Осада

Решив, что трепещущий звук, вероятно, был просто патрулем гиппогрифов, пытающимся увернуться от стаи везерабов—разведчики Элберна на собственном горьком опыте убедились, что эти твари любят все, что имеет перья—Лаэраль потянула Хелбена на себя. Я хочу почувствовать, как бьется это сердце - сказала она.

Хелбен снова поцеловал ее, потом отошел в сторону и принялся ловкими пальцами распутывать шнурки. К тому времени, как раздался следующий звук—на этот раз характерный треск молнии-он уже снял с Лаэраль камзол и развязал шнурки на брюках.

Это я слышал- проворчал он, поднимаясь. Лаэраль вскочила на ноги и, накинув плащ на плечи, последовала за ним к выходу из палатки. По всей равнине у подножия их возвышенности были разбросаны сотни костров, при свете которых можно было разглядеть тысячи силуэтов, суетящихся в беспорядке, натягивающих доспехи и застегивающих пояса с мечами. Хотя никто, казалось, не имел ни малейшего представления о том, что происходит, кроме Лаэраль и Хелбена, все большее число фигур, казалось, смотрело в сторону чернильной тьмы, отмечавшей лагерь шадоваров. Лаэраль повернулась, чтобы позвать гонца, и увидела двух ваасанских сопровождающих Хелбена, Кула и Берлена, которые, как всегда, неслись в полном вооружении. Ваасанцы, насколько могла судить Лаэраль, спали в доспехах. Третий из них, Дексон, вернулся в Эвереску с Кейей Нихмеду, оправляясь от ран. Они ушли! - воскликнул Берлен.

- Ушли, как «отправились»? - спросил Хелбен, даже не потрудившись уточнить, что ваасанец говорит о шадоварах. - Или ушли, как «умерли»? Ушли-значит «не здесь»- прорычал Кул. - Какая разница? Дозорный Утгардта заметил, что шатры шадоваров пусты, и когда он пошел проверить, как там везерабы, они испугались и улетели. Разве они не стреножены? - спросила Лаэраль.

Даже куска бечевки нет- подтвердил Берлен. - По крайней мере, не на той, которого сбил часовой Йораэдии.

Лаэраль обменялась встревоженным взглядом с Хелбеном. из середины темного лагеря донеслись голоса спорящих, и со всех сторон потекли пляшущие ряды факелов. Хелбен протянул руку и призвал свой посох, и Лаэраль сделала то же самое со своим широким поясом. Затем, пока Хелбен посылал ваасанцев проверить ночные пикеты и предупредить роты, она завязала шнурки на брюках и застегнула плащ.

Завязав одежду, она протянула руку Хелбену и спросила: =Пойдем, мой дорогой? Хелбен вздохнул и взял ее за руку. - Если придется.

Лаэраль посмотрела на точку в центре сходящихся потоков факелов и использовала заклинание, чтобы открыть маленькую перемещающуюся дверь. Они с Хелбеном шагнули в суматоху кричащих голосов и подпрыгивающих факелов. Спор был настолько воинственным, что в тот миг, когда послеобеденное оцепенение рассеялось, она убедилась, что попала в самую гущу драки в таверне. Она вытащила из-за пояса боевой жезл. Хелбен встревожился еще больше. Он начал вращать своим посохом вокруг них в отработанной оборонительной схеме, которая заставила пару эльфов и сержанта из Глубоководья упасть на землю.

Подбежала пара подчиненных сержанта: -Эй ты, волшебник! Вместо того чтобы остановиться и помочь своему начальнику, они перешагнули через его стонущую фигуру и разделились, чтобы подойти к Хелбену и Лаэраль с противоположных сторон. - Ты что, думаешь, с кем это ты возишься?

Оценка Лаэраль ситуации приняла решительный поворот к худшему. Она направила палочку на ближайшую фигуру и сказала: -Заяц. Человек сделал еще один шаг, затем свернулся калачиком на земле и начал обрастать шерстью. Она указала палочкой на второго парня, который все еще пытался танцевать мимо вращающегося посоха Хелбена, и сказала: - Осёл. Он опустился на четвереньки, его нос и уши уже начали удлиняться.

Лаэраль махнула палочкой мимо остальных в растущей группе воинов. - Наш приход кого-нибудь еще обидел?

