Обреченные

Не понимая, что происходит, я раскрыла двери, которые разъехались в разные стороны, и вошла внутрь. Мама и Лукас сразу же повернули головы в мою сторону. Лукас держался за щеку, а мама тряслась как осиновый лист.

— Что происходит?

Мама поправила блузку и выдавила улыбку.

— Ничего, милая. Лукас перебрал сегодня. Поезжайте домой.

Она предупреждающе посмотрела на Лукаса и вышла.

Мы остались одни. Мой брат молчал. Я оглядела комнату, в которой находилась. Это оказалась какая-то гримерная с кучей зеркал на стенах.

— Поедем домой? – Он посмотрел на меня, и видя мое лицо вздохнул. — Это наше с мамой дело. Я не хотел, чтобы ты слышала.

— Но я слышала.

— Тебя это не касается.

— Но касается тебя и мамы. Что между вами произошло? О чем я не знаю?

— Я расскажу тебе потом. — Лукас нахмурился еще больше.

— Нет, — упиралась я.

Лукас схватился за голову.

— Когда наша мама встретила твоего отца, она сбежала от моего.

— Я это знаю, — пробормотала я.

— Но она не забирала меня, Кейли. Она меня бросила и обманом прихватила кругленькую сумму. Это было в прошлом. Мой отец больше не злится.

— Почему ты мне не рассказал? — Мне даже не хотелось верить в то, что я только что услышала.

— Она запретила. Они вернулись, и все как-то встало на свои места.

— Но… — у меня не укладывалось в голове, я качала головой. — Но папа…

— Сомневаюсь, что он знает всю правду. Так же, как и ты. Даже если бы и знал, какая разница? Ему было восемнадцать, он влюбился в замужнюю женщину. Это ничего не изменит, Кейли. Все в прошлом. Едем домой, — устало повторил он.

Моя рука оказалась в руке брата, и пока он вел меня через здание, я переваривала все, что только что узнала. Моя мама бросила моего брата. Она подло поступила с Джеком. Она … Как он мог простить ей это? И принимать в своем доме меня? Я ничего не понимаю. Что эти люди творят? Как они так могут жить?

Мы вышли через черный ход, и на улице я вырвала руку.

— Я никуда не поеду, пока не поговорю с папой.

— Я не должен был тебе этого говорить сегодня. Проклятье! — Лукас пнул колесо своей машины. — Поговори с ним завтра. Хорошо?

Он снова меня потянул к себе, но я оттолкнула его.

— Вы врали мне всю жизнь. Притворялись, что все просто идеально. Сейчас ты разом выплескиваешь на меня все наше семейное дерьмо и ждешь, что я спокойно отреагирую?

— Я понимаю, Кейли. Пойми, я не хотел, чтобы ты знала и мама тоже. Я простил ее ради тебя. Она любит нас.

— Ради меня?! Не нужно ничего делать ради меня. Тебе больно и обидно, что она так поступила. Почему ты не ненавидишь меня?

— Ты рехнулась? — На лице Лукаса отразился ужас. — Ты тут не причем!

Я сбита с толку, мне нужен воздух. Я глубоко вздохнула и поежилась от ночного холода.

— Я поеду с родителями, Лукас.

Он неохотно кивнул и прижал меня к себе.

— Чтобы ни случилось в прошлом, я счастлив, что у меня есть ты.

— Я знаю. — Я уткнулась в его грудь. — Люблю тебя.

Он поцеловал меня и сел в свою машину. Я еще провожала его взглядом, пока позади не раздались голоса.

— Вот же она.

Папа вышел за руку с мамой. Мама была напугана и смотрела на меня, словно изучая. Она сразу же поняла, что Лукас все мне рассказал. Она поджала губы и опустила глаза.

— Милая, все было не так, как… - прошептала она мне, пока папа отошел к охране.

— Он не знает? — спросила я, глядя на папу.

Мама проследила за моим взглядом.

— Нет, Кейли. Он и не должен.

Я покачала головой и села в подъехавшую к нам машину.

По дороге до Ла Хойя, папа что-то рассказывал, но мы с мамой не слышали. Она виновато смотрела на меня. Мне захотелось накричать на нее: «Ты должна смотреть так не на меня, а на Лукаса!»

Выходит, что все деньги, что у нее были, оказались краденными. Джек бы дал ей их сам, Но Лукас сказал, что она получила их обманом. И о какой сумме еще может идти речь?

— Что-то вы молчаливые сегодня, мои девочки.

Папа вышел из машины, когда мы въехали в ворота у нашего дома, и подал маме руку. Я зашла внутрь и поняла, что не хочу здесь находиться. В кармане моих шорт звякнули ключи от лофта Картера. Они всегда были со мной. Болтались на брелке телефона. Мама следила за каждым моим движением.

— Папа поговори с мамой. Я поеду к Лукасу.

— Кейли, — умоляюще прошептала мама.

— Что происходит? — Папа посмотрел на нас.

— Папочка, поговорите с мамой. Я скажу водителю, чтобы отвез меня. Хорошо?

— Хорошо поезжай, — ответил он. — Но я не понимаю.

Мама тихо заплакала, а я вышла из дома. Пусть разбираются сами. Мама не должна всю жизнь скрывать от него, как обманула когда-то. Нам просто нужно как-то это пережить.

Я назвала адрес папиному водителю и нажала на кнопку. Тонированное стекло опустилось между водителем и мной.