Страница 3 из 28
- Неужели она не видит, что он её использует?! – кипятился он во время последнего своего визита. – Сама же пришла ко мне, значит, понимает всё! Три месяца мы бьёмся!..
-Архип, - строго сказал супервизор Евгений, откладывая материал в сторону. – У меня возникает впечатление, что ты вот-вот перейдёшь черту…
Архип раздражённо покосился на Евгения Николаевича. Тот встретил его взгляд со спокойной решимостью, смешанной с укором. Евгений Николаевич оставил за своими плечами двадцатипятилетнюю практику психологии и психоанализа, Аверин сделал его своим супервизором уже четвёртый раз, и всё равно Евгений в глазах своего подопечного не имел права так просто бросаться словом «Архип».
- Женя, - не удержался он. – Это не то, что ты думаешь. На месте Мелиссы могла быть любая другая девушка. Ты же знаешь, что тема сволочей-мужиков для меня всегда была болезненной.
«Женя» позволил себе вздохнуть. Аверина кольнула гордость: он-то себе этого не позволял!
- Архип, перейти черту означает не только вступить в запрещённые отношения с пациентом. Это ещё означает нанести пациенту вред из-за собственных проблем или непрофессионализма.
- Кажется, мне пора к психоаналитику, - бросил Аверин, откидываясь на спинку кресла и прикрывая глаза рукой. – Знаешь, что она сказала? Что умом она его ненавидит, а сердце болит.
- Вот с этим сейчас разберёмся, а свои проблемы решай сам, иначе я отстраню тебя от работы с ней, - в своей обычной жёсткой манере завершил Евгений Николаевич.
Нет, он был отличным человеком, компанейским. На него всегда можно было рассчитывать. Но было в Евгении Николаевиче то, что делало его и прекрасным профессионалом: он не позволял ни друзьям, ни семье, ни чувствам мешать делу, сохраняя чистый ум и твёрдые убеждения, подкреплённые огромной базой знаний.
Аверин очень хотел быть не хуже, а по возможности и лучше.
***
Врач-психоаналитик Аверин А. И. захлопнул папку и поднял трубку зазвонившего телефона.
- Архип Ильич, Павлова отменила сеанс, на сегодня всё, - отчитался секретарь.
- А что у неё такое? – недовольно спросил Аверин. Отмен он не любил.
- Говорит, дети болеют.
- Понятно. Спасибо, Витя. Я тогда домой, ты после меня тоже можешь идти.
- Спасибо, Архип Ильич!
Ну, хоть секретаря порадовал. Аверин сам не чувствовал себя довольным от того, что освободился раньше. Во-первых, с Павловой будет пробел, который потом может обернуться осложнениями, во-вторых, Мелисса опять раскрылась под самый конец сеанса, а он из-за этого поспешил и сглупил.
«Не вступайте в борьбу, не реагируйте… Я не должен был давать ей советы», - сокрушённо размышлял Аверин. Он должен был мягко и ненавязчиво выяснить, почему Мелисса испытывает его давление на себе, что, в самом деле, заставляет её бояться этого мужчину, а он взял и ляпнул: не реагируйте! Хорош совет.
А ведь она впервые сегодня призналась, что не только любит, но и боится его.
Записав всё это в папку и представив реакцию Евгения Николаевича, Аверин поспешно прибрался на рабочем столе, сложил вещи в сумку и направился к выходу.
- До свидания, Архип Ильич! – бодро воскликнул ему вслед Витя.
Аверин с улыбкой махнул рукой.
На улице подходил к концу тёплый бархатный сентябрь. Какие-то листья уже сменили свой цвет, но всё ещё оставалось много зелени, а солнце светило так ярко, что можно было обмануться и решить, что это всё ещё август. Только пальто в руке и зонт-трость напоминали, что в любой момент осень сорвёт с себя маску.
Офис, который он арендовал, находился в пешей доступности от его жилья, и уже через несколько минут Аверин был дома. Из пятнадцати этажей высотки, в которой он жил, ему принадлежала просторная трёхкомнатная квартира на последнем этаже, по которой он исправно выплачивал ипотечный кредит. Поскольку на автомобиль средств у него не было, Аверин всюду предпочитал добираться пешком, особенно до работы. Войдя в квартиру, он, наконец, смог почувствовать, как его отпускает напряжение. Здесь он мог расслабиться.
Аверин бросил сумку в прихожей, включил мобильный, который всегда отключал на время сеансов, и по пути на кухню стал прослушивать автоответчик.
«Сынок, папы сегодня опять не будет, позвони мне, пожалуйста», - говорила мать, заставив сына криво ухмыльнуться. Папы никогда не будет, когда же ты это запомнишь, мама!
«Архип, мы с тобой в пятницу отрываемся, помнишь? Клуб, алкоголь, деньги с тебя, девчонки с меня!» - проорал в трубку сквозь шум улицы его приятель Михаил.
Михаил был его однокурсником в первые два года обучения в университете, но потом тот понял, что направление выбрал не то, и ушёл, перепоступив в экономический. Там он тоже не блистал, но признавался, что учиться проще, и в итоге работает сейчас менеджером среднего звена в какой-то торговой компании. Мишка был в каком-то смысле противоположностью Аверина, последний и сам не до конца понимал, зачем поддерживает общение с ним, учитывая, что образ жизни они вели принципиально разный. Наверное, это некий закон баланса, и без Мишки Аверин давно бы превратился в скучнейшего старика в свои тридцать семь.