Страница 27 из 52
- Простите, - пискнул в ответ голос знакомой второкурсницы. - Inflammate Utvie. Eman miсhi'tum del Deveine.
- Сирена принесла, - Джер проследил за моим осознанным взглядом и потряс накидкой, откинул её на спинку потёртого кресла. - Как ты себя чувствуешь?
- Как будто накануне сразилась с полчищем грязекровок, - прохрипела я и поднялась на локтях, чтобы получше разглядеть комнату.
- Поздравляю с третьим порядком склонности Ревда, студентка Горст, - Джер хотел напоить меня, но я выхватила из его рук глиняный стакан. - Без него закрыть такой земной разрыв точно не вышло бы.
- Спасибо, - поблагодарила я одновременно за напиток и за поздравление. - Ты ведь сказал, что я справлюсь. Я не могла подвести своего магистра!
- А теперь расскажи мне, почему вы сразу не подожгли сигнальный шнур? - как-то укоризненно спросил ментор.
- Мы пытались, - вспомнила я, как икша медленно кружили вокруг краснющего Нивейда. - Но Малкер подвёл своего магистра, в отличие от меня. Этот бездарь не смог зажечь шнур, а про фонарь мы сразу не догадались.
- За лето икша стало гораздо больше, - он отошёл и отвернулся, сцепил руки в замок. - Мы будем обсуждать эту вылазку у Надалии, но, думаю, для второкурсников это было последнее выездное занятие. Они становятся слишком опасными. Вы чуть не погибли.
- Многие студенты почитают это за благо, а не за наказание, - Джер подошёл ближе. - Ты не просто справилась, Юна. Ты спасла жизни всей своей группе. Но в то же время ты просто сделала то, чего от тебя ждали.
- Фаренсис наверняка догадывался о способностях Малкера, - пробурчала я. - Он нарочно назначил его в мою группу, чтобы навредить мне. Хотел от меня избавиться!
- Я? - пискнула я севшим голосом и задрала голову, чтобы заглянуть в глаза Джера.
- Ты, - ментор криво улыбнулся и щёлкнул меня по носу, как маленького ребёнка. Но тут же посерьёзнел. - Магистр Калькут обещала прислать целительниц, - он отцепил мою повреждённую руку и осторожно осмотрел её. - Пойду потороплю её и поднимусь к Надалии, а то там меня уже заждались.
- Не забудь надеть накидку, - кинул на прощание Джер, отодвигая занавеску, которая здесь служила и стеной, и дверью одновременно. - На улице холодно, а твой организм очень ослаблен опустошением магической памяти.
В единственном потёртом кресле кучей громоздились мои вещи - чёрный Карнеум, пустой колчан, кожух с Каасом, сапоги, песочный тиаль, рваная куртка и принесённая Сиреной накидка. Губы сами собой разъехались в улыбке. Моё самочувствие всё-таки небезразлично серебристой лилии! Да я сегодня просто центр вселенной!
За занавеской оказалось людно. В узком больничном коридоре сидели наименее пострадавшие боевые маги с мелкими ранениями и ожогами. Меня встретили гробовым молчанием, но в любопытных взглядах я читала скандирование “ЮНА!” в честь своего безоговорочного успеха. Должно быть, наша битва стала главной темой вечера. Деловитый рудвик в чистом переднике налетел на меня, и даже позволил себе ругнуться. Но как только поднял круглые глаза - сразу осёкся и попятился, наощупь поднимая упавший чепчик.
Устав от неудачных поисков лечения, я остановилась под одной из низких круглых люстр. Свет от десятка добротных свечей лился сверху, высвечивая мою фигуру и привлекая ещё большее внимание. Помимо людей и рудвиков на меня пялились ещё и бесконечные Девейны с портретов в золочёных рамах. Кажется, статуэтки в целительском крыле были не в чести, или просто для них не хватало места. Поэтому богиня благочестия и исцеления взирала с бесконечных изображений, прикрывающих каменных стены. Студенты зашептались. Я выпрямила спину, сцепила руки за спиной, перекатилась с пятки на носок, демонстрируя скуку. И уверенно зашагала вдоль узкого прохода, как будто знала куда идти. В общем-то, знала: подальше от толпы зрителей.
- Сможете вылечить? - без предисловий обратилась я к группе целительниц, поднимая руку кулаком вверх.
Я схватила торчащую в ароматном вареве ложку и подула на её кончик. Грибная крупа показалась невероятно вкусной, и я зачерпнула ещё. В другую руку взяла поварёшку из котелка с мясным рагу и с шумом втянула сытный перчёный соус. Язык проглотишь! Активно работая приборами, я принялась запихивать вкуснятину за обе щёки.
Я резко обернулась, проталкивая в горло пищу. У заставленного склянками стола стояла Маина Зеваш, которую я запомнила по первой демонстрации артефакта на занятии магистра Риина. Она с явным опасением смотрела на сорокину дочь, вооруженную сразу двумя деревянными ложками.
- Ими нужно накладывать еду в тарелки, - боязливо пояснила девушка.
- В смысле, это общие ложки, - спешно уточнила целительница, и только сейчас я заметила прячущихся за её спиной перепуганных подруг. - Кушать прямо из них - негигиенично.
- А ты вылечишь меня, если я перестану есть общими ложками? - перешла я к прямому шантажу.
