Стресс

Заставили увидеть мир - её глазами.

Глазами сумасшедшей женщины, приходящей в гости среди ночи. Через открытое окно второго этажа. Она красиво бредила - эта мисс Дарья Иволгина… мисс Даша Иволгина… Даша…

Она забавно разговаривала - иногда он понимал сказанное только интуитивно. Её живая мимика - очаровывала. Её детская улыбка - покоряла. Не хотелось прерывать, не хотелось иронизировать, не хотелось насмехаться…

А потом она заговорила про деда. Которого он почти не помнил. Которого он почти не видел. И портрет которого - висел в галерее фамильного замка. Она заговорила о сейфе. Который он лично вывез пять лет назад из этого кабинета. Она приводила странные аргументы - в своем желании увидеть бумаги Энтони Стоуна.

Первый укол рапиры - в его расслабленный ум. Первое недоумение и попытка вникнуть в её бред. Первое предчувствие - что, возможно, всё происходящее - не совсем фантазия.

Он повторил свое обещание - привезти ей сейф. С условием, что откроют они его вместе. И ни одна бумага - дальше этого кабинета не попадет. Она согласилась, мисс Даша Иволгина… Даша… Без удовольствия - но согласилась.

А потом - исчезла.

У него на глазах.

Как будто - выхваченная неведомой силой.

Опять оставив больше вопросов, чем до своего появления. Он заново прокручивал её рассказ. Один раз, второй… третий…

А мысли с завидным постоянством возвращались к ощущению её губ - под своими. Учащая пульс. Учащая - дыхание. Отбрасывая очередную попытку - проанализировать. Осознать. Сделать выводы. Неужели его согласие - всего лишь желание увидеть её снова? Неужели он, барон сэр Итан Стоун - попал под влияние бреда мисс Дарьи Иволгиной… Даши? И начал галлюцинировать?

Пожалуй, со спиртным - пора завязывать…

Медленные шаги - в спальню. Широкая кровать - под старинным балдахином. Шелковые простыни - в беспорядке. Спящая роскошная женщина с белой кожей и рыжими кудрями…

Часть - его жизни.

Часть - его мира.

Часть - его реальности.

Он заснул уже на рассвете. И, проваливаясь в тёмное марево сна, успел захватить с собой - светлые глаза, узкую полоску тела между низким ремнем брюк и блузкой, и ощущение пухлых губ - под своими губами…

========== 7. Обманчивая близость. ==========

Первое, что бросилось ей в глаза - металлический ящик на полу у камина. Размером - с коробку для обуви. Для сапог. С длинными голенищами.

Барон своё слово сдержал.

Низкий голос - уже знакомый.

С насмешливыми нотками.

— Как видите, сейф в полном вашем распоряжении… В пределах этого кабинета…

Конечно, хозяин дома - собственной персоной. Конечно, комментарии - в стиле сэра Итана Стоуна. Сейчас она обернется - и окажется с ним лицом к лицу.

— Добрый вечер… господин барон!

— Приветствую… мисс Дарья Иволгина!

Без рюмки, надо же! В брюках. В белой сорочке. Пиджак - наброшен на плечи. Уменьшить бы его до адекватных размеров - и нормальный мужик!

— Спасибо…

Улыбка мисс Дарьи Иволгиной… Даши… И обещание самому себе - держаться на расстоянии. Обещание самому себе - не поддаваться. Обещание - быть осторожнее. С женщиной, приходящей из ниоткуда.

— Не благодарите меня. Мне все равно не понять ваших чувств - ведь «благодарность - не мой конёк»…

— Не думала, что когда-нибудь меня будут цитировать! Вы, наверное, стенографировали за мной? В перерывах между возлияниями… Кстати, а где ваш коньяк?

— С вашим появлением, поводов выпить - стало меньше… К сожалению… Стенография - мне ни к чему, у меня - отличная память. И как вы думаете вскрывать сейф?

— Зачем его вскрывать?

Тонкая рука с блестящими ногтями. Движение - к заднему карману голубых джинсов. Маленький ключ. И взгляд «фараона» - следом. Задержавшийся - на её карманах. На секунду дольше - извлеченного ключа. А она, наконец, нашла определение - его взгляду! Конечно, маска Тутанхамона в Каирском музее! Конечно, радужная оболочка и зрачок - из обсидиана. Чёрного и неуютного.

