Образ будущего

Люк снова уставился на голограмму Галактики, недоумевая, что, ситх подери, она имеет в виду?

А потом он увидел. Дыхание перехватило. Нет, этого не может быть. Обман зрения. Эта, как ее… галлюцинация.

Но это не была галлюцинация. К сожалению. На краю изученных областей Галактики, там, где на карте Палпатина лишь светились ровным белым светом звезды Неизведанных регионов, – на этой голограмме мерцали разноцветные огоньки. Целый сектор.

Огромный сектор.

– Забавно, правда? – сказала Мара.

Люк чувствовал, что ее по-прежнему не отпускает страх.

– Знаешь, его ведь сослали прямо с императорского двора. Просто взяли – и вышвырнули, без суда и следствия.

– Кого? – от потрясения Скайуокер совсем перестал соображать.

– Гранд адмирала Трауна, – пояснила ему та, что некогда была личным агентом Палпатина. – Он ввязался в одну из политических игр, что постоянно бурлили там, и проиграл. Любой другой, кого уличили в интриге, был бы понижен в звании или посажен в тюрьму. Или, что не слаще, сослан в какой-нибудь занюханный гарнизон на Внешних территориях, который с успехом заменил бы ему персональную камеру пыток. Но не Траун. Нет, только не он. Даже Внешние территории – слишком мягкое наказание для презренного не-человека. Благородное имперское общество снизошло до того, чтобы принять его, а он, неблагодарный, за это плюнул им в лицо. Нет, для него пришлось изобрести нечто особенное.

– И это особенное было – ссылка в Неизведанные регионы?

Мара кивнула.

– Если Внешние территории считались пыточной, то Неизведанные регионы, по всеобщему мнению, были ямой ранкора. Так что после долгих уговоров – думаю, им пришлось здорово поторговаться – они подбили Палпатина посадить Трауна в «звездный разрушитель» и послать куда подальше за пределы Внешних территорий, причем возвращение не предполагалось.

Она презрительно фыркнула

– И чтобы унизить его еще больше, они сделали так, чтобы его экспедиция получила статус картографической. Только представь себе – один из лучших стратегов Империи понижен в звании до картографа. Они были в восторге от этой выдумки – думали, что разрушили его жизнь и репутацию одним ударом. Держу пари, они еще долгие годы хихикали в кулак, вспоминая, какая славная вышла шутка.

Люк покачал головой.

– Боюсь, я не уловил ее соль.

– Не волнуйся, они тоже не уловили, – помрачнев еще больше, сказала Мара. – А соль в том, что никому из этих идиотов так и не пришло в голову, что Палпатин отлично знал все подробности подковерных интриг и всегда был на шаг впереди событий. И уже если он был на шаг впереди, то уж такой стратег, как Траун, – на два шага.

Люк попытался сглотнуть. Не получилось.

– Ты хочешь сказать, что Траун и Палпатин все это спланировали? С начала и до конца?

– Разумеется, – Мара показала на голограмму. – Ты только посмотри, какую обширную территорию он разведал. Он не мог сделать это в одиночку на единственном «звездном разрушителе». Палпатин, должно быть, всю дорогу снабжал его людьми и кораблями.

– Но не может же быть, чтобы это была территория Империи, – беспомощно пролепетал Люк. – То есть… ну не может!

– Отчего же? – возразила Мара. – Нет, я согласна, что, скорее всего, настоящих колоний там раз-два и обчелся. Но будь уверен, там разбросано множество имперских гарнизонов, разведцентры, станции прослушивания, возможно, несколько полноценных верфей и, насколько я знаю Трауна, целая сеть союзов с аборигенами.

– Но если это территория Империи, почему же они ее не используют? – продолжал недоумевать Скайуокер. – Мара, я видел цифры – их ресурсы сошли практически на нет!

– Это же очевидно, не правда ли? – тихо сказала она. – Они не пользуются этими территориями, потому что не знают о них.

Они надолго замолчали. У Люка в голове, словно игривые глотталфибы, скакали мысли – о том, какие нехорошие следствия вытекают из их ошеломляющего открытия. Подумать только, какой страшный смысл скрывают эти мягкие огоньки на звездной карте. Разведанные Трауном территории по размерам тянули на две с половиной сотни стандартных имперских секторов – почти в тридцать раз больше, чем нынешние пределы Империи.

А боевых кораблей, гарнизонов, верфей – тоже в тридцать раз больше? Очень может быть. И если все эти ресурсы попадут в руки Бастиону…

– Нужно узнать больше, – Люк направился к терминалам. – Посмотрим, не найдется ли тут разъема, куда мог бы подключиться Р2Д2.

– Рискованно, – покачала головой Мара. – Это командный центр, а в командных центрах обычно стоит система оповещения о попытках несанкционированного доступа.

Скайуокер затормозил. Как ни печально, она была права

– Ну хорошо, – он снова повернулся к ней. – Тогда как?

– Спросим у первоисточника, – Мара глубоко вздохнула и решительно выдала: – Я спущусь и поговорю с ними.

У Люка отвисла челюсть.

– И ты еще называла мой план рискованным? – выдохнул он, когда к нему вернулся дар речи.

– А у тебя есть предложения получше?

– Это к делу не относится, – буркнул Скайуокер. – И вообще, если уж кому-то идти вниз – то мне.

– Ничего подобного, – твердо сказала Мара, – Во-первых, тебя они сбить пытались, а меня – нет. Во-вторых, ты говорил, что у тебя такое чувство, что они хотят меня видеть. В-третьих, если дойдет до того, что посланнику понадобится подмога, ты со своими джедайскими умениями имеешь больше шансов прорваться на помощь. И в-четвертых… – она сняла с ремня лазерный меч и шагнула навстречу Люку. – В-четвертых, они, наверное, не знают пределы моих способностей направлять Великую силу, – она протянула ему оружие. – Если дойдет до ручки, это может дать мне необходимое преимущество.

Люк взял меч, знакомая холодная тяжесть привычно легла в руку. Его первый лазерный меч. Тот, что когда-то – целую жизнь назад – дал ему Оби-Ван. А позже, на крыше Императорского дворца на Корусканте, Люк отдал его Маре. Он был моложе, чем она сейчас, когда впервые отправился с этим мечом навстречу опасности. Моложе, неискушеннее и гораздо самонадеяннее. И все же…

– И меньше всего мне сейчас надо, чтобы ты, перестраховщик этакий, опять начал кудахтать надо мной, – Мара ограничилась одним выразительным взглядом, чтобы подтвердить серьезность этого заявления. Люк проникся, осознал и скис. – Я прекрасно справлялась сама все эти годы и до сих пор жива. Я могу о себе позаботиться.