Я люблю тебя.

— И я тебя, детка. Позвоню тебе завтра.

Я убрала телефон и посмотрела на настенные часы. Почти два часа ночи.

***

Я проснулась от его запаха. Затем почувствовала прикосновение его рук.

Поймав руку, которая гладила меня по волосам, я прижалась губами к горячей ладони, не открывая глаз.

— Кейли.

— Как я рада, что ты здесь. — Я открыла глаза и посмотрела на него.

Лицо Картера выражало беспокойство. Черные глаза смотрели на меня, не отрываясь. Он попытался улыбнуться. И у него едва это вышло.

Я провела ладонью по его лицу. Легкая щетина покалывала кожу.

— Когда ты спал в последний раз?

Картер часто страдал бессонницей. Раньше я думала, что он не спит, потому что рисует. Но как оказалось, он много рисовал лишь потому, что чаще всего не мог спать.

— Не важно. Как ты?

— Теперь в порядке. — Я улыбнулась.

— Мне звонил Лукас и все рассказал, — со вздохом произнес Картер.

Я поднялась и села в кровати.

— Все это так погано. А мама. Она бросила маленького Лукаса, украла деньги. Раньше я думала, что она просто ушла и забрала его, что все это было мирно. Мне не было странно, что я живу в доме бывшего мужа мамы. Но сейчас. Сейчас мне плохо, меня от этого тошнит, тошнит от мамы. От ее лжи. Лукас должен был ненавидеть меня.

— Он не способен на это, — сказал Картер. — Лукас не рассказывал тебе всей правды, потому что не хотел вот этого. Не хотел, чтобы ты ненавидела мать.

Как же я об этом не подумала?

— Но он сам…

— Он простил ее. Да злится, да иногда срывается. Но не ненавидит.

— Ты знал, — я встала с кровати.

Картер пробежался глазами по моему телу. На мне была его черная футболка, которая доставала почти до колен.

— Конечно, я знал.

— Я была такой слепой. От чего вы меня защищали? Почему не рассказывали?

— Я тебе уже объяснил.

— Ну а ты. — Я заглянула в его глаза.

— Как я мог, чертенок. Как мог вмешиваться?

— Но ты часть моей семьи.

Он покачал головой и ничего не ответил.

— Однажды ты пошел против Лукаса, лишив меня девственности. Но не смог рассказать маленькую и грязную семейную тайну?

— Не говори так. Ты знаешь, зачем я так сделал! — вспылил Картер.

— Потому что я тебя об этом попросила.

— Потому что я всегда любил тебя! — Картер поднялся с кровати и возвысился надо мной. — Всегда. Ты была чертенком, Кейли. Маленьким светловолосым чертенком, который разбил мое сердце, назвав меня своим братом.

Мы смотрели друг на друга в лунном свете. Я только сейчас поняла, что все еще глубокая ночь. Или слишком рано для рассвета. Картер прилетел сразу же, как и обещал. Он всегда выполнял свои обещания. На нем была дорожная ветровка и джинсы. Темные волосы как всегда в беспорядке.