То, что не убивает

Жуткие обшарпанные развалюхи двумя отвесными стенами возвышались над разбитой двухполосной дорогой, и если б район был белым, такое планирование вызвало бы транспортный паралич. Впрочем, к радости жителей районов получше, местные никуда не ездили и потихоньку гнили в своём кошмарном гетто. Возможно, некоторые и хотели бы стать немного мобильнее, но здесь, в месте, где роскошью считалось целое оконное стекло, собственная машина была чем-то вроде личного самолёта в остальном Корпе.

Мы медленно тащились, объезжая груды металла, залежи пластика и бетонные блоки. Улицы были пусты, но сверху, с хлипких мостков, протянутых между зданиями на головокружительной высоте, за нами наблюдали десятки недружелюбных глаз. Кто-то не ограничивался взглядами и кидался всяким хламом, который то и дело стучал по крыше, заставляя меня внутренне сжиматься в ожидании пули.

Неожиданно Эрвин ударил по тормозам, вырвал револьвер у меня из-за пояса и выскочил из машины с криком:

- Стой! Стой, падла, пристрелю!

От скаута в разные стороны брызнули незамеченные ранее бродяги, успешно маскировавшиеся под кучи мусора.

Я поспешил следом и увидел, что скаут догнал странно одетого негра. Кроме белоснежной рубашки, он носил всё ярко-жёлтое: щегольской костюм, широкополую шляпу с павлиньим пером и ботинки с длиннющими мысами.

- Зашибись! - разорялся чёрный. - Сколько лет живу, а белые ни разу меня не грабили.

- Ты, Маска, лучше заткнись и давай сюда… - начал Эрвин, но негр раздражённо прервал его:

- Да даю, даю. Только счёт продиктуй.

- Только без шуток, мудила, - предостерёг скаут. – Сперва переводи в крипту, а уже затем через прокси на подставной…

- Сам знаю, - огрызнулся негр. – Каждую блядь неделю одно и то же. Умники хреновы!

Скаут одобрительно усмехнулся и назвал последовательность цифр.

- А ты чего так вырядился? – спросил он, чтобы заполнить неловкую паузу. – Сутенёр?

- Тебе какое нахрен дело? – поглядела исподлобья жертва грабежа. – Беложопым не понять.

- Ты бы поменьше нарывался, - ухмыльнулся Эрвин. – И отвечал, когда тебя вежливо спрашивают.

Негр заскрипел зубами, но ответил:

- Я так разоделся, чтобы в этом сраном гетто было хоть что-то яркое.

- О, протест, - понимающе кивнул скаут. – Дело хорошее. Но бесполезное.

- Ещё бы, - процедил чернокожий, бросая испепеляющие взгляды на нас с Эрвином. – Но пока беложопые господа разрешают нам селиться только в таких помойках, ничего другого не остаётся! У меня высшее образование, я знаю немецкий и французский, работаю в крупной компании, но живу всё равно с наркоманами, бандитами и шлюхами!

- Ну, тут вам никто не виноват, - пожал плечами мой напарник. - Сам помнишь, что было, когда вашим разрешили селиться повсюду. На каждого клёвого парня типа тебя приходилась сотня идиотов, которые не знали, как выглядит туалет, и срали в шахту лифта.

Негр поник.

- Это да. Они всё испортили… О, готово.

- Вижу, - подтвердил скаут. - Деньги пришли.

- Ну так что? – осторожно поинтересовался чернокожий. - Всё? Я могу идти?

- Не так быстро, приятель, - остановил его скаут. – За деньги спасибо, но я вообще-то не за этим подошёл. Давно делал ринопластику?

Негр насторожился.

- Пару лет назад. А что?

- Снимай нос.

- Нос?.. - округлил глаза абориген.

- Да, - Эрвин выразительно покрутил стволом у необходимой ему части тела. - Кстати, какой у тебя размер обуви?

- Сорок третий, - нахмурился чернокожий.

Скаут вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул.

- Тогда нос и ботинки.

- Пиздец, - процедил негр и наклонился, чтобы развязать шнурки.

Спустя пять минут я сидел на пассажирском сиденье и глупо улыбался, глядя на собственные ноги. Лакированные жёлтые туфли впервые за долгое время смогли поднять настроение. Впрочем, не они одни: Эрвин c чёрным носом был куда более забавным зрелищем.

Он вёл машину так, словно у него был договор с самим Господом: подрезал, выезжал на встречную полосу, очень вольно толковал разметку, ругался и показывал в окно неприличные жесты. Беспилотные тачки от такой манеры просто с ума сходили, но, к счастью, сервер дорожного управления быстро понял, что на дороге находится псих, и снизил скорость всех беспилотников на нашем отрезке пути.

Офис «Эстафеты» ожидаемо располагался в районе Ортега. Так уж сложилось исторически, что вокруг самой богатой корпорации, возглавляемой урождённым испанцем, собиралось всё испано- и португальскоговорящее население Корпа, отчего со временем район стал культурной резервацией и живым стереотипом – правда, не о Европе, а о Латинской Америке.

На въезде образовалась бесконечная душная пробка. Мы с Эрвином застряли на длинном изогнутом мосту-эстакаде, который вёл в район, похожий на сказочный замок, окружённый вместо стен и рвов дорогами, развязками, непроходимыми промзонами, трубами, коммуникациями, железнодорожными путями, подсвеченными воздушными трассами для дронов и ещё чёрт знает чем. За стенами вырастали, уходя в небо и теряясь в сочной, как спелый южный фрукт, синеве, иглы офисных небоскрёбов и жилых ульев, а на самом верху раскрывал руки в объятьях исполинский полупрозрачный голографический Иисус.