Обреченные

— Тебе уже давно пора выставлять свои работы. — Голос Хендрика раздался эхом в пустом зале.

Я, не отрываясь от ноутбука, улыбнулся, но промолчал.

— Напоить тебя что ли, — пробурчал Хендрик, — чтобы хотя бы отвечал.

— Пьяным я тебе еще больше не понравлюсь, — подал я голос.

В памяти сразу всплыл фестиваль комиксов лет пять назад, когда мы с Лукасом впервые напились. И это был единственный раз, когда я был пьян по-настоящему. Имею в виду, алкоголем.

— Ты мне нравишься, — продолжал Хендрик. — И я хочу, чтобы здесь висели и твои работы.

Я повернулся в офисном кресле.

Хендрик Бойд смотрел на меня, и в его глазах плясали искры. На тридцать шесть лет он не выглядел, так как в прошлом у этого талантливого человека были серьезные проблемы с наркотиками. Что было с ним в прошлом, меня ни коем образом не касалось. Хендрик один из немногих талантливых арт-агентов в Южной Калифорнии. Мне повезло получить работу у него. Но я знал, что моя фамилия сыграла в этом большую роль. Да и Хендрик не скрывал этого.

— Послушай, я знаю, о чем ты думаешь. — Он развязал галстук и откинул его на кресло. — Но мы можем анонимно выставлять твои картины. Я постоянно работаю с анонимами. Людей это привлекает.

Я знал всех этих анонимов, которые работали с Хендриком. Кто-то боялся публики, кто-то критики. Ни под одну категорию я не попадал.

— Мне еще нужно время.

— Чего тянуть? Через год ты уже окончишь колледж.

— Именно. Я не тяну. Я много работаю.

— Я никому сам не предлагал еще, — почти обиженно сдался Хендрик. — Но мое предложение в силе.

Я кивнул ему, ясно дав понять, что ценю это.

Хендрик ответил на телефонный звонок и снова обратился ко мне:

— Хотя… на твоем бы месте, я бы тоже отказался. У тебя есть наследство. Наверняка, ты планируешь открыть свою галерею.

Я вскинул брови.

— Ты действительно так думаешь?

С минуту он меня изучал.

— Нет, — скривился он. — Ты не такой. Ты богатый и талантливый ублюдок. Но по какой-то причине, не пользуешься двумя лучшими своими качествами. Так что, нет. Не думаю.

Я рассмеялся.

— Спасибо, Хендрик.

Он махнул рукой и направился в сторону выхода.

— Не забывай, что неделя у тебя свободная.

— До встречи.

Оставшись один, я захлопнул крышку ноутбука и опустил голову на руки. Я не спал почти двое суток. Бессонница скоро добьет меня. Каждый раз, когда я закрываю глаза, появляется образ. Он преследует меня и не дает расслабиться. Мне ничего не остается, как встать с постели и запечатлеть его на бумаге.

Порой я серьезно подумываю обратиться к психологу. Хотя бы ради таблеток, которые пропишет мне врач, и я смогу спать.

Бессонница преследует меня с детства. Но только сейчас о ней знает лишь Лукас. Отца я не хочу волновать. Я с этим справлюсь.

Мне нравится моя работа. В крупных галереях тоже нужны графические дизайнеры. А художников и без меня полно.

Конечно, для меня многое значит, что такой человек как Хендрик Бойд предложил мне работать с ним. Не знаю, на чем основывается мое несогласие, но уж точно не из-за учебы. Возможно, он прав, и за моим внешним равнодушием к родительскому наследству, кроется корысть. Голодным я не останусь. Но мне противно считать, что рисование для меня хобби. Я пока сам не знаю, чего хочу. Я знаю одно – сейчас я не готов.

Мне нужно спать.

Гуляя по безлюдной галереи, я разглядывал картины различных художников. У каждой свой стиль, своя «рука» и мысли. Если говорить о себе, я не знал каков мой стиль. Это еще раз говорит о том, что я не готов.

Я остановился у картины, изображающей девушку прошлого века. Длинные светлые волосы, белые руки, которые держат неизвестный мне цветок, тонкая талия, голубые глаза…

Кейли бы понравилось.

Кейли…

Я отвернулся от картины и взглянул на шумный квартал Газовых Фонарей, окружающий здание. Но никто не видел меня. Галерея была оборудована стеклом с односторонней видимостью так же, как и потолок, позволяющий в это самое время, наблюдать за тусклым появлением звезд. Днем солнце сильно пекло, но в таком месте как арт-галерея, такое освещение было идеальным.

Люди и звезды отвлекли меня от главной темы всего моего разума.

А резкий рингтон на телефоне заставил вздрогнуть.

— Да.

— Черт, Картер! Я жду тебя уже целый час. Ты где?

— Я не смотрю на время. Извини. Я уже еду домой.

— Я в лофте. Заказал пиццу. Игра скоро начнется. Еще Кейли где-то носит. Что б вас всех… Давай быстрее.

Лукас обладал такой нездоровой нетерпеливостью, что порой становилось жутко. Ему нужно все сразу, здесь и сейчас. Как и его сестре.

Она естественно будет с нами.

Ее присутствие мне невыносимо так же, как и отсутствие. Я схожу с ума со вчерашнего утра. Кроме недосыпа, ноющая боль в паху требует освобождения. Мой организм издевается над разумом. Кажется, я серьезно болен.