Страница 600 из 683
— Игнатьич, по-моему, потерпевший старикан наделал много шума из ничего. Выдумал вооруженного бандита! Ну, действительно, зачем тому же Вожегову ехать из Минска в Сибирь? И, тем более, в наш район! Золотых россыпей у нас нет…
— Ты вот что, Слава, — остановил Антон, — проверь все последние связи Ахмерова. О Тюленькине хорошенько разузнай.
…Прошло несколько дней. Занятый текущими делами, Антон Бирюков внимательно следил за поступающими из управления внутренних дел ориентировками. Надеялся, что если не в Новосибирске, то в каком-либо районе области вот-вот объявится след преступника. Однако тот как в воду канул.
Глава III
Проснулся Бирюков от телефонного звонка. Первым делом машинально глянул на тикающий у изголовья будильник — стрелки показывали половину шестого утра. Звонок повторился.
— Слушаю.
— Антон Игнатьевич… — раздался в трубке голос дежурного по райотделу. — Извините за столь раннее беспокойство. В Рожневском урочище разбитая автомашина «Жигули» обнаружена. На переднем сиденье, рядом с водительским местом, засохшая лужа крови…
— Через десять минут буду в отделе! Собирайте следственно-оперативную группу.
Утро выдалось удивительно тихим. Едва взошедшее июньское солнце ослепляюще сияло над горизонтом у кромки голубого безоблачного неба. В дежурной части Бирюков появился первым из оперативников. Кроме разговаривающего по телефону дежурного и шофера служебной машины, здесь, на диванчике, устало клевал носом черноголовый подросток.
— Вот этот гонец загадочную весть принес, — показывая взглядом на подростка, тихо проговорил шофер.
— Ты чей, мальчик?
— Борька Муранкин.
— Так что же, Боря, в Рожневском урочище случилось?
Глаза Муранкина стали тревожными, он быстро-быстро заговорил:
— Мы всем классом еще в субботу утром пошли в поход. Ночевали у Рожневки, а вчера, в воскресенье, хотели побродить по урочищу. Там сплошная глухомань, интересно. В одно место забрались, в другое и перед вечером на «Жигули» наткнулись. Дверка открыта. Никого поблизости. Заглянули в машину — там засохшей крови полным-полно, даже стекла забрызганы…
В помещение дежурной части один за другим стали входить участники следственно-оперативной группы: рослый, с густыми пучками седых бровей начальник районного отдела внутренних дел подполковник Гладышев; грузноватый пожилой районный прокурор Белоносов: худенький, похожий на студента-практиканта следователь прокуратуры Петр Лимакин с неизменным поношенным портфельчиком; замкнуто хмурый эксперт-криминалист капитан милиции Семенов и проводник служебно-розыскной собаки высоченный сержант Онищенко. В «дежурке» сразу стало тесно.
— Все собрались? — окинув быстрым взглядом присутствующих, спросил прокурор.
— Доктора нет, — ответил Антон Бирюков.
Как раз в этот момент в дежурную часть заглянул круглолицый, с большими залысинами судебно-медицинский эксперт Борис Медников. Поправляя на плече ремень служебной сумки, пробурчал:
— Чего телитесь, сыщики? Я уже место в машине занял. Скоро поедем?
Прокурор чуть улыбнулся:
— Вот ловкач, из любого положения выход найдет. Поехали, товарищи, по пути надо еще понятых прихватить.
Плотно забитый оперативниками восьмиместный милицейский «уазик» недолго поколесил по окраинным улочкам спящего райцентра и выехал на широкую щебеночную дорогу. По днищу машины забарабанили камешки. Вдоль дороги зеленели под утренним солнцем колхозные поля. Среди них, как одинокие кораблики в безбрежном море, темнели березовые рощицы. Монотонное гудение мотора убаюкивало. Уставший за бессонную ночь Борька Муранкин по-детски доверчиво прижался головой к плечу Бирюкова, закрыл глаза и глубоко засопел.
Миновав поля, дорога свернула в густой лес. Стало сумрачно. Укрытая деревьями колея была влажной от росы. «Уазик» сбавил скорость и, покачиваясь с бока на бок, покатил по разбитой автомашинами колее. Очнувшийся Борька уставился сонными глазами в смотровое стекло.
— За этим лесом, мимо Рожневки, есть дорога к урочищу. По ней с километр надо проехать, — сказал он.
— Там, где Мошковский район начинается? — спросил подполковник Гладышев.
— Нет, кажется, в нашем районе.