— Значит, ключ, на самом деле - все это время был у вас?

— У меня… Вы постепенно поверите мне, господин барон. Вам придётся. Ведь факты - вещь упрямая.

— Это вы - упрямая. А факты - они достоверные… или недостоверные… Открывайте сейф!

Ключ - с трудом повернутый в замке.

Откинутая дверка.

И - «О, нет!» - само слетевшее с губ.

Ворох бумаг. Беспорядочный. Бессистемный. Листы - жёлтые, и не очень. Исписанные размашистым непонятным почерком - то чернилами, то карандашом. Без всякой нумерации страниц. Архив Энтони Стоуна. Антона Валерьевича.

— Это то, что вам нужно, мисс Иволгина?

— Да…

Обреченный вздох. Несчастные глаза. Несчастная улыбка.

— Вы, кажется, расстроены? Чем?!

— Здесь всё перемешано… Мне и за неделю не разобрать эту кучу!

— Я не вижу в этом ничего страшного…

— Я - вижу! У меня нет - этой недели, понимаете?!

— Не очень, но я не вижу поводов - для такого горя… Я готов помочь вам привести бумаги в порядок… К тому же, почерк деда мне знаком - его деловая и личная переписка одно время меня очень занимали. А сейчас содержимое этого сейфа - тоже.

Нескрываемое - удивление. В светлых глазах. Настороженность. Ожидание - подвоха.

— Послушайте, вам всё равно пришлось бы заниматься изучением архива моего деда здесь. Я трепетно отношусь к семейным документам, и не хочу ими рисковать. Мой кабинет - в полном вашем распоряжении.

— Мне сказать вам «спасибо» - или вы опять процитируете какой-нибудь мой перл?

— Некоторые ваши «перлы» процитировать вслух приличному человеку - крайне затруднительно…

Улыбка Фараона - неожиданно мягкая и приятная. Положительно, уменьшить бы его до адекватных размеров - и нормальный мужик!

Через час - заваленный листами стол. Пол - в жёлто-белых лоскутах бумаги. Сброшенный пиджак - на спинке кресла. Женская фигурка - прямо на ковре, по-турецки сложив ноги. Мужская фигура - в кресле, склонившись над столом. Взлохмаченные разноцветные пряди - в разные стороны. Закатанные рукава белой мужской сорочки - до локтя. Светлые глаза - сосредоточенные и серьёзные. Тёмные - спокойные и внимательные.

Она всегда ненавидела бумажную работу! С приклеенной к горизонтали - пятой точкой. С вечно напряженной - спиной. С вечно затёкшей - шеей. Ей так не хватало - движения. Так не хватало - воздуха. Да еще почерк Антона Валерьевича - непочатый край для графолога!

Хорошо, что Фараон - согласился помочь. Конечно - с умыслом. Конечно - преследуя свои цели. Но - предложил помощь. Когда она была - очень нужна.

Иногда - нужно обращать внимание на соседа. Она так увлеклась, что упустила из виду барона. Упустила из виду - неуютные чёрные глаза. Которые, подозрительно часто, отрываясь от бумаг - останавливались на женской фигурке. На взъерошенных волосах. На скрещенных ногах. На освещенном профиле.

Чем она заинтриговала его? Его - хорошо потрёпанного жизнью? Его - реалиста и циника? Его - легко читающего характеры людей? Что он мог сказать о ней - самому себе?

Каким-то чудом - она спасла ему жизнь. Действуя - быстро и решительно. Она умна и иронична. Её улыбка - выбивала почву из-под ног. Её живая мимика - заставляла, замерев, наблюдать за ней. Её тонкая фигурка - без намёка на роскошные формы, так привлекающие его в женщинах. Её загорела кожа и странные волосы - как вызов. Она сама - вызов. Тому, что ему нравилось - в женщинах. Тому - что он ценил в них. Но он всегда принимал - вызовы. Принял - и этот. Осталось объяснить - только поцелуй. Только - вдруг внезапно ожившее через шесть лет сердце. Только - накрывшие с головой эмоции. Когда он почувствовал её губы - под своими…