Соврала? Возможно. Проверить у меня всё равно не было возможности. Не выбивать же из неё правду, в самом деле? К тому же, я уже, кажется, наелась. В любом случае меня подташнивало, и продолжать ужин было опрометчиво.
Перед выходом выразительно хрустнула свежим овощем. Не знаю, насколько это было устрашающе, но перечить моей наглости никто не осмелился. Дверью хлопать не стала, но всё-таки задержалась на пороге, по новой привычке считая до десяти.
- Юна! - на широкой дорожке показались два силуэта. - Мы тебя уже обыскались!
Комдор издал победный клич и подпрыгнул, явно забыв о трудном дне и ранениях. Впрочем, ему, возможно, больше повезло с лечением.
- А я тут, - я пожала руку Неду, - веду воспитательные работы среди целительниц.
- Можешь вылечить? - со слабой надеждой поинтересовалась я у ментального мага.
Я равнодушно махнула рукой. Внешний вид меня не интересовал, а вот нарастающая боль и зуд доставляли неудобства.
Тот хмыкнул, протянул фляжку. Я приложилась к горлышку, испытывая практически такое же удовольствие, как от вкуса шоколада, который только недавно попробовала. По другую сторону осторожно опустился Куиджи, и настроение взмыло до предельных высот.
- Это Десент добавил лауданум, - хохотнул Нед. - Но не во фляжку, а прямо в тебя!
- Вся академия только и говог’ит о том, как вы задавили г’азломом гг’язекг’овок! - поведал радостный Куиджи. - К вам телепог’тиг’овались почти все икша шахт! Беспг’ецедентный случай! Это такая почётная г’епутация для нашей банды изгоев!
- Эй! - вскрикнул Нед тёмной фигуре в студенческом плаще. - Да, ты! Подойди!
- Да не бойся ты! - вступилась я. - Иди к нам. Я не позволю Комдору тебя прирезать. По крайней мере, сразу.
- Что несём? - Нед вскочил и нахально выхватил одну из склянок прямо из ящика. - Полыний шторм? Сливуха? Херес?
- Дрянь, - коротко заключил Нед, возвращая на место прозрачный сосуд.
Я только сейчас взглянула на тиаль, что был почти не виден в складках одежды: богато украшенная крупными алмазами колба расширялась в золотые лепестки цветка на крышке. Комдор невежливо обхватил тиаль с извивающейся вокруг чаши змеёй и с брезгливым видом рассмотрел его.
- Благодарю, - коротко ответил хозяин белого тиаля.
На фоне огромного тела парня он смотрелся жалко. Но ментального мага это совсем не смутило, даже наоборот. Оба члена банды изгоев угрожающе напирали на целителя, хотя со стороны казалось, что крупный маг Девейны расшибёт их обоих одним ударом. Но он не помышлял о драке, а мелкими шагами отступал назад.
- Чтобы ты выполнил г’аботу целителя, - в голосе Куиджи впервые прозвучала твёрдость. - И вылечил Юну Гог’ст!
Конечно, мне была приятна забота друзей, но участвовать в травле несчастного Толстого Мона, что и так всегда страдал в одиночестве, совсем не хотелось. Странно, что Куиджи так легко поддался дурному влиянию Неда и растерял своё благородство.
- Правда? - встрепенулась я.
- Для определения повреждений мне нужно прикоснуться к твоей груди, - Мон протянул ладонь. - Ты позволишь?
- Вряд ли это необходимо, - я отодвинула рукав, демонстрируя воспаленную рану.
- Inflammate Utvie. Eman miсhi'tum del Deveine! - громко и чётко потребовал Мон.
- Лучше пока не трогай, - предупредил он и безошибочно достал пузатый флакончик из ящика.
- Хорошо, - я рассматривала блестящую от лекарства, но вполне целую кожу. - Спасибо тебе.
Я не знала, как много магической памяти он истратил, но догадалась, что немало. Вряд ли он был на грани истощения, но чувствовал себя, очевидно, отвратно. Мон накрыл ладонью свой красивый тиаль, и тот в ответ слабо засветился, отдавая накопленную плазну.
- Больше нет, - Мон всмотрелся в густой лес за кладбищем. - Я потратил всю свою плазну, вряд ли кому-то ещё смогу помочь. И с магистром Калькут сейчас лучше не встречаться.
- Мы не расскажем о том, что это ты меня вылечил, - попыталась я ободрить ослабевшего парня.
- Но тогда весь факультет Девейны отвернётся от тебя, - предсказала я. - И ты останешься один.
После исцеления усталость навалилась на меня с новой силой, на этот раз вполне естественная. Сказывался тяжёлый день, и чудилось, что по венам потёк свинец. Мне предстоял ещё путь до моей комнаты, но было лень даже поднять ногу.
- Что-то не верится, - слабо улыбнулся Мон.
А потом пошёл снег. Не мелкая насыпь, которая кружила по земле, не колючая крупа, а самый настоящий, первый в этом году снег плавно опускался мягкими пушистыми кристаллами. Не сговариваясь, мы задрали головы и посмотрели в ставшее вдруг хмурым небо. Ни звёзд, ни молодой луны, только сплошная пелена и ярко-белая рябь, мерцающая в свете фонарей.