Лес кончился неожиданно, и на взгорке показалось старинное село Рожневка. Заехав туда за понятыми и кое-как втиснув их в переполненный «уазик», свернули с наезженного большака на поросшую травой проселочную дорогу, дальний конец которой словно упирался в угрюмо чернеющее урочище. На опушке желтела большая туристская палатка и тянулся к небу чуть приметный сизоватый дымок костра. Как только «уазик» подъехал к костру, его сразу обступили подростки. Участники следственно-оперативной группы выбрались из машины. Мальчишки, увидев высоченного сержанта с овчаркой на поводке, испуганно попятились.
— Чего оробели, добры молодцы? — отряхивая полы запылившегося пиджака, спросил прокурор. — Где ваша находка?
— Идемте, покажу, — раньше всех ответил Муранкин.
— Подожди, — остановил Борьку прокурор. — Вам, хлопчики, здесь больше делать нечего. Мы одни управимся. Складывайте палатку и топайте до дому. — Прокурор повернулся к Онищенко.
— Попробуй применить Барса…
Онищенко удлинил поводок. Барс, почуяв свободу, вроде для разминки сделал небольшой круг и потянул сержанта к урочищу. За сержантом цепочкой двинулись остальные участники оперативной группы и понятые — пожилая техничка и председатель исполкома сельского Совета из Рожневки.
Случайно обнаруженные подростками «Жигули» утопали в густой высокой траве по самую крышу, будто автомашину загнали сюда специально, чтобы упрятать от людских глаз. Судя по тому, что в траве не было видно автомобильного следа, напрашивался вывод: со дня въезда «Жигулей» в урочище прошло, по крайней мере, не меньше недели. Путь, по которому проехала машина, можно было определить лишь по надломленным молодым деревцам, Из-за давности времени Барс, конечно, след не взял. Покружив сержанта по урочищу, он приплелся к машине и, словно извиняясь за свою беспомощность, понуро опустил голову.
— Онищенко, давай переквалифицируем кобеля на уток. Больше от него пользы будет, — с усмешкой глядя на собаку, сказал судмедэксперт Медников.
Сержант промолчал. Следователь Петр Лимакин и эксперт-криминалист Семенов принялись осматривать машину. Антон Бирюков тоже заглянул в открытую переднюю дверцу. На правой части сиденья чернело большое пятно засохшей крови. Несколько размазанных кровяных пятен темнели на правой передней дверце и на дверном стекле. Антон подошел к приоткрытому багажнику машины — там лежали измазанная землею штыковая лопата с коротким черенком, полиэтиленовое ведерко и свернутый по окружности стальной буксировочный трос. Окинув взглядом эти обычные шоферские принадлежности, Антон ногою пригнул траву и увидел номерной знак А 19-82 НБ. Машина была белого цвета. Судя по ориентировке УВД, принадлежала она разыскиваемому Геннадию Митрофановичу Зоркальцеву.
Бирюков достал из кармана пиджака ориентировку и показал ее подполковнику Гладышеву. Тот нахмурил седые брови, быстро прочитал текст, порассматривал приклеенную фотографию и молча передал листок прокурору.
— Машина нашлась, но где же хозяин?.. — вроде сам себя спросил прокурор. Повернувшись к кинологу, сказал: — Онищенко, заставляй Барса работать. Труп надо искать…
По требовательной команде сержанта Барс неохотно заводил носом, сунулся было в глубь урочища, затем вернулся к «Жигулям» и потянул проводника мимо надломленных деревцев к проселочной дороге, до которой было всего каких-нибудь пятнадцать-двадцать метров. Вскоре он возвратился, и оперативники поняли, что надежды на взятие собакой следа никакой нет.
Больше трех часов следственно-оперативная группа проработала в урочище, однако предполагаемого трупа обнаружить так и не удалось, хотя, по утверждению судмедэксперта Медникова, при столь большой потере крови человек выжить не мог, если, конечно, ему не оказать своевременную помощь. Здесь же, в урочище, провели первое обсуждение создавшейся ситуации. Выводы оказались неутешительными. Более-менее уверенно можно было сделать всего одно предположение: потерпевшим явился человек, сидевший в машине рядом с водителем. Долго обсуждали вопрос: из-за чего загнали машину в урочище? Учитывая, что топливный бак «Жигулей» наполовину был заполнен бензином, пришли к выводу: преступник не мог ликвидировать столь обильные следы крови и вынужден был упрятать автомобиль в лесу, рассчитывая, что в этой глухомани вряд ли кто в ближайшее время его обнаружит.