Вятские рассказы (сборник)

Несколько слов о братьях Дегтяревых. Когда пришло время служить в армии, их всех взяли в подводный флот. Однажды, на лето в отпуск приехал один из братьев. Он ходил, не снимая шапки. Вся голова у него была седая! Он ничего нам не рассказывал, но его сестра Лида нам поведала, что он был водолазом и «встретился» с осьминогом. Правда это или нет, не знаю. В любом случае, работа военных водолазов – это не «катание на лодке». После армии братья не вернулись в Киров. Все они «оженились у самого синего моря», там и остались.

Продолжу о нашем «крейсере». Дождавшись хорошей солнечной погоды, мы «три моряка», забрав весла, с «легкой дрожью в душе», по крайней мере, у меня, пошли проводить ходовые испытания нашего, сделанного впервые и собственными руками! «корабля».

Лодка наша спокойно покачивалась на привязи. Осмотрев судно, мы ничего подозрительного не обнаружили, на дне лодки было сухо. Установив весла, мы сели в лодку. Двое из нас взялись грести, один – на корму рулить. Моряки мы были лихие и сразу решили поплыть на другую сторону реки к Заречному парку. Он был залит водой, и нам хотелось «покататься в лесу». А «другая сторона» – это с километр – полтора расстояния по довольно быстрой реке. Никаких спасательных средств мы с собой не взяли, кроме жестяной банки, на случай необходимости вычерпывания воды из лодки. С большими усилиями, преодолевая течение, а плыть надо было «вверх по течению», мы добрались до противоположного берега. Как нам казалось, к счастью, на том берегу течение «развернулось», и нас почти занесло в тихую водную гладь леса. День, помню, был солнечный и внизу, под нами, сквозь чистейшую воду, освещенные пучками солнечного света виднелись затопленные лесные пригорки, сверкающие изумрудной зеленью свежей травы, красные ветки кустарников, маленькие елочки. Красота!!! – неописуемая! Мы плыли внутри какой-то «сказки Вятского леса»! А лес был везде – и сверху, и сбоку, и, что самое удивительно-чудесное – под нами!

Не помню, сколько времени мы любовались этой незабываемой, никогда нами невиданной красотой! Но вдруг обнаружили, что на дне нашей пироги появилась вода. Мы решили, что надо срочно возвращаться. И вот тут-то мы почувствовали себя, наверное, так же, как Робинзон у построенной лодки! Наш «крейсер» не мог выбраться из лесной заводи на открытую речную воду! У нас не хватало сил втроем на веслах преодолеть течение, которое мы сначала приняли за «счастье». Вот это «ходовые испытания»! Но, на наше счастье, мимо проплывала моторная лодка! Мы, как Робинзон при виде фрегата, стали кричать и размахивать веслами. Лодка подплыла к нам. Я не помню, сколько человек было в этой лодке, но они подцепили нас и «вытащили» на основное течение реки. Здесь мы в буквальном смысле «в поте лица» начали работать веслами и вычерпывать все прибывающую на дно лодки воду. Течением нас отнесло далеко от того места, где мы вначале «пришвартовали» наш «крейсер». Но самое главное! – нам удалось доплыть до родного берега. Немного отдышавшись, мы как бурлаки, но на Вятке, идя по берегу, перетащили нашу лодку к месту ее первого причала.

Я не могу вспомнить наши ощущения, с которыми мы возвращались домой, но помню, что «почему-то» у нас больше не возникало желания путешествовать на нашем чуть-чуть протекающем крейсере по быстрой Вятке-реке. Да и возможности такой нам уже не могло представиться. Борькин брат как-то, без спросу у нас, взял ключи от замка, который закрывал цепь нашей лодки, и решил «покататься». Но сил у него было мало, чтобы плыть вверх по реке, и он решил «плыть по течению». По течению-то он поплыл и, как потом рассказывал, получил удовольствие от путешествия. Но «подняться» вверх по реке к месту причала «крейсера» он, конечно, не смог и оставил лодку в низовье реки.

Несмотря на целое лето труда над изготовлением лодки, у нас не было желания вернуть ее назад. Так и осталась наша лодочка «на дальнем берегу»!

