Страница 16 из 61
- Отомсти за гнусное его убийство. - поведал призрак, отпуская руку и отступив на шаг. Я огляделся. Мы, по-видимому, стояли на площадке возле Эльсинора, над нами возвышались шпили его башен, вдалеке стояли Франциско и Бернардо со своими неизменными протазанами. Над нами всеми плавали девушки-русалки в фиолетовых бикини и масках Китаны, отблески их радужной чешуи играли на лезвиях протазанов и доспехах воинов.
- Стой, кто идет?! - крикнул Франциско и на парапет ступили Марцелл и Горацио. Слуга царю и люди Датской службы обменялись паролями и вступили в оживленную беседу. Я обернулся к Призраку и замер. В открытом забрале его рыцарского шлема с плюмажем я увидел лицо Старца Горы. Штифты, скрепляющие его разбитую челюсть составляли с шлемом одно целое, смесь киберпанка и средневековья. Старец встретился со мной взглядом и сделал жест рукой. Люди Датской службы вдруг замерли в тех позах, в которых они были секунду назад.
- Нет. - сказал я: - нет. - но Старец взмахнул рукой еще раз, указывая вниз, и тотчас Бернардо шагнул в пропасть, прямо с площадки возле замка Эльсинор, продолжая сжимать в руках свой протазан. За ним шагнул Франциско, он успел разжать руки перед падением и его алебарда упала на камни, зазвенело стальное лезвие, отбрасывая блики от радужных русалочьих чешуек вокруг, словно на дискотеке 80-х.
- Стой. Что ты делаешь... - хриплю я, хватая Старца Горы за горло и сжимая его до боли в пальцах: - что ты делаешь... - он смотрит на меня, я вижу что у него нет глаз, только черные провалы глазниц. Он машет рукой, и Марцелл с Горацио ступают с обрыва вниз, потому туда же устремляются все радужные девушки-русалки и вот мы остается вдвоем в стремительно сужающемся мире. А потом его рука становиться чудовищно огромной и вот уже и я лечу куда-то вниз...
Вздохнув я открыл глаза и тут же закашлялся от резкой боли в груди. Чья-то легкая рука легла на лоб, облегчая боль, скосив глаза вбок я увидел смутный силуэт на фоне окна.
- Все в порядке. - сказал чей-то голос. Голос был явно женский и не лишён приятности. У меня в голове происходила обычная перезагрузка, смутные силуэты сновидений, Марцелл, Бернардо и радужные русалки на площадке замка Эльсинор, уступали место воспоминаниям - крыша "Президент Отеля", золотой трон, Старец Горы, изломанное тело на парковке далеко внизу и спокойные, стеклянные глаза Лапочки, когда она заносила ногу для следующего удара.
- Что? Где я? - выдавил я из себя, пытаясь принять сидячее положение и проморгаться. Голова кружилась, и что-то стреляло в висках, глаза отказывались фокусироваться, но через некоторое время я все же увидел своего собеседника. Напротив меня в кресле у окна сидела женщина в красном платье. На коленях у женщины, обложкой вверх, лежала открытая книжка карманного формата, на обложке молодой человек без рубашки с необычайно рельефной мускулатурой и длинными волосами держал в своих объятьях девушку в розовом платье. За парочкой, в голубоватой дымке, виднелись замковые башни Эльсинора.
- Ты в безопасном месте. - сказала женщина, убирая книгу с колен: - тебе здесь ничего не угрожает.
- Безопасном месте? - повторил я. Повторить сразу за собеседником - это старый прием, позволяющий выиграть несколько секунд на обдумывание ситуации, это делает тебя немного туповатым или глуховатым в глазах собеседника, но дает возможность выбора стратегической позиции в случаях, подобных этому. Полный так сказать "туман войны". Но у нас есть исходные данные, нет? Первое - я проснулся не у себя в постели, у меня все болит, последнее что я помню, это крыша "Президент Отеля" и ... тут по сердцу резануло. Ты можешь быть удивительным циником, прагматиком и вообще полной сволочью, но у любого распоследнего гада есть какие-то "свои", кто-то, кто одобряет твои поступки и выходки, кто-то, чье мнение для тебя важно. Люди социальные животные, и предательство социума потрясает основы. Я могу сделать вид что мне все равно, что Лапочка просто одна из многих, но для меня она всегда была Священным Граалем, центром и основой моих непростых отношений с обществом и сейчас, когда последнее что я помню - это ее безразличное, неэмоциональное лицо в тот момент, когда она пинала меня на этой крыше, - мне чертовски больно. Я стискиваю зубы и издаю непонятный звук, нечто среднее между рыком и стоном. Мне стыдно, мне больно, я очень зол и очень устал одновременно. Но нет времени предаваться отчаянью, мой собеседник, женщина в красном наклоняется ко мне с выражением сочувствия на лице.
- Как ты себя чувствуешь? - спрашивает она: - тебе больно? - вопрос дурацкий, думаю я, конечно мне больно, дура, неужели не видишь, я тут просто так валяюсь весь в бинтах.
- Нет, не очень. - отвечаю я: - нормально. Уже лучше. - а сейчас надо быстро обдумать ситуацию. Какого черта происходит. Где я? В безопасном месте, сказала она - тут я окинул помещение взглядом. Обычная комната, кровать у окна, кресло, стол с какими-то лекарствами на нем, дверь. Слишком аккуратная для дома, больше похоже на общежитие или гостиницу. Но это не больница. Наверное. И женщина не похожа на медсестру или врача. Даже если бы она одела белый халат и перекинула через шею стетоскоп - все равно не стала бы похожей на медицинского работника. Было в ней что-то от случайной попутчицы, проходящей мимо раз в жизни, которую не увидишь больше никогда и которой можно поведать все тайны и секреты, с тем, чтобы забыть об этой встрече. Тем временем женщина нажала на какую-то кнопку возле изголовья кровати и почти мгновенно в комнату зашла молодая азиатка в зеленом ципао. Глядя на ее бесстрастное лицо я вдруг вспомнил где я ее уже видел - это та самая глухонемая Аса Акира, из приемной Большого Начальника Николая Ивановича. Я повернул голову и понял, что женщина, сидящая возле кровати - это женщина, которая зашла в кабинет и выжала Большого Начальника до состояния ступора меньше чем за минуту. От это информации мне легче не стало, только закружилась голова. Аса Акира в зеленом ципао быстро и с определенной сноровкой, показывающей что ей это не впервой, замерила мне температуру, давление, посветила фонариком в глаза, после чего повернула голову к женщине в красном и кивнула.
- Хорошо. - сказала женщина в красном и легким жестом руки отослала Асу Акиру обратно в коридор, или откуда она там примчалась. Затем она откинулась на спинку кресла, тщательно смерила меня взглядом и принялась накручивать локон на палец.
- Думаю, что у тебя полно вопросов. - сказала она, продолжая свое занятие: - поэтому я начну с ответов. Меня зовут Афина. Ты находишься в безопасном месте, а именно в моей квартире. Ты сильно пострадал в результате инцидента, но ты не должен был скрыться, потому что один могущественный человек с тобой не закончил.
- Старец Горы. - пробормотал я.
- Вот как ты его назвал. - женщина наклонила голову, ее кисть замерла, перестав накручивать золотистый локон: - это имя ему тоже пойдет, пусть на вид он молод, но его истинный возраст мы не знаем.