Осада

- Только на поверхности. Руха соскользнула с гребня дюны и начала спускаться, с другой стороны. - Внизу есть вода. Внизу? Арис бросил тоскующий взгляд на север, к скалам, где они оставили молодого дракона. - Как далеко внизу?

- Недалеко, - сказала Руха, махнув гиганту вслед. Ты уже говорил это раньше, - заметил Арис.

Несмотря на его протесты, великан помчался вниз по дюне мимо ведьмы и двинулся через равнину.

Арис! Подожди до темноты! - позвала Руха. - Птицы! Она опоздала—и даже если бы не опоздала, вряд ли великан остановился бы. С тяжелым теневым одеялом, все еще накинутым на плечи, он двинулся к руслу реки длинными, гулкими шагами, которые подняли в небо тучу испуганных птиц, визжащих и кудахчущих. Руха посмотрела на север. - Как ты думаешь, насколько близко—

Слишком близко, - сказал Галаэрон. Я слышал, как синие драконы хвастались, что они собирают еду в Шараэдиме с насеста в Серых Плащах.

- Ты говоришь с драконами? - спросила Руха. При случае, - сказал Галаэрон. - У Стражи Гробниц была договоренность с несколькими молодыми синими. Вместо того, чтобы спросить о договоренности, Руха кивнула и пошла через равнину вслед за Арисом. - Тогда нам надо спешить. Галаэрон схватил ее за плечо и указал на веер аллювиального гравия, рассыпавшегося по предгорьям, отделявшим Сайяддар от иссохших склонов Шпилей Ятаганов. У нас больше шансов спрятаться - сказал он. - Молодой дракон будет высокомерен в своем приближении, и мы можем застать его врасплох.

- Ты хочешь использовать своего друга в качестве приманки? Это он распугал птиц. - тон Галаэрона был оборонительным. - Я просто пытаюсь сохранить нам всем жизнь. Руха поразмыслила над этим и двинулась вдоль края равнины. —Твой план вполне логичен, хотя было бы лучше, если бы ему дали шанс стать добровольцем. Он вызвался добровольно, когда позволил своей жажде подвергнуть нас опасности - сказал Галаэрон, присоединяясь к ней.

Может быть, и так, - сказала Руха- но, если бы ты взял его бурдюки с летающего диска вместо своего теневого одеяла, его жажда не была бы так велика. Единственным ответом Галаэрона была сердитая гримаса. Они были только на полпути к гравийному вееру, когда птицы внезапно начали бежать на юг. Руха затащила Галаэрона в заросли ежевики и, присев на корточки, натянула над их головами пучок колючих стеблей, чтобы их не было видно с воздуха. Арис, казалось, не понял, что что-то не так, еще с десяток шагов, когда заметил убегающих птиц и остановился, чтобы обернуться. Он провел несколько мгновений, осматривая равнину позади себя, взывая к Галаэрону, прежде чем, наконец, поднял взгляд к небу и посмотрел на север, в сторону оазиса, где они видели дракона. Хотя Галаэрон прятался в пятистах шагах от него, он был достаточно близко, чтобы увидеть, как у великана отвисла челюсть и поникли плечи. Арис еще мгновение осматривал равнину позади себя, затем, все еще неся тяжелое одеяло тени, повернулся и побежал к предгорьям, направляясь к узкому оврагу недалеко от того места, где прятались Галаэрон и Руха. Хорошо, - прошептал Галаэрон.

Он начал лепить крошечную фигурку из теневого шелка. Руха посмотрела на небо. Прошло всего мгновение, прежде чем она толкнула Галаэрона, и крестообразная тень маленького дракона начала скользить по Сайяддару. Галаэрон закончил свое изображение, затем направил его на Ариса и произнес заклинание. Вокруг великана появился круг теней. Один за другим они оторвались от земли и приняли форму Ариса, а затем рассыпались веером в дюжине разных направлений. С неба донеслось сердитое кудахтанье, а затем в поле зрения появился дракон, его голубая чешуя сверкала, как сапфиры в сумеречном свете. Он выровнялся в дюжине футов от земли и, начав с одного конца убегающих копий, открыл пасть и выпустил огромную молнию, которая протянулась перед тремя убегающими теневыми гигантами. Лишенные собственного разума, образы продолжали двигаться прямо в молнию и исчезали из поля зрения.