Зато остались воспоминания о необыкновенной красоте залитого солнцем и половодьем зеленого леса! Я даже не сомневаюсь, что только одно это стоило нашего многомесячного труда!!!

Стиляги

Вчера смотрели передачу «Ледниковый период» по 1-му каналу телевидения. Фигуристы катались по теме – «Стиляги». История, которую красочно отобразили в своем танце олимпийская чемпионка Татьяна Навка и известный актер Виктор Калганов, вызвала воспоминания об интересной, как мне кажется, истории из моей школьной жизни.

Историю, которую я хочу рассказать, можно было бы назвать модным сегодня политическим термином – «двойные стандарты». Происходила эта история году в 1956, когда я учился в 8 классе 29-й средней школы города Киров. Во время учебы в те годы между школами Кирова и области проходили смотры-соревнования по художественной самодеятельности. Надо сказать этими занятиями с огромным удовольствием занимались ребята с 1-го по 10-й классы. Как мне сегодня думается, значительную долю в распространение среди школьников внеклассных занятий художественной самодеятельностью внесли многие «сосланные» в Киров деятели культуры. Одним из таких «ссыльных» был композитор Дмитрий Покрасс, который занимался организацией хоровых коллективов во многих школах города. В нашей школе ребята с огромным удовольствием ходили на такие занятия, особенно те мальчишки и девчонки, которым «медведь на ухо наступил».

С ребятами из ремесленных училищ занимались музыкальным воспитанием тоже сосланные «на исправление» брат и сестра с фамилией – Сахар. Они организовали эстрадный ансамбль «Дружба», который получил на фестивале молодежи и студентов в Москве почетную грамоту. Ну, это так сказать – «увертюра к истории».

А сама история состояла в следующем. К очередному смотру самодеятельности мы, учащиеся восьмых классов, решили создать музыкально-театральную композицию о «борьбе комсомольцев со стилягами». Ну, точь-в-точь, как это изобразили фигуристы в своем танце! В нашей группе было четыре «драматических актера» и три музыканта. Драматические актеры изображали стиляг и комсомольцев. Хочу сказать о наших музыкантах. Это были талантливейшие ребята. Лариса Щелчкова, девочка с исключительным слухом, бесподобно играла на аккордеоне и фортепьяно. Никакого специального образования у нее не было. К сожалению, имен остальных музыкантов я не запомнил. Но все они играли в ансамбле «Дружба» и участвовали в выступлениях на фестивале в Москве. Один мальчик играл на саксофоне, а второй – на контрабасе.

Суть нашей композиции. Мы с Володей Шатуновым изображали стиляг, которые под известную мелодию «Чу-Чу» Глена Миллера из кинофильма «Серенада солнечной долины» танцевали «где-то в парке» рок-н-ролл. О том, что мы изображали стиляг, говорила наша одежда: узкие брюки-дудочки, цветастые рубашки «на выпуск», чешские ботинки на толстой подошве, вязаные (модные в то время) фуражки с небольшим каучуковым козырьком. Ну, точно, как на этой фотографии!

Чтобы танцевать рок-н-ролл, надо было, как минимум, иметь разряд по спортивной гимнастике. Официально разряда у нас не было, но в школьном гимнастическом кружке я выполнял норматив на третий юношеский разряд, а Володя был «подающим надежды» футболистом. Еще два мальчика изображали комсомольцев: Юрка Шафран (после получения паспорта – Демьянов) и Ромка Белодубровский. После окончания школы они успешно поступили учиться в Ленинградский военно-медицинский институт, как говорил Юрка, «по мозгам».

Итак, на сцену вальяжно выходит компания, стиляги и джазмены. Джазмены, взяв инструменты, начинают играть мелодии Глена Миллера, стиляги слушают и, когда очередь доходит до «Чу-Чу», просят музыкантов начать снова, а сами начинают танцевать рок-н-ролл. Через некоторое время на сцене появляются два комсомольца, показывают удостоверения «дружинников» и уводят стиляг со сцены. После оваций из зала все артисты возвращаются и под мелодию «Чу-Чу» поют «обличающую стиляг песню». Текст песни, сочиненной мною, я, к сожалению, не сохранил в своей памяти.