Страница 7 из 18
Придя домой, я, как всегда, собрался показывать Бабушке дневник с очередными пятерками. И открыл портфель…! Он полностью был набит снегом! Хорошо, что на улице был мороз, снег не успел растаять, а мои пятерки вместе с дневником не успели намокнуть. Естественно «мы с Тузиком» получили от Бабушки «по хвосту». Я, правда, получил в большей мере.
Чтобы представить, как это выглядело, посмотрите на картину Ф. П. Решетникова. Она вполне соответствует нашей истории. Даже настенные часы фирмы «Густав Беккер» у нас были такие же, как на этой картине!
Разница состояла лишь в том, что в портфеле вместо двоек был зимний снег и мой Тузик был не пестрый, а белый.
Ф. П. Решетников «Опять двойка» 1952 г. Третьяковская галерея. Москва
Вот фотография оврага. Этот овраг позднее был «переделан» под стадион «Трудовые резервы».
А вот стадион «Трудовые резервы» – бывший овраг, где мы катались на портфеле и лыжах с Тузиком. Фотографии я сканировал с сайта города Киров. Вид, словно из окна нашей кировской квартиры! Стадиону очень не везло. До стройки в овраге была «лесопилка». В самом начале стройки пьяные сторожа подпалили и сожгли весь лесоматериал, и сами при этом сгорели заживо. Пламя полыхало до самых наших окон. Жуть! А затем, в 1968-ом году, когда я уже жил в Москве, под трибунами построенного стадиона, во время какого-то праздника, взорвались пиротехнические средства. Жертв было на сотни человек!
Снимок сделан с горы, с точки, находящейся прямо перед моим домом! Это вид на стадион до взрыва. Вдали, где виднеется лестница, мы и катались с Тузиком на портфеле. Внизу видна крыша дома «дядьки Абатурова», который приносил нам во двор корзины с вкусной рябиной и китайскими яблочками, чтобы мы, дворовые ребята, не лазали к нему в сад и не обламывали деревья. А по улице, которую мы видим перед его домом, и проходили «летние демонстрации» граждан из Заречного парка. Там, где «ВЕСТИ», так на этом месте мы с Тузиком катались на лыжах. Овраг здесь был пологий, не такой крутой, как вдали.
Там и находилась школа, куда ходил меня встречать Тузик!
Через 60 лет я снова побывал «в счастливом детстве»! Великая вещь – Интернет!
Инстинкт и разум
История вторая, не имеющая художественного аналога в Третьяковской галерее.
В те далекие годы нас учили, что только человек является разумным существом, а весь остальной животный мир живет «инстинктами». Однако, общаясь с Тузиком, я впервые подверг сомнению такой постулат. Вы, конечно, обратили внимание, что я констатировал точность, с которой Тузик рассчитывал время окончания моих занятий в школе!
Сейчас я расскажу Вам историю, в которой поведение Тузика показало, что он живет и «инстинктами», и разумом, как и человек. Кстати, в настоящее время инстинкты называют иногда «генетической памятью».
В те послевоенные годы было «модным» использовать в быту различные тюлевые изделия. Бабушка по праздничным дням накрывала свою кровать красивым, золотисто-желтого цвета, тюлевым покрывалом. И вот однажды в один из таких дней мы с Бабушкой возвращались откуда-то домой. Открывая дверь, мы услышали, как «кто-то откуда-то спрыгнул». Когда мы вошли в комнату, перед нами предстала следующая картина. Тузик, лениво потягиваясь и зевая во всю свою собачью пасть, вылезал из своей корзинки. Его «место» было у стенки за шкафом. Это была прямоугольная корзинка, на дне которой лежало мое старое пальтишко. При этом вся Бабушкина кровать была измята, а покрывало свешивалось до самого пола. Середина кровати вместе с покрывалом была превращена в «овражек» вмятый в кроватный матрац. Судя по всему, Тузик без нас очень хорошо поспал на Бабушкиной кровати.
Но весь вид Тузика говорил о том, «что он очень крепко спал на своем месте, а вот мы своим приходом его разбудили». При этом, он, сладко потягиваясь, стоял у своей корзинки. Глянув на кровать и эту лукавую песью морду, мы с бабушкой, как говорят, «чуть не померли со смеху».
Я, думаю, Вы поняли, где здесь «Инстинкт», а где «Разум».
