Страница 28 из 52
Когда, наконец, я вернула себе равновесие, а глаза приспособились к свету, взору явилась суетливая Дамна лин де Торн в окружении пыхтящих поварских колпачков. Высокая статная женщина в простом платье с закатанными рукавами подгоняла не слишком расторопных пушистых работников, которые оттирали изразцовую печь у дальней стены столовой, давно покрытую слоем вековой пыли. По назначению этот отопительный предмет интерьера на моей памяти не использовался никогда, но некоторую функцию он всё же нёс: печь отделяла большой студенческий зал от маленького, где обычно обедали магистры.
На тех зелёных плитках, которые уже познакомились с мыльной ветошью и усердием ушастых уборщиков, даже угадывались очертания морских гадов - черепах, ящеров, китов и зубастых рыб. Госпожа лин де Торн подняла с пола огромную каменную вазу с букетом свежих ирисов и примостила её на уже чистый угол. Начала увлечённо пятиться, чтобы оценить наведённую красоту, но ойкнула, когда наткнулась на недовольную Калькут.
Порывистым тяжёлым шагом Биатрисс Калькут скрылась за печью, а госпожа лин де Торн лишь жизнерадостно встряхнула локонами и продолжила наводить свои порядки.
Искрящийся солнечный свет, аромат цветов и летящие мыльные пузыри наполняли утро особой энергией. Сонные студенты улыбались, обменивались смешками и галдели, похрустывая ещё тёплыми лепёшками. Даже кухарка Элька Павс сегодня расстаралась: между тарелками с картофельными оладьями и хлебными корзинками стояли глиняные соусницы со сметаной и рубленной зеленью, горшочки с маслом и исходящие паром кувшины.
- Ты не против? - вместо приветствия спросила я, бойко усаживаясь напротив целителя.
- Проклятая Банфик, - плюхнулся на свободный стул Нед, и Мон подпрыгнул. - Мы единственный в истории академии второй курс боевых магов, которому поставили углублённый этикет. Десент - гребанная благородная дева!
- Магистр Десент! - строго поправила я и огрызнулась: - Он хоть не амурный хлюпик!
Я прикусила язык. В отличие от Комдора, я догадывалась, за что нам поставили в список предметов занятия Беллы Банфик. Джер вместе со мной наказал весь второй курс, обязав боевых магов изучать бесконечные па, вежливость великосветских диалогов, очерёдность званых ужинов. О необходимости всей этой показушности я могла бы спорить вечно, но решение было уже принято, и несчастные бойцы Ревда целый год были вынуждены страдать за мою полынью глупость. Вслух делиться своими рассуждениями я, конечно, не собиралась, поэтому молча жевала хрустящий картофельный оладушек.
Мы с Недом одновременно расхохотались. Очень громко. Очень-очень громко: так, чтобы все услышали. Настолько громко, что даже Элька Павс вышла из кухни и грозно уперла натруженные кулаки в боки. Но неожиданно смягчилась и охнула, увидев за обычно пустым столом Толстого Мона целую компанию. Даже потёрла передником уголки глаз. Я быстро отвлеклась от пустой впечатлительности поварихи, скосив взгляд на притихших Сирену, Оуренских и Лонима. Они недоумённо ковырялись в тарелках, почти не общаясь между собой.
- Монтгомери, - напомнил студент Лоза. - Но вы можете звать меня просто Мон, я привык. Или жирный. Я уже даже не обижаюсь.
- По рукам, жирный, - Нед выставил пятерню, но стушевался от моего пинка. - Что? Он же сам разрешил!
- Само собой, - повелительно кивнула я члену банды изгоев. - Если не боишься навлечь на себя гнев Квертинда.
- Он гневается на меня за то, что я дг’ужу с тобой, Юна, - как всегда, слишком серьёзно оценил моё высказывание Куиджи. - Но я не могу оставаться в стог’оне пг’и такой неспг’аведливости!
Заодно оценила реакцию обитателей академии: над нами уже не смеялись, а рассматривали с настороженным интересом. Теперь, когда я была не одна, мне это даже льстило. Банда изгоев увеличивала почтительность окружающих не меньше, чем Карнеум или знак соединения. Кстати, стоило продемонстрировать своего чёрного паука. Я откинулась на спинку стула, небрежно перекинула назад источающие фруктовый аромат косы. Такой запах они приобрели после ночного купания - вчера, уже в самом душе я выяснила, что едкая кровь икша совсем не смывается с волос обычным мыльным раствором. На помощь пришла Фиди: она намазала мою голову какой-то не менее скользкой, чем ядовитая слизь, но значительно более ароматной кашицей. Тяжёлые локоны после этой процедуры не просто очистились, а стали блестящими и послушными, отчего с утра почти сами свились в косы.
Тонким пальчиком она указывала на испачканные плитки, ожидая немедленного повиновения. Стайка рудвиков, ворча и покряхтывая, перемещалась вслед за строгой леди с явным неудовольствием. Не выдержав, Дамна самолично выхватила тряпку и с остервенением затёрла по одному из изразцов. Вдруг по столовой прокатился громкий гул, студенты зашептались, и даже госпожа лин де Торн застыла с ветошью в руках. Я сдвинула брови, пытаясь увидеть виновника перемены. Обычно такую реакцию не вызывал никто, кроме меня.
- Вы видели? - зашептал Нед, и я охотно подалась вперёд.
- Значит, в домики магистров скоро заселится новый ментор? - я поболтала остатки отвара в стакане.
- Ректор Аддисад, - вступил в беседу Монтгомери.
- Ректор Аддисад стала ментором Мотаны с разрешения её родителей, - прошептал Мон, низко наклонившись над столом. - Она в лекарских, лежит без сознания. Ночью принесли. Магистр Калькут говорит, она проведёт у нас не меньше недели. На шее у ректора такой же знак.
Кому-то с ментором в академии повезло ещё больше, чем мне. Мотана Лавбук - мейлори самой Надалии Аддисад! Но я ни капли не позавидовала самой прилежной ученице нашего курса. Даже наоборот, выдохнула и расслабилась. Уж Надалия Аддисад на сердце моего ментора не претендовала!
Толстый Мон приосанился и даже улыбнулся впервые за утро, явив заметную щербинку между зубов. Выглядел он так, словно только что раскрыл тайну мироздания, не меньше.
- Да, она поправится? - вторила я, вспомнив о том, что этот ритуал вообще-то опасен для жизни.
- У г’ектог’а Аддисад была кг’овавая склонность?! - ужаснулся Куиджи.
В доказательство своих слов активно закивала. И вспомнился собственный детерминант, к которому я уже успела приложиться утром. Одинокая красная молния почти терялась среди пышного букета зелёных. Третий порядок, подумать только! Пустышка Юна Горст утёрла нос всем крикунам! Захотелось немедленно продолжить наращивать свой магический потенциал, но по лёгкому головокружению и слабости я подозревала, что после вчерашнего заклинания моих сил вряд ли хватит даже на один подснежник.
- Твой план на ближайшую неделю - растить ягоды, - остудила я пыл своего сокурсника. - И постараться не влипать в неприятности.
- На весь Кг’оуниц! - воодушевился Куиджи.
- Наверное… - студент Лоза снова огляделся.
- Я не псих, - дёрнул плечом Куиджи. - И у меня для вас есть сюг’пг’из.
- Пока секг’ет, - студент Лампадарио спешно встал, заметив магистра своего факультета. - Встг’етимся пег’ед закатом у Цег’емониалього зала?
- Если вы не против, - едва слышно ответил Мон.