Это умное существо, - прошептала Руха, вытаскивая из своей абы маленький кремень и огниво, - и оно хочет взять нас живыми. Я нужен ему живым, - поправил Галаэрон. —Не переоценивай свою—или Ариса-ценность для шадоваров.

Дракон снова вздохнул, выпустив еще одну молнию перед четырьмя бегущими гигантами. На этот раз они остановились и побежали в противоположном направлении. Дракон развернулся на кончике крыла и вытянул когти, рассекая двух иллюзорных гигантов при первом же заходе. Дракон остановился менее чем в пятидесяти шагах от них, обнажив тонкую чешую на брюхе, и развернулся, чтобы схватить убегающего гиганта. Руха начала подниматься из своего укрытия, направляя кремень и сталь в брюхо дракона, чтобы вызвать то, что, как знал Галаэрон, будет огненной бурей.

Еще нет! - прошипел Галаэрон. Он схватил ее за руку и потянул вниз, затем направил свое изображение на фигуру, которая, как он знал, была фальшивым Арисом. Он прошептал то же заклинание, и вокруг каждого из оставшихся на равнине гигантов появился круг теней. Они начали подниматься дюжинами и разбегаться во все стороны. Дракон взревел в отчаянии и взорвал ближайший круг своей третьей и последней молнией. По несчастливой случайности его цель оказалась правильной. Арис взревел от боли и рухнул ничком, а затем дракон навалился на него, пригвоздив к земле огромным когтем и злобно шипя что-то, чего Галаэрон не мог расслышать с такого расстояния. Трус! - прошипела Руха, сбрасывая ежевику. - Ты должен был позволить мне напасть, когда мы стреляли ему в живот! Она побежала через равнину, указывая пальцами на огромного дракона. Кровь закипела от ее оскорбления, Галаэрон бросился за ней—и остановился, когда она выпустила залп золотых стрел в бок змия. В результате взрыва фонтан голубых чешуек брызнул в воздух вместе с изрядным количеством драконьей крови и плоти. дракон взревел и повернул свою огромную голову—только для того, чтобы получить еще один залп золотых стрел ведьмы в морду. На этот раз извержение вышло так, что ноздря, два рога и один глаз с узкими зрачками свалились через плечо. Столь же удивленное силой Рухи, как и Галаэрон, существо расправило свои огромные крылья и взмыло в воздух. Он сжимал Арис и теневое одеяло в своих массивных когтях.

Руха переключилась на кремень и сталь, выкрикивая Бединское огненное заклинание и высекая искры в воздух. Длинная вереница крошечных метеоритов взмыла в воздух, попав дракону в правое крыло и прожигая несколько дюжин дырок размером с дыню в кожистой коже. Существо качнулось вправо и пролетело сотню футов к подножию холмов, затем выровнялось и полетело на свободу—все еще сжимая Ариса и одеяло тени. Галаэрон не собирался выпускать его вместе со своим теневым одеялом. Он соорудил из нитки теневого шелка петлю, затем произнес длинную цепочку магических слогов и щелкнул петлей вслед убегающему дракону. Нить протянулась почти на полмили в длину, давая Галаэрону достаточно времени, чтобы просунуть конец веревки под ногу, прежде чем петля расширилась до размеров колеса фургона и перевернулась, чтобы скользнуть через голову дракона. Версия заклинания Стражи Гробниц, используемого для захвата бегущих разрушителей склепов, заклинание работало даже лучше с теневым шелком, чем с эльфийской нитью. Как только дракон достиг конца веревки, петля сомкнулась, и нить сократилась до небольшой доли своей прежней длины, одновременно перекрывая подачу воздуха змею и дергая его, чтобы он рухнул в нескольких десятках шагов от Галаэрона. Оглушенный змей сначала ударился лицом, а затем лежал скрюченной, судорожной кучей, тщетно царапая когтями магическую линию. Держа ногу на своем конце веревки, чтобы петля не затянулась, Галаэрон направил ладонь на его уже искалеченную голову и просверлил дыру в черепе единственной теневой стрелой. Его тело было наполнено таким количеством теневой магии, что оно почти онемело, но он совсем не возражал. Холод был приятен. Руха подошла к нему и остановилась, словно собираясь что-то сказать, потом передумала и подошла к драконьей голове.