У собак существует генетическая память, доставшаяся им от далеких предков. Укладываясь на ночлег, покружиться на месте и таким способом подмять под себя траву. Таким же способом Тузик и устроил себе «место» на кровати с тюлевым покрывалом.
А вот такому притворству, какое изобразил мой друг, я думаю, не было места ни в какой его «генетической памяти». Это отражение его песьего разума. Он только не мог уразуметь, что алиби его непричастности к содеянному отсутствует, так как кроме него в комнате никого не было. И никто, кроме него, не мог нарушить порядок на Бабушкиной кровати. Вот так и в жизни, как в известной поговорке: «На всякого мудреца довольно простоты».
После такого очень «профессионально» разыгранного Тузиком спектакля Бабушка сделала ему жесткое внушение, но без применения «телесного наказания». А он, как разумное существо, все понял с первого раза.
Не лижите металл на морозе!
Полагают, что учатся на чужих ошибках. Но, к сожалению, как показывает жизненный опыт, учатся, да и то не всегда, только на своих ошибках.
История эта произошла со мной, а не с Тузиком. И было это в тот же временной период, когда мы катались с ним на портфеле в овраге. Только случилось это во дворе дома. Я возвращался с ребятами из нашего двора с «соревнований» по катанию на «таратайках». Таратайки делались наподобие финских санок, из металлического прута диаметром 8…10 мм. Прут изгибали так, чтобы получалось некое подобие стула на полозьях, за спинку которого держится катающийся, стоя на полозьях. Катались мы на таратайках по укатанной дороге или утоптанных тротуарах.
Где мы брали прутья? Ко двору нашего дома «выходила» проходная какого-то ремонтного завода. И добрые «дяденьки» давали нам прутья для таратаек просто так – даром, а за рубль, так и сами делали нам таратайки.
Скажу прямо, зимы в те годы были настоящие. Зимой меньше 15…20 градусов мороза, по-моему, никогда и не было. Любимая для детворы была погода от 20 градусов и ниже. В такие дни учащиеся начальных классов не должны были ходить в школу. Гулять же никто не запрещал! Вот в один из таких солнечно-морозных дней и произошел со мной этот случай.
Я много раз слышал от взрослых, что нельзя касаться железа на морозе горячими и мокрыми руками и, тем более, касаться языком, но относился к этому с недоверием. Мне казалось, что «эти неуклюжие» взрослые просто не могут быстро лизнуть на морозе железо. Это, видимо, «засело» в голове и не давало мне покоя.
Итак, мы, распаренные от соревнований, возвращались домой. Мы уже подходили к крыльцу, как меня почему-то «осенило»: «а не лизнуть ли мне рукоятку моей таратайки». Вот и проверю. Лизнул! Ужас! Язык моментально прилип к железу!.. Мое счастье, что я был почти на крыльце дома. Я быстро, с языком на таратайке или с таратайкой на языке, забежал, а может, и залетел в теплый коридор дома. В тепле мне с трудом, но удалось «отделить» язык от металла. При этом частично поверхность языка осталась на таратайке. Шрамы от этого эксперимента на моем языке остались на всю жизнь. Это, вероятно, частое явление и известно медикам под названием «рваный язык».
Кстати, моя таратайка была гордостью всего нашего двора, так как ее сделал «добрый дяденька» с завода с применением гибочного оборудования.
Ребята! Не лижите металл на морозе! Это я вам говорю!
Не наступайте на оголенные провода!
Историю, которую я хочу рассказать, сначала хотелось назвать «Куда вкладывают ум».
Произошла эта история летом. Мне было тогда лет восемь. Я гулял с Тузиком недалеко от дома. Мы весело с ним бегали по лужам, оставшимся на дорогах от недавно прошедшего теплого летнего дождя. Я заметил прямо перед собой лежащие в луже провода. Судя по всему, они оборвались от сильного ветра, так как провода от лужи тянулись к стоявшему неподалеку деревянному столбу. Я был, как говорил раньше, уже «большой» и знал, что нельзя наступать на оголенные провода. Знал я также, что такие провода можно брать только резиновыми перчатками. На мне были ботиночки в резиновых калошах. Я и подумал: «а не наступить ли мне на провод, а если что, то я же – ловкий и быстро могу спрыгнуть». Но, судя по всему, мой интеллект в то время был ненамного выше, чем у Тузика. Я не учел, что калоши мои вместе с ботинками были мокрей мокрого от беганья по лужам.