Образ будущего

Бел Иблис посмотрел ему в глаза.

– Что будет с нами – не важно, – прямо сказал он. – Если они примут нашу капитуляцию – отлично. Если нет… нас и «Искателя» разнесут в пыль.

– Погодите-ка, – вдруг озадачился Бустер. Только сейчас он уловил в изложении этой захватывающе паршивой стратегии одну немаловажную детальку…

– Что значит – «мы»? Я думал, вы полетите вместе с основным флотом.

Бел Иблис покачал головой.

– Этот корабль – ключ к операции, – спокойно сказал он. – Он должен продержаться достаточно долго, чтобы, во-первых, ледорубы успели извлечь каамасский документ и, во-вторых, сумели передать его на наши корабли через любые помехи, которые поставят имперцы. Здесь я нужнее всего. Следовательно, я буду здесь.

– А теперь послушайте-ка меня одну ситхову… – Бустер выдал еще ряд эпитетов, которых ни за что не использовал бы при дочери, – … аную минуточку. – Это – мой корабль, – контрабандист выпрямился во весь – под два метра – рост. – Вы обещали мне, что я останусь его капитаном.

– Вы им и остаетесь, – невозмутимо согласился Бел Иблис. – Вы – капитан, а я – всего лишь командующий.

Бустер долго, с шипением выпускал из легких набранный для следующей тирады воздух. Ну ведь знал же, знал, что Бел Иблис так просто не отстанет!

– А если я не стану подчиняться вашим приказам?

Бел Иблис чуть приподнял бровь.

Бустер все понял и молча кивнул. Во рту стало кисло. М-да, с учетом того, что весь экипаж «Искателя» теперь состоит из людей Бел Иблиса, тут и спрашивать было нечего.

– Да уж, – пробормотал он. – Я знал, что еще пожалею.

– Если хотите, вы можете остаться здесь, – предложил генерал. – Уверен, Корускант компенсирует вам все…

– И думать забудьте, – резко перебил Бустер. – Это мой корабль, и он не полетит на битву без меня. Точка.

Бел Иблис чуть улыбнулся.

– Понимаю, – сказал он. – Поверьте, я действительно понимаю. Что-нибудь еще?

– Не, с меня на сегодня хватит, – пробурчал Террик. – Может, вы все же сумеете придумать план получше за оставшиеся три дня.

– Я попытаюсь, – серьезно пообещал Бел Иблис. Он повернулся и шагнул в двери…

– Погодите! – остановил его Бустер, которому внезапно в голову пришла еще одна нехорошая мысль. – Вы сказали, что придется взрывом проделать отверстие в переходной трубе. А что будет с теми, кто окажется внутри, за этими внешними терминалами?

– Не думаю, что там кто-то будет, – ответил Бел Иб-лис. – Вряд ими вообще до сих пор пользуются. Кроме того, я не вижу иных путей.

– А если там все же кто-то будет? – не сдавался Тер-рик. – Вы говорили, этими терминалами пользуются только гражданские. Если проделаете дыру в корпусе, вы убьете их.

Будто тень на мгновение легла на лицо Бел Иблиса.

– Да, – тихо сказал он. – Я знаю.

* * *

– Так, – пробормотал Клиф, сверившись с хронометром. – Четыре часа прошло. Как думаешь, когда они запаникуют и позвонят? Еще часа через два?

Наветт пожал плечами и стал прикидывать. Они с Клифом обеспечивали себе алиби, пребывая совсем в другом месте, – просто так, на тот случай, если потом все-таки будет расследование. Но Пенсин доложил, что операция по подсадке крошечных бомб замедленного действия на одежду ботанских техников прошла как по маслу. Четыре часа прошло с тех пор, как техники скрылись в здании генератора планетарного щита Древ'старна. Дадим малышам еще час на то, чтобы объявить о своем присутствии, и еще час пройдет, пока ботаны полностью осознают серьезность ситуации и собственную неспособность с ней справиться.

– Думаю, не меньше трех, – ответил он на вопрос Клифа. – Они не станут сломя голову бросаться за помощью к чужакам.

– Ну, мы-то готовы, дело за ними, – пожал плечами напарник.

С идиотической веселостью прозвенел звонок у дверей, извещая о прибытии посетителей. Наветт поспешно изобразил «глупое лицо, исполненное серьезных намерений»; Клиф сделал то же самое – поднял взгляд на вошедших…

И почувствовал, как дурацкая мимическая маска на его физиономии закаменела. В лавку вошла парочка республиканских вояк. Тех самых.

Рядом поперхнулся Клиф

– Тихо, – шепнул ему Наветт, огибая прилавок, и радушно бросился навстречу посетителям. – Да будет ваш день прикольным и прибыльным, или как его там говорится! – залебезил он тем назойливым тоном, каким обычно пристает к покупателям торговец, твердо намеренный что-нибудь им всучить. – Что вам угодно, господа?

– Ничего, мы просто посмотреть, – ответил один из республиканцев, направившись к рядам клеток.

А они чем-то похожи, подумалось Наветту. Оба невысокие, у обоих темные, чуть припорошенные ранней сединой шевелюры. Только у того, что ответил, были карие глаза, а у другого – зеленые.

И вблизи лицо кареглазого казалось смутно знакомым.

– Конечно-конечно, – с готовностью согласился Наветт, не отставая от покупателей, как это обычно делают торговцы. – Что-нить особенное ищете, а?

– Да нет… – ответил зеленоглазый, разглядывая клетку с полпианами. – А это у вас кто? Полпианы?

И у обоих кореллианский акцент, отметил Наветт.

– Ну конечно, – закивал он. – А вы разбираетесь в домашних звериках, я смотрю.

– Немного, – зеленоглазый посмотрел на него, и что-то в глубине этих глаз Наветту совсем не понравилось. – Я думал, у ботанов аллергия на полпианов

– Да, у некоторых вроде имеется… – пожал плечами Наветт.

– И все же вы привезли их на Ботавуи?

Наветт добавил «глупому лицу, исполненному серьезных намерений», оттенок «ну да, а чо?».

– Ну да, а что такого? – спросил он, изображая наивное недоумение. – Только то, что у некоторых аллергия, еще не означает, что остальные не купят. Не все же ботаны их не переносят, да и не одни ботаны тут живут…

Кареглазый звучно чихнул

– Вот видите?! – оживился Наветт, тыча в ту сторону пальцем, словно чих являлся наглядным подтверждением его слов. – Вот у вашего друга, должно быть, тоже на кой-кого из наших звериков аллергия. И все же вы сюда пришли. И готов поспорить, я сумею подобрать вам замечательного домашнего любимца…

Дверной звоночек снова оттарабанил свою песенку, и, обернувшись, Наветт увидел, как в лавку вошла сухонькая старушка. Карманница, о которой говорил Клиф?