Когда больше никто не выступил вперед, Хелбен сказал: Хорошо. Он опустил свой посох и повел их мимо полудюжины пустых шатров Шадоваров к площади собраний перед командным павильоном, где лорд Йораэдия стоял нос к животу с вождем Клавом, его лицо исказилось в очень нелепой гримасе.

Кто-нибудь объяснит нам, что здесь происходит? - спросил Хелбен. Оба вождя перевели взгляд на Хелбена и Лаэраль и заговорили одновременно, дико жестикулируя и указывая друг на друга.

По одному- приказала Лаэраль. - Сначала вы, лорд Йораэдия. эльф бросил на Клава высокомерную ухмылку, затем сказал: - Часовые этого болвана заснули и позволили Шадовару проскользнуть мимо них незамеченным.

- Лжец! Клав намеренно шагнул на Йораэдию, толкнув эльфа животом и заставив его отступить на полдюжины шагов.

Мои дозорные обнаружили только, что лагерь пуст. Ваши наблюдатели-это те, кто заснул.

Эльфы- усмехнулся Йораэдия, -не спят.

- Значит, они слепы! Клав снова ткнул эльфа животом. Шадовары не ушли вместе с нашей стороны.

Через три шага Йораедия спохватился и шагнул назад к варвару, опустив руку к кинжалу. - Еще раз, морж, и я перережу тебе глотку.— Этого вполне достаточно, лорд Йораэдия, - Лаэраль встала между ними. - Шадовары не были пленниками. Никто не виноват в их уходе. Вы оба будете виноваты, если это продолжится - сказал Хелбен, подходя к Лаэраль и прикладом своего посоха отталкивая Йораэдию назад. - Что за безумие овладело вами обоими? Торжественный взгляд, который он бросил в сторону Лаэраль, едва ли был необходим. Она уже догадалась о причине гнева группы и искала в карманах плаща компонент заклинания. - Никто не смог бы помешать шадоварам улизнуть, - продолжал Хелбен. Как только стемнело, трусы, вероятно, растаяли в тени и ушли. Скарн Медный Топор и его гномы вышли на площадь собраний, протискиваясь мимо эльфов и варваров. Он достаточно яркий, чтобы ослепить Латандера! - пожаловался Скарн. - Вы все так глупы, или вы дураки, пытающиеся зажечь себя для вражеских дальнобойных заклинателей? Будь осторожен с тем, кого ты называешь глупым, Наблюдатель Пояса - сказал Элберн, выходя на свет с противоположной стороны собрания. - Некоторым из нас нужен свет. Не у всех в жилах течет гоблинская кровь.

Кровь гоблинов! - закричал Скарн, хватаясь за топор. - Я покажу тебе гоб—

Посох Хелбена рухнул вниз, сбив гнома с ног и заставив его руку обмякнуть. Клав и Йораэдия продолжали обмениваться оскорблениями, и большинство их последователей добавляли свои голоса к суматохе, а гномы и разведчики гиппогрифа тоже начинали. Для Лаэраль и Хелбена было бы просто начать рассеивать магию, вызывающую это безумие, но до тех пор, пока она не узнает, были ли заклинатели шадоварами или фаэримма, лучше позволить им поверить, что их тактика работает. Лаэраль нашла то, что искала, и незаметно начала рассыпать алмазную пыль во все стороны, одновременно произнося заклинание и проводя пальцами по жестам своего самого сильного заклинания. Когда магия подействовала, ей пришлось прикусить язык, чтобы не ахнуть. На западной стороне площади гномы Скарна топали из своего лагеря, окруженные серебристыми пятнами более чем дюжины невидимых фаэриммов. Почти то же самое происходило и на северной стороне, если не считать того, что сюда шли волонтеры Глубоководья и разведчики Элберна. положение на востоке и юге было еще хуже. Поскольку большинство варваров и эльфов уже были на площади, торнбеки уже выстроились в боевые ряды.

- Э-э, Хелбен?

- Да? С каждой минутой все больше лидеров выводили свои роты на пыльную площадь, и Хелбен отказался от намерения прекратить спор между Йораэдией и Клавом и использовал свою магию, чтобы вмешаться в настоящие вспышки насилия. Хелбен указал на хмурого гнома в сверкающих доспехах Серебрянных Рыцарей, который бросился к центру схватки с обнаженным топором, и спросил: - Ты не возражаешь?